Флей.
— А как ты думаешь, если это сделала Энибель, то куда дело все украденные украшения? — спросила Дайлин, когда они оседлали лошадей.
— Спрятала где-нибудь, — ответил он. — Но сейчас это не играет никакой роли.
— Прямые доказательства, — напомнила она.
— Да, но сейчас мы их не найдём. А может и вообще не найдём. Нужны другие доказательства. Свидетели или орудие убийства. Первые вряд ли найдутся, а значит остаётся второе.
— Мы можем просто её схватить, — напомнила Дайлин.
— Если хочешь, то мы так и поступим, — пожал плечами Кондрат. — Но я бы предпочёл иметь железные доказательства. А ещё хотел бы взглянуть на тело.
— Ну раз мы туда едем, почему бы и не взглянуть, — пожала она плечами.
Они минут десять ехали в тишине, каждый будучи погружённым в свои мысли. Но первым тишину между ними нарушил Кондрат.
— Дайлин, позволь задать вопрос, — попросил он.
— Какой? — сразу насторожилась девушка.
— Почему нам дали это дело? Это ведь не то, чем занимаются сыщики специальной службы. Здесь бы вполне хватило и сыщиков стражей правопорядка.
— С чего ты это решил?
— Типичное ограбление, типичная борьба за наследство с убийством главы семьи, так ещё и не благородного. Специальная служба расследования могла бы взяться за смерть аристократов в некоторых случаях, но никогда бы не обратила внимания на это дело. И я с трудом верю, что их озаботил тот факт, что грабители начали убивать хозяев лавок они просто грабить.
— Слушай, Кондрат, думаю ты уже прекрасно понял, что причина во мне, — вздохнула она устало.
— Потому что ты девушка?
— Да, Кондрат, потому что я девушка, — слегка зло ответила она. — А у тебя с этим какие-то проблемы?
— Мне всё равно, — ответил он без интереса. — Как я говорил, девушка ты или парень, если ты обладаешь необходимыми навыками, всё остальное меня уже не волнует.
— Вот именно так, к сожалению, остальные не думают, — вздохнула Дайлин. — Я девушка, моё место, раз уж я оказалась в специальной службе, в бухгалтерии, а не на роли сыщика, как думают другие. Да и в пару со мной никто не хочет вставать. Ты первый, кто так просто согласился. Кстати, как погляжу, ты хорош разбираешься в своём деле. Слышала, как вы раскрыли дело об исчезнувшей деревне. Честно сказать, финал был необычен.
— Да, я тоже не ожидал, во что это выльется.
— Везёт новичкам, — пробормотала она и продолжила, но уже громче. — А я как здесь оказалась, или бумажки перекладываю, или ловлю каких-то мелких преступников, будто этим стражи не могут заняться.
— Сочувствую.
— Да чего уж там… — отмахнулась она. — Понятно, что меня на серьёзное дело не допустят, да и не доверяют мне, в принципе. Держат потому что…
— Потому что? — взглянул на неё Кондрат.
— Просто потому что, — ответила она негромко. — Выгнать не могут, но и давать дела серьёзнее не хотят. Боятся, что я смогу показать себя и унизить их мужское достоинство, — её взгляд скользнул по Кондрату. — Не боишься, что я и твоё мужское достоинство унижу?
Дайлин хитро улыбнулась, и будто от этой улыбки между ними немного разрядилась атмосфера.
Глава 7
В столице всё было иначе, даже если речь касалась морга. Когда Кондрат и Дайлин пришли, их встретили не тёмные каменные подвалы, которые два могли осветить редкие масляные лампы, а светлые просторные комнаты с окнами, через которые проникал яркий солнечный свет. В другой ситуации, не будь здесь тел и столов для вскрытия, можно было бы принять это место за больничные палаты. Единственное, что оставалось неизменным — запах, густой и приторный со сладковатыми оттенками.
Заметив, как Дайлин поморщилась, Кондрат негромко посоветовал:
— Постарайся дышать ртом, возможно, тебе будет полегче.
— Тогда у меня будет чувство как будто я глотаю этот воздух, — поморщилась она брезгливо. — Вижу, тебя это вообще не трогает.
— Со временем вообще теряешь какое-либо отвращение, — ответил он со всей невозмутимостью.
Их пропустили без лишних вопросов, едва завидев документы. Единственное, на Дайлин смотрели с лёгким удивлением — девушка-сыщик в этом мире была явно в новинку и воспринималось как какая-то диковинка. Особенно, когда у неё были подтверждающие это документы.
Патологоанатом, худощавый, сам как один из постояльцев этого места, проводил их к телу мужчины.
— Мы его уже собирались увозить, — заметил он будничным голосом. — Не думал, что им заинтересуется специальная служба.
— Возникли некоторые моменты, которые надо уточнить, — ответил Кондрат. — Вы осматривали тело?
— Да. Имел удовольствие.
Они подошли к телу мужчины пятидесяти, пятидесяти пяти лет, примерного ровесника Кондрата. Патологоанатом кивнул на тело.
— Это он.
— Что вы можете сказать по нему?
— Ну… что тут сказать… — пробормотал патологоанатом. — Мужчина, опознанный как мистер Иглесиас, пятьдесят четыре года, умер от нескольких ударов по голове.
Он осторожно повернул тело на бок, не брезгуя делать это голыми руками и указал на затылок.
— Три удара были нанесены в район затылка заострённым предметом. По характеру ударов я бы предположил, что они были нанесены человеком ниже покойного, — он указал пальцем на рану, которая отчётливо виднелась под седыми волосами.
— Почему? — спросила Дайлин.
— Что почему? — взглянул он на неё.
— Почему вы решили, что нападавший был ниже покойного?
— По расположению ран и силе удара. Видите? — указал он на рану. — Она заметно меньше, чем остальные, и находит находится ниже всех. Скорее всего удар нанёс человек сзади ниже потерпевшего и из-за этого замах был не таким сильным. После этого мистер Иглесиас упал на колени, о чём говорят ссадины на коленях, и второй удар уже был нанесён в район макушки и заметно сильнее. Тут нападавший смог замахнуться от всей души, как кувалдой. Третий удар стал фатальным и вновь нанесён в район затылка. Скорее всего это потому, что после второго удара потерпевший упал уже на четвереньки.
Кондрата порадовала, как неплохо патологоанатом описал повреждения и сделал выводы насчёт ударов. Спроси его после осмотра тела, и он бы предположил то же самое.
— Есть предположение, чем могли нанести удар?
— Сложно сказать, какой-то предмет, но я бы предположил, что достаточно тяжёлый
