о замешкавшемся Бримсе. Увидел… и тотчас ощутил, как проход потерял стабильность и начал схлопываться, выдавливая Магистра обратно на Нолд.
Какого мархуза⁈ Виттор совсем рехнулся, если решился нарушить баланс Сил в схеме портала⁈ Да и когда он вообще успел настолько глубоко вникнуть в тонкие манипуляции с пространственной магией⁈
Мысли неслись галопом, однако наиболее деятельная часть разума Магистра уже принялась за дело. Перейти на Горх льер Бримс был не способен, но это не значит, что он собирался бросить своего верного человека на растерзание Фердинанда. Паутина чар выстрелила в спину Олега, опутала его с ног до головы и, точно щупальце кракена, втянула в портал за миг до его окончательного закрытия.
На портальную площадку Бримс и Чимир упали почти одновременно. Едва ли не под ноги к льеру Виттору.
— Ни капли не сомневался, Бримс, что ты наплюёшь на прямой запрет своего Архимага не вмешиваться в конфликт на Тлантосе, и полезешь на Горх лично, — захохотал льер Виттор, глядя сверху вниз на Магистра. — Ты настолько предсказуем!! — Появление разгорячённого схваткой Олега он подчёркнуто игнорировал. — Повторяю первый и последний раз: М’Ллеур нам не союзники. Они не были ими раньше, не будут и впредь. И даже то, что они схлестнулись сейчас со скверной наследия Некронда, не ставит нас по одну сторону. Мы — Свет, они — Тьма… И пусть, мархуз побери, Тьма пожрёт Тьму!
Архимаг, рисуясь и работая на публику, гордо задрал подбородок.
— Ребро Орриса, Виттор, да ты никак испугался, что тебя не так поймут по ту сторону Благостного океана! — презрительно фыркнул льер Бримс, медленно поднимаясь на ноги и помогая встать дезориентированному переносом льеру Чимиру. — Твоё падение от гордого Великого мага до приспешника Длинноухих кукловодов потрясает…
Виттор не рискнул открыто встретить взгляд бывшего друга и вильнул глазами, а затем и вовсе развернулся на месте и зашагал к стоящей поодаль охране. На полпути остановился, замер, словно раздумывая, и трижды ритуально стукнул посохом о мостовую.
— Правом, данным всем Архимагам основателем Республики, повелеваю: отстранить льера Бримса, Магистра Наказующих от исполнения своих обязанностей, и начать расследование его деятельности силами особой комиссии при Совете Мастеров, — произнёс он торжественно, затем повернул голову и через плечо со значением добавил старинную юридическую формулу: — И да падёт гнев Скипетра Власти на всех врагов Истинных…
Портальную площадку льер Виттор покидал без спешки, всем телом выражая удовлетворение от того, как повернулись дела.
— Льер Бримс, у меня от перехода в мозгах помутнение случилось или у нас действительно только что случилась маленький дворцовый переворот? — пробормотал Чимир ошарашенно.
— Переворот? Нет, пока только его попытка, — медленно ответил льер Бримс, задумчиво вращая печатку на пальце. — Пока только попытка…
Он давно ждал чего-то подобного. Надеялся, что обойдётся, но… ждал. И готовился. А кто предупреждён, то вооружён, неправда ли?
— Чёрный пакет, высший приоритет, — пробормотал он в переговорный амулет, настроенный на одного из верных ему людей.
И разрушил магическую игрушку коротким заклятьем. Всё, маховик запущен, противостояние с Архимагом переходит в «горячую» фазу. А начнётся всё с того, что кое-какие материалы самой секретной службы Нолда отправятся прямиком к К’ирсану Кайфату. Сначала исподволь, повернув всё так, словно его агенты сами её добыли, а затем напрямую, посредством собственных каналов Бримса.
Главное, Олегу о том не говорить. Не то Бримс в этот ответственный момент лишится одного из вернейших своих людей. И опальный, но пока ещё не мятежный Магистр, мрачно усмехнулся.
* * *
Минош всегда считал себя сильной, состоявшейся личностью, чьи жизненные устои никто и ничто не способен поколебать. Да и нужно ли меняться, если твой народ давно и прочно вошёл в фольклор соседей в качестве таинственного и необоримого лиха, твоя страна сильна и богата, а сам ты — могущественный маг, идущий путями Древних? Высшие не идут на поводу у обстоятельств, а а меняют их сообразно своей воле.
Так продолжалось долго, до той поры, пока не случилась война с Тлантосом. Война, которая расставила всё по своим местам. Страна, встретив могущественного и коварного противника, оказалась далеко не столь сильна, как думалось, её народ как мог служить пугалом лишь для невежественных крестьян, а сам ты… сам уступал в боевом мастерстве иным смертным колдунам.
Будь у Миноша время подумать, он неизбежно впал бы в уныние, да только его-то у него как раз и не было. Наследники Некронда давили по всем фронтам так, словно имели неисчерпаемые ресурсы. Жгли приграничные форты и поселения, устраивали вылазки в считавшиеся тайными урочища, охотились на лидеров М’Ллеур, проводили рейды в глубоком тылу и пару раз даже устраивали диверсии в крупных городах. Эльфы ночи тоже не сидели сложа руки, но за каждым их военным успехом обязательно следовала неудача.
Только освободили от гнёта Тьмы Источник Силы на побережье Тёмного океана, как два бег’хеме’оот тут же осквернили его двойник на побережье Благостного океана. Устроили эльфы Ночи резню в самом северном городе Тлантоса — Едиренге, так тут же последовало наступление на Западном направлении и М’Ллеур потеряли почти полторы тысячи сородичей. Для малочисленных эльфов это была сущая трагедия!
Пока противники обменивались ударами, сохраняя внешний паритет, но никто не сомневался, что долго так продолжаться не могло. Пусть маги М’Ллеур далеко опережали по мастерству и Силе среднего колдуна Тлантоса, последних было существенно больше. За них воевала нежить, и прикрывала тылы мощь одного из величайших артефактов в истории Торна.
Нет ничего удивительного в том, что несмотря на всю подготовку и все уловки, государство эльфов Ночи медленно и неотвратимо катилось к пропасти… И так же нет ничего удивительного в желании Тёмных изыскать любую возможность для обеспечения стратегического перевеса в проклятой войне.
Идея взять в союзники Нолд принадлежала варреку Миношу и Наставнику Тверену. Налаженные ещё на Сардуоре контакты требовали самого пристального внимания, и оба мага смогли добиться принятия решения об их использовании, несмотря на сопротивление скептиков. Сам Нараккет — этот не иначе как рождённый Тьмой хфург, набравший за время войны колоссальное влияние — уступил их напору. Хотя поначалу яростно критиковал любые предложения о сотрудничестве с Истинными!
Как же, ведь Перворождённые не могут становиться на одну планку со смертными магами! Особенно если по окончании общего дела, не будет никаких шансов на уничтожение наглецов.
И пусть Миношу сотрудничество с Республикой тоже было сильно не по нутру, он успел достаточно измениться, чтобы смирять гордыню ради выживания
