Милолика. Сия дева является дочерью сирены и ведьмака, причем не такой дефектной как ты, прости за правду, а полноценной, но от этого не менее проблемной. Девушка, как ведьма, то есть в полном объеме, владеет даром, и в то же время как сирена, что значит ни много ни мало, а успешное использование своих голосовых данных. Знаешь, кто такие сирены?
— Да, в общих чертах.
— Тогда не буду останавливаться. Ну и кто у нас остался? Алеф. — кивнув сам себе, шеф задумчиво покрутил кружку и усмехнулся. — Сей индивид, вышедший пару дней назад из Лабиринта и обретший полностью человеческий облик, уже успел пуститься во все тяжкие и очаровать всех, до кого дотянулись его руки и прочие части тела. И если бы не категоричный запрет царя, то уверен, месяцев через девять по столице бы прошла волна рождаемости, что было бы катастрофой в условиях местных законов. Знаешь, что в Закольцованном мире женщина может родить лишь однажды?
— Да, Чертик уже рассказал.
— Кстати бывают исключения и рождаются двойняшки или тройняшки, но это такая редкость, что в целом несущественно. Так что на мой взгляд кощей поступил оптимально, назначив этих двоих специалистами по работе с населением. Пусть их неуемная энергия идет в нужное русло.
Задумавшись на не лишенные смысла слова Самуила, через пару минут раздумий, я поняла, что он прав. А ведь действительно, есть здравое звено в его рассуждениях!
— А ты сам что думаешь? У нас будет много работы?
— Не люблю предполагать, предпочитаю анализировать уже имеющиеся данные, — многозначительно усмехнувшись, когда я, прекрасно осознав намек, смущенно улыбнулась, не стал доводить до неловкости и тут же сменил тему. — Как тебе город?
— О, мне нравится! — воодушевленно подхватив мысль, тут же с восхищением начала описывать те улицы, по которым мы сегодня шли: их разнообразную архитектуру, отдающую стариной и сказкой, одежды людей, их приветливые лица, дворцовый парк и сквер, мимоходом отметив, что живу рядом с ним. — А ещё мы купили дом с домовушкой. Она такая славная. Всегда любила кошек. А ещё у неё есть имя — Марфа Васильна. Правда здорово? А ты сам? Где живешь?
— Пока квартиру снимаю, думаю…
Она была смешной. А ещё живой и непосредственной. Даже не удивительно, что они все в неё так вцепились. Уютная, домашняя, неиспорченная девочка, порой не знающая элементарных вещей, но не стесняющаяся задавать вопросы. Порой и такие, от которых сам собой пропадал дар речи.
Что ж, можно лишь снова повторить — жалеть не о чем.
А через месяц можно и уволить… или уволиться. Впрочем рано решать, время покажет.
Ужин плавно перешел в знакомство и, с интересом слушая Самуила, я понимала, что он начинает открываться мне с иной стороны. Не как далекий и недостижимый шеф, а как самый обычный мужчина. Он спокойно рассуждал о таких вещах, как характеры людей и нелюдей и возможные проблемы с этим связанные, обратил моё внимание на некоторых посетителей и четко указал, кто из них кто. Один колдун, две молодые ведьмочки, даже оборотень был, причем в компании с кикиморой. Остальные были людьми, но и их шеф тоже расставил по полочкам, если так можно выразиться. Купцы, офисные сотрудники, лавочники, просто рабочие и домохозяйки.
— В первую очередь смотри на одежду, здесь она как ни странно — основной показатель, затем на руки, на загар, на общее выражение лица и глаз. Кстати, ты видишь личины?
— Не пробовала... — тут же заинтересованно прищурившись, первым делом вспомнила, что он и сам под личиной и тут же попыталась увидеть его истинное лицо.
Вот только как я ни щурилась, как ни сосредотачивалась — у меня ничего не выходило.
— Ты слишком напряжена, поменьше хмурься. И кстати, зря ты решила выбрать меня.
— Почему?
— Я человек.
— В смысле? — удивленно распахнув глаза, недоверчиво переглянулась с Федей. Он ел уже третий десерт, не вмешиваясь в наше общение, и был абсолютно счастлив. Мне не жалко, лишь бы аллергии не случилось с диатезом.
— Это приговор Ковена — я больше не шаорид внешне.
— Но... разве это возможно?
— Почему нет? — беспечно пожав плечами, шеф тут же привел пример: — Алеф ведь тоже был фавном, а теперь человек. Это всего лишь материальная оболочка, не более. Магия осталась при мне, как и характер. Вот, посмотри лучше на кикимору.
Указав пальцем на славную темноволосую девушку, через два столика от нас флиртующую с парнем-оборотнем, Самуил посоветовал:
— Прищурься и попробуй посмотреть сквозь. Её истинный облик не слишком отличается от нынешнего, лишь цвет кожи и волос, да чуть резче черты лица. Ну как? Видишь?
М... нет... нет... да!
Сначала ничего не происходило, но стоило чуть сильнее сосредоточиться и отбросить лишние мысли, как облик девушки подернулся дымкой, и я увидела и темно-оливковую кожу, и изумрудные волосы. Черты лица действительно стали чуть резче, но в целом она так и осталась хорошенькой. Вот так магия!
Довольно разулыбавшись, повернулась обратно к шефу и радостно кивнула:
— Вижу!
— Отлично, ещё один плюс. Так, ладно, время уже... — глянув на часы и чему-то удивившись, мужчина качнул головой, — да, время уже позднее. Тебя проводить?
— Позднее? — попытавшись найти взглядом солнце, поняла, что оно действительно уже довольно низко и уточнила: — А сколько время?
— Десятый час.
— О, а так светло!
— Темнеет тут ближе к одиннадцати, а светает около семи.
— Ясно... нет, спасибо, мы сами дойдем, тут недалеко. — уверено отказавшись от предложения, отметила, что Федя наконец доел и со смехом поинтересовалась: — Пухлик, ты идти-то сможешь?
— Я не пухлик. — не удержавшись и икнув, парень тут же покраснел и смутился. — Но вкусно же! А идти я всегда смогу, я ж нечисть.
— Ну-ну... — на мгновение задумавшись о том, стоит ли мне заикнуться об оплате за ужин, но Самуил уже расплачивался, так что я даже счета не увидела. Ага... ну, ладно, его право. — Спасибо, за ужин и вечер. Увидимся завтра?
— Да, до встречи. — выйдя из кафе вместе с нами,
