ведущей в пещеру, и застываем. На краю ниши, сложив руки на груди, стоит одинокая мужская фигура в темно-коричневом одеянии и с длинными каштановыми волосами. Это все, что я могу рассмотреть со спины. Он без полога, никак не маскирует свою магию, и мы видим, что это дракон.
Вероятно, тот самый, что чуть не угробил нас с Родвером.
Мгновение – и он оборачивается к нам.
– Рад приветствовать вас в этот исторический момент, – с усмешкой говорит он глубоким жестким голосом.
Глава 37
У него были острые, хищные черты лица, тонкие губы, на которых застыло ехидство, и горящие, как у всех драконов, глаза. У него они горели мрачно и насмешливо. Выглядел он как маг лет двухсот пятидесяти, но чутье безошибочно подсказывало, что перед нами очень древнее и, по-видимому, очень недоброе существо. Недоброе и равнодушное.
В голове возникла картинка, как темно-коричневый дракон настигает нас с Родвером, летящих на беато, как мы стоим в защитной сфере, окруженные его пламенем. Хищные круги, чтобы убить нас…
Родвер с Баром встали так, что я оказалась посредине. Прежде чем дракон закончил насмешливую фразу, в руке каждого из них была наготове боевая молния. Я бросила взгляд вверх, прикидывая, где еще могу пробить камень, чтобы устроить ящеру неожиданный душ. Да, с водой у меня намного лучше, чем с огнем. Но источников сверху не было, иначе мы бы пустили водопад прямо на демона.
Мы трое стояли на одном конце пещеры, дракон – на другом, прямо возле ниши. Горячий воздух накалился сильнее и просто кипел напряжением. Демон вдруг вздохнул глубже, я заметила, что пальцы на огромной руке пошевелились. Я поежилась, левым плечом крепче прижимаясь к Родверу. Конец света начался. Вот так внезапно и неизбежно.
– Как видите, я разбудил его, пока вы устраивали ваше маленькое водное представление, – вновь нарушил тишину дракон. – Вы вообще попались в ловушку, как малые дети. Ну кто же будет приглашать вас на свидание через три дня? – он неприятно усмехнулся. – Письмо должно было навести вас на мысль срочно отправиться в Лабиринт и утопить моего питомца. Я был уверен, что на это у вас хватит мозгов. Разумеется, вы сделали то, что мне нужно, – открыли Лабиринт, и я смог войти сюда.
– Ты один здесь? – словно бы непринужденно спросил Родвер, успокаивающе касаясь меня левой рукой. Они с Баром переглянулись. Да, уверена, Родвера учили вести переговоры. А они нам нужны… Хотя бы чтобы выиграть время, разобраться, что нам делать.
Бросив взгляд на Бара, я заметила, что он очень сосредоточенно смотрит на дракона, словно пытается узнать его. В сущности, Бар может ведь знать другого дракона…
– Да, – столь же непринужденно пожал плечами дракон. – А зачем мне кто-то? Когда-то я создал тот заговор, чтобы отвести внимание от себя и своих истинных целей. Теперь они стали не нужны, вы попались в ловушку. Я убрал их всех. Предпочитаю более могущественных союзников.
– Каких, например? – почти по-дружески спросил у него Родвер.
– Вас, разумеется, – криво улыбнулся дракон. – Думаю, нам есть о чем поговорить. Один козырь у меня – вот эта зверюшка скоро проснется и будет подчиняться только мне. Другой козырь у вас – Камень вод. Не находите, что нам есть что обсудить? Мы можем быть очень полезны друг другу.
И тут Бар опустил руку с молнией и сделал крошечный шаг вперед.
– Я узнал тебя, – сказал он жестко. – Ты – тот, кого драконы называют Вечным изгнанником. На заре появления драконов мои соотечественники изгнали тебя навеки за преступление против истинной пары. Что же, ты хочешь отомстить? Но ты ведь понимаешь, что втроем мы справимся с тобой. Ты умрешь.
– Несомненно, – покладисто кивнул дракон. – Справитесь, убьете… И получите неуправляемого огненного духа, который выжжет половину вашего континента прежде, чем успокоится или вы сможете удачно использовать Камень вод. Кстати, да, друзья, ваше водное представление не выйдет. Насколько я знаю, эта милая тварь, – он указал рукой на демона, который уже вполне осознанно шевелил пальцами. – Воспрянет часов через двенадцать. За это время воды наберется недостаточно, чтобы погасить его. А вот холодный душ в лицо может пробудить его раньше. Это, знаете ли, любого с постели поднимет. На вашем месте я бы закрыл ваш маленький фонтанчик. И да, если вы согласитесь быть на моей стороне, то можете эвакуировать академию и столицу. Мне наплевать на людей. Пусть живут. Мне нужны они. Наши с тобой, Барлор, собратья. Драконы.
– Ты хочешь натравить его на драконов? – изумилась я. Не видела никакой причины называть это опасное и подлое существо на вы. К тому же я знала, что у драконов между собой принято только «ты».
– Ну да, – вполне добродушно улыбнулся мне дракон, а меня передернуло от этого. Его добродушие было таким сомнительным, таким ненастоящим. – Драконы зажрались в своей неуязвимости. Давно никто не мог подпалить им хвост. А я сделаю это. Конечно, в итоге наш питомец успокоится, или они найдут на него управу. Может быть, просто улетят. Но от их хваленого острова ничего не останется… Приятно. Хоть что-то. Послушай историю, леди ректор. Ты ведь любишь романтичные истории? Когда-то давно, много тысяч лет назад, когда мы только пришли сюда из другого мира, я полюбил одну драконицу. Между нами было все решено… Она должна была стать моей. Но вдруг появился один совсем молодой дракон, без ума, без сердца. Единственным его достоинством было то, что он… оказался ее истинной парой. Это нерушимая связь, ей было никуда не деться. Они заключили брак. Тогда я убил обоих в приступе гнева. Они как раз были в человеческой ипостаси и предавались любви. Романтично, не правда ли?
– Не уверена в этом! – бросила я.
– Я тоже, – наигранно вздохнул дракон. – Я перестарался. Признаюсь, когда я понял, что натворил, то раскаялся. Я сам пришел к правителю и признался в содеянном. Устроили суд… И что вы думаете? Они поняли меня? Простили? Нет! Чистосердечное признание спасло меня от смертной казни, принятой за преступления против истинной пары. Но они приговорили меня к изгнанию! Навсегда. Я много раз пытался вернуться, но встречал лишь один ответ – способный на совершенное мной, достоин быть лишь изгнанником, прозябать среди людей… Барлор! Не находишь, что они заслуживают наказания? Не находишь, что наши соотечественники зазнались? Вспомни, что они говорят о тебе! Как презирают за то, что ты живешь среди людей! И сейчас, когда ты просил помощи, они лишь посмеялись над тобой. Дела мира их не
