компоста.
Рядом по соседству гуляла молодая пара. Повезло. Резкий грохот со спины заставил с трепетом на себя обратить внимание. Девушка не меньше парня перепугалась, трепетно вжимаясь в кавалера. Уж один из обоих ну просто обязан устоять. Пришлось взять инициативу в руки. Прекратить трястись и посмотреть смерти в лицо. Именно так выглядел на издыхании человек. Прогулка в окраинах санатория закончилась бедой. Тело лежало в метрах двадцати.
Девица выбрала совершенно приземлённое платьице для пешей прогулки. Свободное, но не висит на теле как обвисший мешок. Выкройка сделана по форме. Без рукавов. Длина юбки чуть ниже колена. Приятный, бирюзовый цвет с алыми лепесточками. Небольшие складки по краям. Талию украшает тканевый ремешок, завязанный бантом. На ногах белые балетки. В руках бежевая сумочка. На плечи наброшен коричневый пиджачок. Тоже приходится к месту. Ближе к вечеру помогает согреться, но он никоим образом не спасает от внезапной дрожи. То, что очень сложно унять. Она попала в ритм и чисто физически не может остановиться. Даже его объятия не помогают. Нехотя, но и ему передаёт свой озноб. Белая рубашка вместе с платьем воедино сплетаются. Никто друг друга не хочет отпускать. На земле рядом валяется полная противоположность.
Испачканный труп в грязи и листве. Порванный. С примесью разбухшей крови по всему животу. Раны. Ушибы. Там, где находятся рёбра, сквозь кожу с левой стороны торчит кость. Спина вся распорота. Располосована. Возникает ощущение, что с лёгкой подачи руки плетями били. Причёска похожа на птичье гнездо. Отовсюду торчат веточки и листочки. Кай, в конечном счёте, напоминает тряпичное месиво. По крайне мере на вид. Рано судить по первому впечатлению.
Люди оправились от шока гораздо раньше его самого. Мужчина не стал паниковать, хотя первые секунды и сам был чудовищно напуган. Несколько секунд передышки помогли прийти в себя. Он что-то тихо прошептал своей милой подруге, отряхнул её слегка, поцеловал, и только потом осторожно направился в сторону больного. Временить было ни как нельзя.
Шаг оставался неуверенным и осторожным. Не то чтобы, вдруг случится неладное, но за зря рисковать, точно не хотелось. Страх перед смертью в людях, взывал у каждого своё. Не меньше своей дамы перепуган. До холодного пота взволнован. Главное – сберечь будущую семью, а всё остальное подождёт. Даже чужая жизнь не так сильно важна, которая, кажется на первый взгляд, оборвалась. Коленки от одной такой мысли трясутся. Идти крайне не хочется, но он идёт. Человеческий долг обязывает. Ощущение крайне схожее, только вместо котёнка в подвале, на дороге лежит человек. Подросток. На полпути девушка не сдержалась и прорвалась:
– С ним всё в порядке?! – испуганно выкрикнула. – Всё?
– Не знаю, – умеренно ответил. – Сейчас посмотрю…
Ещё несколько затяжных секунд и человек подошёл почти вплотную. Тело бездыханно продолжало на сырой земле лежать.
– (Взволнованно) Ну что там?!
– Тише, не ори, – в пол головы обернулся. – Щас осмотрю…
Девушка трепетала на повышенных тонах. Держать себя в руках и вовсе не получалось. Ей очень некомфортно приходилось стоять одной. Её одновременно переполняли страх и любопытство. Сама готова ринуться дай только повод. Она нехотя ждала его команды.
– (Спокойно) Эй, парень, – немного нагнулся, – ты как там, живой?
В ответ прозвучала тишина. Туша скучно лежала вниз головой на животе.
– Ладно… (Тихо) Нужно хотя бы его… нормально положить…
Меньше всего хотелось прикосновения, но парня как минимум следовало перевернуть на бочок. Едва оторвались от земли плечи, как ладони оказались тут же в крови. Невидимые раны вскрылись. Догадки, окончательно подтвердились о серьёзности полученного ущерба. Очень сложно что-либо предпринимать, так как нигде фактически нет живого места. От одного только вида воротит. Всё, что ему удалось сделать – подгрести рукой чуть более свежих листьев под голову и всё. С большой неприязнью на спину положил. Осознание быстро пришло в голову. Он мог сделать только хуже.
Почти полностью изорванная в тряпьё рубаха, кое-где смотрелась в виде сборища единичных лоскутков ткани, тем самым обнажая частично изувеченный торс. Из свежих, маленьких ран, сочилась каплями жидкость. От дырок побольше, осталась разве что грубая корка ткани, как будто бы их недавно прижгли. Всё ещё причудливо оставался висеть оторванный рукав пиджака с кусочком предплечья. Штаны не меньше верха потеряли пригодность. Грубо порванные вдоль чуть выше колен, ничем не выглядели лучше той же рубахи, разве что крови гораздо меньше. По первому впечатлению смотрелось всё из вон рук плохо. Как таковой надежды на положительный исход нет.
Пассия не могла больше спокойно ждать. Так и не дождалась его команды. Торопливо подбежала, неуклюже потрясывая ножками. Настолько эффективно, что муж даже и не заметил, как быстро подкралась его супруга. Не меньше самих ран, взгляд приковывало тёмное пятно, выглядывающее из-под кусков рубашки. Обильный шлейф начинался у правого лёгкого.
– (Запыхавшись) Всё, – дотронулась до плеча, – я тут… (Встревоженно) Божечки… – спряталась за спину. – Как его так… угораздило? Он жив?
– (Тихо) Честно, не знаю, – отошёл на полшага назад, – но нам лучше уходить. Нас здесь, – бегло осмотрелся, – не было…
– (Испугано) Подожди! – постаралась удержать на месте. – Мы не можем его одного бросить! Нужно хоть что-то сделать!
– (Напряжённо) Я сделал всё что мог, – отвернулся от трупа. – Больше мы ему ничем не поможем. Нужно уходить.
– Давай хотя бы… помощь вызовем? Тут же клиника рядом. Рукой подать.
– Ты что, – пальцем стукнул по своей черепушке, – совсем сдурела? Он же… мёртв, – хладнокровно заявил. – Нужно живо уходить отсюда, пока нас не заметили, – схватил за руку. – Не хватало ещё, чтобы смерть его на нас списали… Вот бы
