она идет к его сердцу.
— Нить, связывающая сердца? — хрипло уточнил он.
— Верно. Как. Ты. Это. Понял? — хмуро поинтересовался Кеннет. Эдуард почувствовал, как тот напрягся.
— При неполной истинной связи ты не сможешь найти Бель с помощью магии истинности, — вместо ответа на вопрос глухо прошептал его высочество, чувствуя, как отчаяние затапливает его.
«И я не смогу. С одной нитью это невозможно».
— Мы все равно найдем её, — твердо заявил Кеннет. — Я и Джер выезжаем в столицу.
«Бель! Где ты⁈ Белла⁈» — мысленно закричал он. Нет, взвыл, словно дикий зверь, почуявший страх за пару. За ту, что значит больше всего в жизни. За ту, за кого не раздумывая отдаешь жизнь.
Этот страх ледяными щупальцами сжал тяжело бьющееся сердце, и его затрясло от ярости и бессилия. Он вспоминал себя во время диалога с девушкой и ругал последними словами. Надо было по-другому встретить её, не строить из себя холодного и равнодушного идиота. Она решила, что её признание для него неважно, сбежала и попала в беду.
Если с ней что-то случится, разве он сможет это пережить? Он мог бы существовать, наблюдая за её счастливой жизнью с Дарлином, ведь тогда он точно знал бы — Белла жива и довольна жизнью. Но теперь…
Эдуард находился в здании службы теней, выслушивая и просматривая отчеты по поиску мисс Харрис, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку, когда снова, в сотый уже раз за ночь, завибрировал артефакт связи.
— Со мной связалась моя внучка, — раздался холодный женский голос. Незнакомый. Властный. Жесткий. — Лилиан в отчаянии. Она рассказала, что Бель пропала, а вы не можете её найти.
Внучка?
— Ваше… э-э… величество? — недоверчиво проговорил принц.
— Узнали? Похвально. Я знаю про коралловый гарнитур Бель. Из акори — драгоценного камня моря. Лилиан рассказала мне, что у Бель есть еще один кулон с акори. С довольно крупным камнем. Значит, артефакт обладает огромной силой. И он сейчас у Лилиан, так как Белла привезла его с собой.
— Вы знаете, как найти Бель?
Сердце Эдуарда замерло в ожидании ответа. Иначе зачем с ним связалась королева Джослин Варгоа, его враг?
— Знаю. И вы, если бы включили голову, поняли бы очевидное, — женский голос был полон раздражения. — Что вам необходимо предпринять.
— О чем вы? — нахмурился принц. — Мы уже перевернули весь город…
— О чем? О вашей уникальной древней магии, ваше высочество! — в ярости перебила его королева Джослин и прошипела: — Вы же драк, если не ошибаюсь?
— Причем тут моя магия? С ее помощью я облетел всю столицу, заглянул в каждую дыру…
— Вы поражаете меня! — снова прервала его королева Варгоа. — Кто-то очень хорошо подготовился к похищению. У этого кого-то очень хорошо работает голова. В отличие от вашей. Но вы — потомок уникального магического существа! Драка! Одновременно огненного и водного фейри! А акори живой камень и он служит существам с водной магией. Так заставьте акори служить и вам! Он найдет своих собратьев, которые заключены в гарнитуре Беллы. Теперь все понятно? Не думаю, что ваша столица нашпигована кучей акори.
Эдуард недоверчиво молчал, одновременно желая и боясь поверить словам Джослин Варгоа.
— Чем быстрее вы заберете у Лилиан артефакт, тем быстрее найдете мою старшую внучку.
После этих слов уже через удар сердца огненный смерч вылетел в окно кабинета лорда Рида из здания службы теней. Переплетающиеся в ночном небе языки пламени стремительно приближались к гостинице «Надежда короны».
* * *
Лилиан Харрис уже ждала его в гостинице с кулоном, зажатом в маленьком кулачке. Красные воспаленные глаза уставились на него с отчаянием и надеждой.
— Я нашла его в вещах Бель, — дрогнувшим голосом тихо проговорила девушка, протягивая ему магическое украшение.
Он сжал в ладони кулон в золотой оправе на тонкой золотой цепочке и призвал древнюю магию, акцентируя внимание не на огненной его составляющей, а на, пока ещё чуждой ему, водной.
Постепенно, ощущая тайный восторг и радость, он почувствовал, как на его настойчивый призыв откликается магия дивного синего камня с тонкими красными прожилками.
Глава 35
Белла Харрис распахнула глаза и не сразу поняла, где находится. Девушка медленно села на узкой твердой кровати и обвела комнату взглядом.
Через узкое окно без шторы в комнату слабо пробивался дневной свет, другого освещения в помещении не было. Ни магического светильника, ни обычной лампы. Контуры узкого шкафа для одежды, небольшого комода с зеркалом и картину с унылым северным пейзажем она неожиданно узнала, и сердце испуганно замерло в груди.
Целительница медленно подняла руку, тонкие пальцы ухватились за манжету рукава элегантного костюма, сшитого для нее самой Мадам, сейчас ставшего мятым и несвежим, и нерешительно замерли. Но через мгновение девушка отодвинула манжету и хмуро уставилась на запястье — тонкий браслет, блокирующий магию, все еще плотно обхватывал его. Браслет уже не был неприятно холодным, как тогда, когда его впервые застегнули на её руке, и стал таким же теплым, как кожа.
— Думай же, Белла, как выбраться из этой ловушки! — пробормотала девушка себе под нос и невидящим взглядом уставилась на картину, вспоминая вчерашний день, сожалея, что случившееся с ней не обыкновенный кошмарный сон…
Когда она выбежала из здания службы теней, то тут же направилась к экипажу Харрисов, который ожидал её недалеко от входа. Путаясь в юбках костюма, забралась в салон, откинулась на спинку сиденья и замерла, зажмурив глаза и закрыв лицо ладонями.
От бега грудь высоко вздымалась, во рту пересохло, а душу и сердце разрывало от огромного разочарования. Прежде всего, из-за самой себя. Ведь она струсила. Не смогла признаться в том, ради чего столько всего преодолела.
Возможно, если бы лорд Рид не появился, она решилась бы. Но только возможно. Ведь при отсутствии лорда Рида холодный и равнодушный вид принца говорил о том, что он ни о чем не сожалеет, а она отнимает его драгоценное время.
Мучило то, что помимо трусости она оказалась слишком наивной. Почему она решила, что наследник трона страдает из-за того, что они не вместе? Во-первых, Эдуард не помнил того, что когда-то влюбился в нее. Во-вторых, ранее под личиной Себастьяна Роя ему нравилось дурачиться и играть роль влюбленного в нее джентльмена. И в-третьих, то невероятное притяжение к ней являлось результатом действия магии истинности. А между ними её больше не было.
И было ещё, в-четвертых. Он отказался от нее. Из благородных побуждений, но все же… И уже смирился с этим, о чем говорил
