Но предыстория породила такое множество интересных побочных идей, что искушение использовать некоторые из них в других произведениях оказалось непреодолимым — особенно когда первое из них было принято читателями с энтузиазмом.
С ЧЕГО ВАМ СТОИЛО БЫ НАЧАТЬ?
Универсальной формулы для создания инопланетян и рассказа истории о них не существует. Фактически есть, видимо, два основных подхода, зависящих от того, к чему автор проявляет основной интерес — или, возможно, просто от того, какой из компонентов того или иного контекста пришёл ему в голову первым. Иногда процесс начинается с общей идеи сюжета, и для того, чтобы сделать его возможным, необходимо создать миры и живых существ. Иногда изначально задумывается мир или живое существо, и после этого нужно создать либо живых существ, чтобы они населили этот мир, либо воображаемый мир, который порождает этих существ и является их домом — и сюжет вырастает из их природы.
На практике, вероятно, развитие какой-либо реальной истории достаточно редко протекает строго, прямолинейно и незатейливо в соответствии с какой-то из этих схем. Многие авторы в одних случаях используют одну отправную точку, а в других — иную. Как только процесс начался, каждое решение, касающееся нового аспекта сюжета, скорее всего, приведёт к переосмыслению и видоизменению других аспектов, в которых, как вам казалось, вы уже добились ясности. Лучше всего не слишком прикипать душой к своему изначальному видению; иногда его единственная ценность заключается в инициировании хода мыслей, который в итоге ведёт в совершенно ином направлении. Вы не должны позволять процессу выйти из-под контроля, но должны оставаться открытыми для любых новых возможностей, которые сами подсказывают себя. Важен конечный результат: опубликованная история, которую увидят ваши читатели. Вы хотите, чтобы она была как можно лучше, поэтому любой метод, позволяющий добиться этого, будет правильным.
ГЛАВА 11
Движемся дальше
Жизнь — не такая, какой мы её знаем
Большая часть этой книги посвящена созданию и использованию в литературных произведениях инопланетян и инопланетных обществ, основанных в большей или меньшей степени на известных научных данных, и в частности таких, которые, как минимум, в достаточной степени похожи на нас, чтобы им можно было развиваться на планетах. Этот подход охватывает широкий спектр возможностей, но не такой широкий, какой должна исследовать научная фантастика в целом. Давайте в этой заключительной главе рассмотрим некоторые пути, позволяющие научной фантастике выйти за такие рамки, но по-прежнему оставаться научной фантастикой.
ЗА РАМКАМИ ПЛАНЕТ И ХИМИИ
Многое из того, что мы рассматривали до сих пор, неявно предполагало, что рассматриваемые формы жизни эволюционировали на планетах, находящихся на более или менее круговых орбитах вокруг одиночных звёзд главной последовательности, и были основаны на химии того или иного рода на углеродной основе. Иными словами, и они сами, и их миры находились на каком-то фундаментальном уровне, который хотя бы узнаваемо похож на нас и наш мир. Это всё ещё допускало значительные рамки изменчивости. Например, их солнце может быть моложе и голубее или старше и краснее нашего; у их планеты может быть больший или меньший наклон оси и более слабая или сильная гравитация; они могли бы дышать водородом для восстановления соединений углерода, а не кислородом для их окисления. Но у них, как минимум, были солнце, времена года и гравитация, и они получали энергию для поддержания своей жизни, используя какие-то химические свойства соединений углерода. Создавать миры и инопланетян в рамках этих широких параметров относительно просто, если следовать рекомендациям, изложенным в главах с третьей по пятую.
Время от времени я намекал, что имеется возможность существования сред обитания и форм жизни, отличающихся от нас гораздо основательнее. Первым шагом в этом направлении является планетная система, которая будет сложнее, чем группа планет, движущихся по практически независимым орбитам вокруг одной звезды, — такая, как контактная двойная система в книге Джерри Олшена и Ли Гудлоу «Контакт» (“Contact”).
Более экстремальный пример — «Мир Роша» (“Rocheworld”) доктора Роберта Л. Форварда. Мир Роша — это «планета» недалёкого от нас красного карлика — звезды Барнарда, но её структура сильно отличается от того, что мы обычно понимаем под «планетой». Он состоит из двух небольших планетоидов, расположенных настолько близко друг к другу, что приливные силы исказили их, придав им яйцевидную форму, и принудили к синхронному вращению, при котором они постоянно обращены друг к другу одной и той же стороной. Их твёрдые поверхности совсем не соприкасаются, но их ближайшие части находятся всего в восьмидесяти километрах друг от друга, и они одеты общей атмосферой из метана, аммиака и водяного пара. Один из них — «высокий и сухой»; другой захватил всю жидкую воду системы и сформировал океан из аммиака и воды, который вздымается крутой жидкой «горой» высотой в сто пятьдесят километров. Этот океан является домом для отчётливо чужеродного разума.
Жизнь в Мире Роша имеет химическую основу, и двухкомпонентную планету с единой атмосферой можно считать своеобразной планетой, но она настолько сильно отличается от любой «нормальной» планеты, что её детали ни в коем случае не представляют собой простую или очевидную вариацию на стандартную тему. Выяснение того, насколько сильно они могут сблизиться, не разрушая друг друга полностью, и как будут распределены атмосфера и вода, потребовало обширных предварительных расчётов. Форвард, высококвалифицированный физик с богатым воображением, и вдобавок писатель, сумел их произвести. Если вы хотите написать о чём-то достаточно необычном и оригинальном, вам нужно быть готовым либо выполнить расчёты самостоятельно, либо найти кого-то, кто сможет и готов сделать их за вас. Для астрономической конфигурации, настолько далёкой от обычной и привычной, голые предположения скорее всего окажутся совершенно неверными.
Роман «Яйцо Дракона», также за авторством доктора Форварда, ещё более экзотичен — он буквально выходит за рамки как планет, так и химии. Разумные чила живут на поверхности нейтронной звезды, масса которой вдвое меньше массы Солнца, диаметр всего двадцать километров, сила тяжести на поверхности в шестьдесят семь миллиардов раз больше земной, а магнитное поле почти в триллион раз сильнее (что оказывает решающее влияние на то, как там всё устроено). Материя такой плотности даже не существует в виде атомов, поэтому само понятие «химия» здесь неприменимо. Большая её часть состоит из нейтронов, образующихся в результате «вдавливания электронов в протоны»; физическое состояние этого «нейтрония» различно на разных глубинах, а другие элементарные частицы встречаются в гораздо меньших количествах. Частью химии являются электромагнитные взаимодействия между электронными облаками, которые представляют собой внешнюю часть атомов; ближайшие
