юбки. Даже неторопливые, его поцелуи насквозь пропитаны чувственной страстью. Ничего столь же глубокого я в жизни не испытывала.
– Не бросай мне вызов, – рычит Эльдас, прикусывая мою нижнюю губу. – А то ведь я могу превзойти твои ожидания.
– Может, этого я и хочу.
– О, я знаю, что хочешь. Но сумеешь ли справиться?
Даже решительно глядя на него, я дрожу от удовольствия. Он – просто чувственная мечта.
Но прежде чем мы успеваем поддаться низменным инстинктам, нас спасает лакей.
– Ваши величества, – кланяется он и опускает взгляд в землю. Эльдас отстраняется, лишь на полшага, по-прежнему держа ладонь на моей пояснице. Он больше не боится прикасаться ко мне при посторонних. Думаю, в этом есть своя прелесть. – Карета готова ехать в любой момент.
– Тогда не стоит медлить, – заявляет Эльдас.
Когда я переступаю порог коттеджа, сердце сжимается от тоски. Я почти представляю, как вокруг меня обвиваются ползучие стебли, тянутся ко мне, словно детские ручки. Сама земля молит меня, и ее шепот я скорее чувствую, чем слышу. Он эхом отдается под ногами.
Бросив последний взгляд на оазис королевы в пустыне дикой магии и серых замков, я забираюсь в карету.
Большую часть пути до Западного Стража мы молчим. Тишина для нас – вполне удобный третий спутник. Ее мы повстречали однажды ночью, когда потные, уставшие и довольные лежали в постели, и теперь уже знаем довольно хорошо. Эльдас вновь раскладывает на коленях свой дневник, и большую часть пути мы пишем или читаем. Наконец-то у меня есть несколько часов, когда можно, не отвлекаясь, погрузиться в чтение, и присутствие эльфа не мешает мне сосредоточиться.
– О, – вдруг выдыхаю я, не отрывая глаз от страницы. Я наконец понимаю, чей дневник держу в руках.
Сердце бешено колотится в груди. Возможно, все это время дневник лежал в том столе, пытаясь не развалиться в ожидании этого момента. Мои поиски в ту ночь оказались весьма успешными.
Я отыскала записи первой королевы.
– Мы уже на месте, – подтверждает Эльдас, неверно истолковав мой возглас. Я вскидываю голову, чтобы поправить эльфа, но отвлекаюсь, заметив, как карета медленно проезжает по широкому подъемному мосту. Эльдас указывает на стену за моим плечом, что тянется к самому небу и на западе и востоке простирается до горизонта. – Эльфийская граница, – поясняет он. – Стену построил мой прапрадедушка, чтобы сдерживать враждующих фейри и не пускать подстрекателей в эльфийские земли. А вот река, о которой я тебе говорил. Она создает дополнительную защиту.
– Каждый раз, касаясь пресной воды, фейри вновь принимают свой истинный облик, верно?
Эльдас кивает.
Разговоры о фейри вновь навевают воспоминания о том случае в городе. Я подавляю дрожь и принимаюсь раздумывать о другом, хотя и связанном с этим народом. О Харроу и проблеске. Я уехала всего на несколько дней, но, кажется, прошло очень много времени.
– Харроу тоже приедет сюда, верно?
– Да, вместе с мамой. Это семейная поездка, – с ноткой извинения сообщает Эльдас.
– Если она будет вести себя вежливо, то и я тоже.
Я уже давно поняла, что невозможно надеяться всем понравиться. Конечно, я бы предпочла, чтобы мать Эльдаса хотя бы терпела меня. Но, подозреваю, сама я тут вовсе ни при чем. Ее ненависть направлена на Элис и отношения, связывавшие прошлую королеву с отцом Эльдаса. Если я вдруг останусь в этом мире или вернусь сюда, то хотелось бы надеяться, что в будущем она сможет научиться меня принимать. А сейчас я даже думать не желаю о Севенне.
– Посмотрим, – бормочет Эльдас. Судя по тону, он на подобное не очень-то надеется.
Возле широкой водной глади раскинулся город. Сперва он рос вширь, но потом стал разрастаться в высоту. Здесь в высоких зданиях из серого камня проглядывает знакомый стиль Квиннара. В самом центре города, в окружении стен, построена большая крепость. Как и в замке Квиннара, через основание крепости проходит туннель с множеством дверей, но с единственным входом и выходом, ведущим, полагаю, в земли фейри.
Мы вылезаем из кареты, и собравшиеся слуги кланяются нам в знак приветствия. Я иду рядом с Эльдасом, поправляя юбки. И почему он не предложил мне надеть нечто более официальное? Разве не за этим он собрал для меня столько вещей? Хотя, может, я отлично справилась с задачей и быстро приучила его к своей повседневной одежде.
Дрэстин странно не похож ни на Эльдаса, ни на Харроу. Он не унаследовал черные волосы матери. Вероятно, их темно-каштановый цвет достался ему от отца. А стрижка, даже короче, чем у Харроу, отчетливо выдает в нем военного.
Жена Дрэстина, Карсина, кажется готова родить в любой момент. Она неторопливо провожает нас до самой комнаты, придерживая рукой большой живот, и все время извиняется, что не может должным образом поклониться или сделать реверанс. Я уверяю ее, что не стоит беспокоиться, но от этого, кажется, она волнуется лишь сильнее.
– Что ты о них думаешь? – спрашивает Эльдас, как только мы остаемся одни.
– Приятные эльфы, – честно отвечаю я.
– Просто очаровательные.
– Можно кое-что спросить? – Я снимаю дорожный плащ и кладу его на диван рядом с камином.
– Что угодно.
– Карсина – жена Дрэстина.
– И что?
– И она носит его ребенка? – немного робко спрашиваю я.
– А что в этом такого?
– Ну… – Не знаю, зачем я вообще поднимаю эту тему. Прочистив горло, я собираюсь с мыслями. – Я знаю, что твоей матерью стала не Людская королева. Эльфийские короли обычно заводят любовниц. Я уже поняла, что эльфы ценят традиции, но, боюсь, не до конца уловила, как обычно обстоит дело с эльфийскими лордами и их наследниками.
– Да, точно. Темы наследников мы особо не касались.
Сперва, когда я только попала в Срединный Мир, меня не волновала эта тема, ведь сама мысль о близости с Эльдасом казалась невообразимой. Но теперь…
– Я вовсе не имела в виду нас с тобой. И что я собиралась… – поспешно добавляю я, думая о проведенных вместе с ним днях.
Рассмеявшись, он прерывает меня.
– Это вполне логичный вопрос. И я не думаю, что ты на что-то намекала. – Эльдас расстегивает плащ, и я на миг отвлекаюсь, наблюдая за движениями изящных пальцев. – Королю эльфов позволено заводить связи на стороне. И Людской королеве тоже. Для короля эльфов уже стало традицией иметь наследников от любовницы, вроде моей матери. Ведь таким образом будущий король родится чистокровным эльфом и его глубокая связь с Завесой не окажется под угрозой.
– Понимаю. – Я обдумываю его слова. – Значит, у королей эльфов никогда не рождалось детей от людских королев?
– Нет. Это не…
– Принято? –
