— А если он не будет сотрудничать?
— Тогда тебе не станет хуже. Ты просто останешься здесь. Твой выбор.
Брэм пожал плечами, как будто это не имело никакого значения.
Но Лукан почувствовал напряжение в теле волшебника. Он определенно что-то задумал.
Брэм послал ей кокетливую улыбку:
— Я почти надеюсь, что он идиот. И даст больше времени для нас вместе.
Рея закатила глаза:
— Заткнись, придурок. Я ненавижу это место, и ты это знаешь. Ты же спариваешься.
— Это не значит, что я мертвый, когда увижу хорошенькую ведьму. — Он подмигнул: — Что выбираешь? Возможность уйти с Матиасом или остаться здесь со мной?
Она заколебалась, явно обдумывая все, что он сказал в голове. Наконец она кивнула:
— Я воспользуюсь любым шансом выбраться отсюда и снова быть с Матиасом. Что мне нужно сделать?
— У тебя есть что-нибудь от Матиаса?
— Зачем?
— Будет гораздо проще связать ваши судьбы.
Она бросила на него подозрительный взгляд:
— Ты исполняешь заклинание?
— Нет. Моя милая маленькая тетушка. Она полна сердечной магии.
Милли шагнула вперед:
— Все в порядке, дорогая. Ты ничего не почувствуешь, и все, что сказал тебе Брэм — правда. Если ваши судьбы связаны, то, как только Матиас выполнит свою часть сделки, ты перенесешься отсюда и вернешься к нему. Гораздо легче выполнить заклинание, если у тебя есть что-то от возлюбленного.
— У меня на шее висит маленький пузырек с кровью Матиаса.
Рея осторожно потянула за серебряную цепочку.
— Прекрасно.
Тетя Брэма старалась не морщиться при виде этих жутких украшений.
— Мне нужно, чтобы ты отдала его мне добровольно, и тогда все будет готово.
Рея поспешила сделать то, что ей велено, и протянула Милли флакончик с цепочкой.
Пожилая ведьма постаралась не вздрогнуть, когда взяла его.
— Что бы ты ни предложила от своего возлюбленного, мне нужно то же самое от тебя.
Когда Рея смутилась, Милли добавила:
— Кровь, дорогая.
— Я помогу.
Брэм схватил ее за запястье, затем провел пальцем по ладони, порезав ее немного глубже, чем это было необходимо, с помощью магии.
Рея зашипела. Кровь собралась в чувствительном центре ее ладони, а затем побежала между пальцами. Милли открыла пузырек и вылила немного крови Матиаса на свою ладонь, пробормотав несколько слов над ладонью Реи. Пока Лукан зачарованно наблюдал, маленькая вспышка света была его единственной подсказкой, что заклинание подействовало. Волшебники, как известно, плохо разбираются в сердечной магии. Тот крошечный кусочек, который он попробовал… катастрофа. Слон в посудной лавке. Милли могла быть маленькой и мало чего стоила на поле боя, но сейчас она была богиней.
— Дело сделано.
Ведьма улыбнулась, а затем взмахнула рукой над рукой Реи, чтобы остановить кровотечение.
— Спасибо большое, тетя Милли.
— Да не за что, дорогой.
Она похлопала Брэма по щеке и повернулась, чтобы выйти из подземелья.
Лукан последовал за Брэмом, прямо за ним. Как только они покинули подземелье и Брэм снова закрепил магическую защиту, Лукан повернулся к волшебнику:
— Что это, черт возьми, было?
Брэм широко улыбнулся, явно наслаждаясь своим маневром:
— Неужели ты думаешь, что Матиас будет играть по правилам?
— Ты что, совсем спятил? Конечно же, нет.
— Именно. Я уверен, ему наплевать на Рею или кого-то еще, кроме его собственных амбиций. Но я сказал ей абсолютную правду. Она свободна, если он следует нашим правилам. Поскольку мы оба знаем, что этого не произойдет, она просто останется здесь. Но лучшая новость в том, что, если нам удастся убить Матиаса, она тоже умрет.
****
Лелея свою собственную идею, Лукан вышел из подземелья и заглянул в столовую, надеясь найти там Анку вместе с остальными собравшимися. Ее место было пусто.
Нахмурившись, он наклонился и прошептал на ухо Сабэль, не обращая внимания на хмурый взгляд Айса:
— Мне нужна твоя услуга.
— Конечно. — Она посмотрела на него через плечо, ее голубые глаза выжидающе смотрели: — Какая?
— Мне нужна твоя помощь с заклинанием. На всякий случай.
Лукану не хотелось готовиться к такой возможности, но он ничего не мог исключить. Если Фелиция не сможет добраться туда вовремя, если ее Неприкасаемые силы не подействуют на Морганну, если Анка не сможет — или не захочет — телепортироваться в нужное время, он должен дать ей возможность защитить себя. Матиас, скорее всего, придет за ней ради собственного удовольствия. Ни в коем случае Лукан не позволит снова захватить свою пару.
Сабэль поднялась под пристальным взглядом Айса. Зеленые глаза волшебника сузились, обещая медленную, сильную боль, если Лукан коснется хоть одного волоска на голове Бэль. Лукан поднял обе руки вверх. Как бы хороша она ни была, у него не было никаких планов на сестру Брэма. У Анки было его сердце… и Брэм был бы ужасным шурином. Черт возьми, Айс, наверное, заслужил награду.
В библиотеке Сабэль быстро нашла то, что ему было нужно. Он вырвал страницу из книги, просмотрел ее и вернул ей.
— Это именно то, что нам нужно. Ты можешь это сделать, если необходимо.
— Конечно.
Лукан улыбнулся.
Он хотел поблагодарить Бэль поцелуем в щеку, но потом решил, что сейчас лучше не злить Айса. Вместо этого он проводил ее обратно в столовую.
— Ты не видела Анку? — спросил он, снова усаживая ее.
Прекрасная ведьма помедлила, как будто не хотела отвечать, прежде чем, наконец, призналась:
— Шок пришел около десяти минут назад. Очевидно, он только что получил от кого-то очень много энергии. Анка, казалось, была вполне удовлетворена этим фактом. Затем они завели загадочный разговор, что-то вроде того, что Шок был полным или нет. — Она виновато пожала плечами: — Понятия не имею, что это значит. Я знаю только, что он сказал, что нет, и они исчезли наверху.
Наверху? Там нет ничего, кроме спален.
Поблагодарив Бэль, Лукан вышел из столовой, перепрыгивая через две ступеньки, тревога грызла его изнутри. Он вышел на лестничную площадку как раз вовремя, чтобы увидеть, как Шок выходит из одной из спален с развязным, довольным видом. Анка, последовав за ним, побледнела и прижалась к стене. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Лукан почувствовал, что его гнев выходит из-под контроля.
Его взгляд метался между Шоком и Анкой, удар в живот напомнил ему, что поскольку Анка не произнесла слова привязки, она была свободна делать с Шоком все, что захочет. Все, что угодно. Поддаваться каждому похотливому, похабному, порочному требованию, которое было у придурка.
Черт возьми, Лукан почувствовал тошноту. Анка утверждала, что любит его. Он был парой ее сердца. Она родит ему малыша. И все же… она исчезла в спальне с бывшим любовником.
— Что это?
Он пристально посмотрел на Анку, желая, чтобы она сказала правду, которая не убьет его. Вместо этого ее ноги подкосились, и Лукан бросился, чтобы подхватить ее на руки, когда она упала на пол. Он повернулся к Шоку с обвиняющим взглядом:
— Какого хрена ты натворил?
Другой волшебник стал замкнутым.
— Не паникуй, сэр Галахад. С ней все в порядке. Я велел ей лечь. Упрямая ведьма меня не слушает.
— Откуда ты знаешь, что с ней все в порядке? Что ты с ней сделал, черт побери?
Шок зарычал:
— Я же сказал, что с ней уже все в порядке.
— Мне все равно, что ты сказал. Твой жуткий образ может напугать других. Не меня! Мне наплевать, что ты можешь сделать со мной. Если ты угрожаешь ей…
— После всего, что я для нее сделал, ты можешь обвинить меня в этом с невозмутимым лицом?
Лукан разжал кулаки. Он медленно попятился назад. Шок никогда не повредит Анке. Ему было не все равно. Возможно, она даже необходима ему каким-то странным образом. Или, по крайней мере, Брэм намекал на это. Брэм, может быть, и хитрый болван, но очень умный. Но безопасность Анки была не единственной заботой Лукана.
