17 сентября ВС ООР телеграфировал Военному совету ЧФ:
«Наступать в направлении Свердлово — Кубанка при явном превосходстве противника невозможно. В Одесской дивизии осталось пять пехотных батальонов, один артполк, мало снарядов… В Западном и Южном секторах идут напряженные бои. Для отражения атак противника брошены части Одесской дивизии, моряки Одесской военно-морской базы и работники НКВД. Просим отменить операцию, 3-й полк незамедлительно направить в Одессу».
Докладывая так, ВС ООР, однако, не прекращал подготовки к десантной операции, в то же время изо всех сил пытаясь оттянуть ее до прибытия 157-й дивизии.
Прибывшие в Одессу начальник оперативного отдела штаба флота капитан 1-го ранга Жуковский, заместитель начальника отдела связи, капитан 2-го ранга Гусев, флагманский артиллерист флота, капитан 1-го ранга Рулль и другие командиры усиленно занимались разработкой операции. Штаб ООР активно вел воздушную, наземную и морскую разведку.
Штаб ВВС уточнял группировку пехоты, артиллерии и конницы противника в районе Свердлово, Благодарное, Кубанка, Гильдендорф, передвижение его войск в направлениях Петровское — Свердлово — станция Буялык — станция Кремидовка. Штабы дивизий проводили ночные поиски, чтобы выявить нумерацию частей, действующих перед каждым соединением, их смену, перегруппировки и инженерные работы.
Наконец в Одессу начали прибывать части 157-й стрелковой дивизии. Вместе с нею на пополнение поредевших частей переднего края снова прибыли 13 маршевых рот, опять немедленно влитых в части, хотя такая практика отчасти и противоречила строгому указанию Ставки:
«Резерв пополнения усиленно обучать технике ведения ближнего боя и огневой подготовке и ни при каких обстоятельствах маршевые батальоны целиком в бой не вводить».
Первыми прибыли батальоны 633-го стрелкового полка майора Гамилагдашвили.
Комиссар полка Карасев доложил, что полк в первые дни войны пополнился в Новороссийске мобилизованными рабочими цементных заводов, которые прошли уже хорошую подготовку и мало отличаются от кадровых красноармейцев.
Вслед за 633-м корабли доставили в Одессу 716-й и 384-й стрелковые полки, артиллерийский полк[374] и тылы дивизии. На учебном корабле «Днепр» прибыли командир дивизии Томилов и комиссар дивизии Романов. Из доклада Томилова выяснилось, что приданный дивизии 422-й тяжелый гаубичный полк оставлен в Новороссийске и в Одессу направляться не будет.
Как только начали прибывать полки 157-й дивизии, ВС ООР, наученный горьким опытом, начал активные переговоры со Ставкой, чтобы не допустить использования ее по частям и вскоре получил желаемую телеграмму Ставки с указанием: «757-ю стрелковую дивизию использовать на направлении главного удара, не распыляя ее на решение второстепенных задач».
Параллельно ВС убеждал Ставку и Генеральный штаб закрепить 422-й тяжелый артиллерийский полк за 157-й дивизией и прислать в Одессу. Результат этих запросов превзошел все ожидания Жукова, привыкшего уже к тому что если ООР еще как-то и пополнялся людьми, то артиллерия в осажденный город не поступает вообще.
Сформированные в Одессе 2-я кавалерийская и 421-я стрелковая дивизии практически не имели артиллерии, а орудия 25-й и 95-й дивизий уже приходили в негодность. У противника же было до 80 орудий на километр фронта против 2,4 — в Восточном секторе, 4,4 — в Западном и в Южном — 5,6 орудия на километр.
По итогам переговоров и просьб пришло сразу две телеграммы из Ставки; в одной сообщалось, что «в Новороссийск прибыл для Одессы гвардейский дивизион „эресов“»[375], а в другой, что «422-й гаубичный артиллерийский полк будет грузиться для отправки в Одессу».
Начальник Политуправления флота Бондаренко, прибывший в Одессу, внес некоторую «ясность» в распоряжения Военного совета флота относительно подготовки десантной операции. Оказалось, что проведение ее было отложено до 17 сентября только потому, что 3-й морской полк не закончил в указанное ему время формирование, не был укомплектован командным составом и не успел подготовиться к высадке.
Бойцов набирали как из экипажей кораблей и частей, так и из прибывавших на флот запасников. Особые требования предъявлялись к командирам и политработникам: нужны были люди, способные в кратчайший срок подготовить подчиненных к действиям во вражеских тылах, на незнакомой местности. И вдобавок — в ночных условиях. Для тренировок отвели участок берега в районе Казачьей бухты. На подготовку кораблей и личного состава к высадке отводилось 5 суток.
Были установлены нормативы высадки с учетом ожидаемой погоды. Еще одну тренировку решено было провести на траверзе Херсонесского маяка. Крейсер «Красный Кавказ» попробовал произвести посадку десантников в баркасы при свежем ветре, но не уложился ни в какие нормативы. В срок погрузиться смогли только единичные бойцы.
Проведенная там же пробная высадка всего полка показала, что люди подготовлены еще недостаточно, и срок десанта пришлось отодвинуть. Возникали трудности и с вооружением полка — почти все стрелковое оружие, имевшееся на флоте, уже было отправлено в Одессу. Пулеметы десантникам достались немецкие, из захваченных трофеев.
По числу бойцов сформированная десантная часть далеко не соответствовала нормальному полку. В трех стрелковых батальонах и минометном дивизионе насчитывалось 1617 человек. Из них 180 были коммунистами. Командиром полка был назначен капитан Корень, военкомом — батальонный комиссар Слесарев из Политуправления флота.
Кроме того, командование флота насторожили настоятельные просьбы Жукова не торопиться с высадкой, доложенные капитаном 1-го ранга Ивановым, вызвавшие недовольство вице-адмирала Октябрьского и члена Военного совета Кулакова, высказавшихся по адресу ВС ООР довольно нелестно.
Но через сутки ВС ЧФ получил еще и телеграмму, подтверждавшую доклад Иванова заявлением, что наступать на Свердлово — Кубанку при явном превосходстве противника невозможно. Она заставила Военный совет флота снова взвесить все обстоятельства и отложить операцию до 21 сентября, когда в Одессе ожидался 422-й артполк.
Полк прибыл 20 сентября, имея в своем составе тридцать шесть 152-мм гаубиц и по три боекомплекта к ним. Одновременно прибыл и танковый батальон, приданный дивизии. Численность дивизии после переброски составила 12 600 человек, при 70 орудиях разных калибров.
Планирование операции
(20 сентября)
20 сентября Военный совет ООР слушал доклад генерал-лейтенанта Софронова, отвечавшего за подготовку и проведение наступательной операции в Восточном секторе.
Бригадный комиссар Кузнецов и полковой комиссар Бочаров доложили о проведенной в частях партийно-политической работе. Все с нетерпением ожидали наступления, хотя в замысел его пока не были посвящены.
Утвердив разработанную начальником штаба Приморской армии, полковником Крыловым плановую таблицу боя, в ту же ночь ВС ООР доложил Военному совету флота о том, что начало артподготовки намечено на 7 часов 30 минут, атака — на 8 часов 22 сентября, и просил авиацию флота нанести одновременно бомбовый удар по Гильдендорфу, Александровке и совхозу Ильичевка.
В целом плановая таблица выглядела так:
«21 9.41 г. — проведение рекогносцировки всеми звеньями до б-на, д-на включительно, исх. Положения для наступления и переднего края оборонительной полосы пр-ка организация взаимодействия на местности, выбор и организация КП, НП, организация связи и наводка линий в р-не Свердлово, Кубанка.
22 сентября:
Авиация
в 1.30 — выброска воздушно-парашютного десанта; в 3.00 — начало высадки морского десанта; в 4.00 — удары авиации Черноморского флота по резервам противника…
с 4.00 — беспокоящий огонь по р-нам ОП, арт и НП пр-ка; в 6.00 — атака вражеских аэродромов… авиацией Приморской армии; в 7.00 — удары авиации Черноморского флота по вторым эшелонам противника; с 7.30 до 8.00 — артподготовка; с 8.00 — переход в наступление 421-й и 157-й стрелковых дивизий»[376].
Решение на высадку десанта было разработано штабом эскадры ЧФ под руководством капитана 1-го ранга Андреева при участии прибывшего в Севастополь начальника оперативного отдела штаба ООР Иванова.
Планом операции предусматривалось, что днем 21 сентября и в ночь на 22-е авиация флота ударом по аэродромам и скоплениям войск противника в Восточном секторе парализует немецкую авиацию и сорвет сосредоточение вражеских сил. 3-й морской полк под прикрытием артиллерийского огня кораблей высадится на пересыпи Малого Аджалыкского лимана у деревни Григорьевка.
После высадки десанта корабли перенесут огонь в глубину расположения противника. 3-й морской полк с рассветом овладевает Чебанкой, Старой и Новой Дофиновкой, закрепляется и переходит к длительной обороне. Наступление полка поддерживается огнем кораблей по заявкам командиров подразделений через корректировочные посты, высаживаемые одновременно с десантом.
