сделал шаг вперёд, заслоняя меня собой.
— Позволь объяснить...
— Ты такая жалкая, — выплюнула она. — Вбей себе в голову: он выбрал меня. И я жду от него ребёнка.
С этими словами она схватила Грэма под руку и вышла за дверь. Родители последовали за ней, мать выглядела совершенно убитой стыдом.
У меня подогнулись колени, но Ноа подхватил меня прежде, чем я упала. Я мечтала провалиться сквозь землю. Я была жалкой. Полным провалом. Как я вообще могла вообразить, что наконец-то заслужила уважение? Что могу хотя бы немного собой гордиться? Господи, я была позором.
— Вик. Поговори со мной, — прошептал Ноа, обнимая меня, пряча от чужих взглядов.
— Я хочу домой, — сказала я тихо. — Одна.
Глава 41
Ноа
Я не мог, блядь, уснуть. Метался по комнате и изо всех сил сдерживался, чтобы не пробить кулаком стену.
Слава Богу, Тесс была у мамы на ночёвке. Я был в полном раздрае и точно не мог сегодня о ней заботиться.
Рухнул на пол и отжался. Потом ещё раз. Пытался вымотать себя до изнеможения. Не сработало. Натянул наушники, включил подкаст о воспитании — надеялся, что переключусь.
Но не мог избавиться от чувства, что этой ночью что-то сломалось.
Её лицо.
Я не мог выкинуть из головы её выражение.
Как у Вик на глазах ликование сменилось на чистый стыд. Как в одну секунду выключился её громкий, яркий свет.
Я лёг на диван, попытался закрыть глаза. У меня не было сил даже пройти те десять шагов до кровати. До той самой кровати, в которую мы втиснулись в первое лето — сначала в наказание, а потом она стала для нас убежищем.
Спи. Ну же. Просто, сука, усни.
Я сосредоточился на дыхании, стараясь отогнать назойливые мысли. И как только они начали утихать, на меня накатила странная дрожь.
Что-то было… не так.
Зарывшись лицом в подушку, я едва сдержался, чтобы не сорваться вниз и не прижать её к себе.
Где, чёрт возьми, Денис достал эту запись?
Братья сдержали меня, когда я хотел вбить ему череп в пол. А потом всё оттеснила тревога за Вик.
Она будто вырубилась.
Глаза потухли. В машине по дороге домой она просто смотрела в окно — пустая, молчаливая.
Когда мы добрались до здания, она зашла к себе и закрыла дверь на замок.
А я остался стоять один в унылом коридоре, рвущийся что-то сделать — и ничего не в силах.
Эти взгляды. Шёпот за спиной. Всё это.
И лицо её сестры.
Боже, эти ужасные люди считали, что победили.
И, кажется, они были правы.
Вик расцветала последние месяцы. И на этих выходных она триумфально заявила о себе. Город встал за неё горой. Она стала важной частью этого места, добилась для него невероятного.
Чёрт.
Спать было невозможно — душно до предела.
Я поднялся с тяжёлым вздохом. Налью воды, потом похожу по комнате и дослушаю подкаст. Развитие мозга у малышей — тема интересная. Раз уж я всё равно не сплю, можно хоть с пользой.
Я только поднёс стакан к губам, как почувствовал это снова.
Волосы на затылке встали дыбом.
Блядь. Что-то не так.
Я зашёл в комнату Тесс, чтобы включить кондиционер, сбить этот жуткий жар.
Как только пересёк порог, я почувствовал запах гари.
В одно мгновение в голове прояснилось.
Следующий удар сердца и сработал пожарный извещатель.
Я выскочил в гостиную, ища следы огня.
Плита выключена. Свечей нет. Что за хрень?
И тут меня обдало холодом.
Вниз.
Я втиснул ноги в ботинки, распахнул дверь, перепрыгнул через перила и понёсся по лестнице. Чем ближе подходил к квартире Вик, тем гуще становился дым. Он валил изнутри. Почему не сработали её датчики? Здание старое, но я же сам менял в них батарейки месяц-другой назад, когда проверял свои.
На первом этаже было темно и дымно. Я натянул воротник на нос и рот и приложил ладонь к её двери. Тёплая, но не обжигающая. Вцепился в ручку — заперто.
Проверил замок, навалился на дверь. Без толку. Уперся плечом — ничего. Надо было собраться. Я знал, как это сделать. Я смогу её вытащить.
Сердце колотилось, я выскочил на улицу и кинулся к своей машине. Открыл задний борт, выхватил топор и респиратор. И обратно бегом.
Я только успел надеть маску, как уже махал топором.
Плевать, что там с замком. Плевать, как заперли. Я бил изо всех сил и уже наполовину прорубился, когда услышал её крик.
— Вик! — крикнул я, разгребая щепки. Дым был такой густой, что я ничего не видел. — Я иду!
Я продолжал рубить, каждый удар чёткий, целенаправленный.
— Окна не открываются! — закричала она, голос сорванный, в панике.
Ещё один удар. Потом удар ногой — доски разлетелись, дверь поддалась. Я шагнул внутрь и наконец увидел её.
Она стояла по ту сторону кухни, обхватив себя руками. Лицо побелело, в глазах ужас, в отблеске огня, что уже пожирал старый линолеум на полу.
— Всё хорошо. Я с тобой.
На ней была простая футболка и хлопковые шорты, босиком, дрожащая всем телом.
По венам плескался адреналин. Я уже строил план. Я знал, что делать. Я спасу свою девочку.
— Встань на тот стул, — сказал я, оценивая пространство за линией пламени, которое явно вызвало что-то горючее. — Потом прыгай. Я тебя поймаю.
Она кивнула, резко и неуверенно.
Жара была невыносимой, пламя подбиралось так близко, что обожгло мне ноги. Я не обращал внимания. Сейчас всё, что имело значение — Вик.
Она забралась на стул, закачалась, закашлялась. Этот звук пронзил меня до костей. Вдыхала ли она дым? Сколько?
Нет. Сейчас не время думать об этом.
— Прыгай, — сказал я, делая шаг вперёд, распахнув руки, не замечая боли, что обжигала кожу.
Без колебаний она послушалась. Я поймал её, и жгучая боль на предплечьях заставила меня отскочить от огня как можно дальше.
Я крепко прижал её к себе и рванулся через завалы. В коридоре опустил её на пол.
— Беги на улицу и звони 911! — прокричал я, чтобы она услышала сквозь респиратор. — Я должен проверить третий этаж!
— Дилан уехал на лето, — она вцепилась в меня, пальцы вонзились в обожжённую кожу. — Его нет дома.
Я обхватил её закопчённые щёки.
— Я всё равно должен проверить.
Она кивнула и побежала к выходу. А я развернулся и понёсся вверх по лестнице, два пролёта, к квартире Дилана. Постучал, не получив ответа — выбил
