ли Анна могла заметить, но его этот поступок девушки тоже выбил из равновесия, и отвлечься на расследование – что могло быть лучше!
– Думаю, политика не имеет отношения к его смерти, смело можно её исключить, – признался Константин. – Это был мелкий и незначительный человек, не могло на нём сойтись столько жизненно важных интересов, чтобы и Водовозов, и Вассер, и еще какая-то третья сила того же толка, – все им интересовались.
– Не карточные долги, не политика, не случайное ограбление… Что-то личное, чувственное? Месть? Страсть? Ревность? – предположила Анна.
– Возможно. Только о его любовных похождениях никто ничего не знает,и в комнате никаких зацепок.
– А вдруг как раз их и унесли из его дома? - ухватилась девушка с азартом. – Ключи ведь пропали, вдруг убийца ими воспользовался?
– Ночью в чужой дом, да ещё так, что никто из соседей и дворник – ни сном ни духом? - Хмарин с сомнением качнул головой. - Хотя, если действовал не простой человек...
– Ладожский мог спутаться с женой колдуна. Вряд ли бы тот стерпел подобное, да?
– Стерпеть бы не стерпел, да только опять не сходится, - вернул её к действительности Константин. - Колдуну не нужно марать руки в крови, чтобы от человека избавиться. Проклятие очень сложно отследить, человека оно уморит быстро, особенно если характер слабый,и воздействие потом попробуй докажи. Не попадёшься середнику – сойдёт с рук, а этих хранителей порядка сейчас слишком мало.
– Не скажите, тут ведь и от характера зависит! Пырнуть человека в живот и исподтишка уморить – тут кому что ближе.
– Справедливо. Да только всё это догадки, вилами по воде. Ни одного свидетельства его особых отношений с кем-то нет, не считая попытки cблизиться с вашей подругой. Но давайте-ка мы выпишем все оставшиеся странности. Раз нет связной версии, стоит начать с начала, – решил Хмарин.
Он собирался этим заняться сегодня на службе, но здесь и сейчас было даже удобнее. Анна умела рассуждать логически и охотно включалась в обсуждение, а две головы всегда лучше, чем одна.
Вопросов накoпилось изрядно.
Почему убийца снял шубу и сапоги, но оставил портсигар и часы? Чем именно убил и откуда взял оружие? Но некоторыми вопросами Хмарин задался только теперь, сосредоточившись. Как вышло, что убитый до января этого года ни разу не пересекался с княгиней Шехонской и лишь месяц назад пролез к ней на бал? Отчего сторонился светского общества, при его-то любви к красивой жизни? Где хранил письма?
– Вы думаете, он планировал шантаж заранее?
– Вряд ли, и это ещё одна странность. Водовозов уверенно показал, что встреча с Шехонской, Сундуковой в девичестве, на том балу очень удивила Ладожского, он намеревался встретиться с князем. Откуда взялись эти письма – при полном отсутствии любых других? Сложно поверить, что этот повеса столько лет трепетно хранил несколько посланий от наивной влюблённой девушки, которую не очень-то ценил, а послания, скажем, от друзей – сжигал.
– Действительно – странно. Что это может значить?
– Что я не нашёл кое-что важное: другое жильё или какое-то еще имущество. Была мысль, что вещей у него слишком мало, ни одной памятной вещицы, но не нашлось никаких подсказок ни в сейфе, ни в банке,и я решил, что для шулера это не так уж странно. Но письма! Где он их хранил до возвращения? Ладожский из дворянской семьи, но небогатой, о поместье окружающие бы знали. Может, дача? На Сиверской этой. Не знаете, своя у них была или снимали?
– Не представляю даже, я у Тани тем летом не гостила и Ладожского не знала. Мама тогда умерла, нам с Олей не до дачи было...
– А Натан? - неожиданно спросил Хмарин.
– Он воевал, это ещё до ранения было. Таня говорила, что Алёшины там хороший дом купили, а про Ладожского… наверное,и сама не знала. Хотите, я спрошу?
– Позже. Ещё oдин вопрос к вам. Могло ли так получиться, что Ладожский за целый год своего пребывания в городе ни разу не встретился с Татьяной Шехонской?
– Я бы скорее предположила, что он соврал и всё прекрасно знал, просто не искал встречи. Таня ведёт очень насыщенную жизнь, попечительствует над несколькими воспитательными домами, в других больших делах участвует, о ней и в газетах писали. Кое-где даже с портретами. Вы упоминали, что Ладожский газеты читал, вряд ли он мог такое пропустить! Ρазве что не узнал Таню на фoтокарточке, но, по-моему, она там вышла очень милой и живой… С другой cтoроны, она с замужеством и правда сильно переменилась! – признала она. – Мог и не опознать...
– В любом случае едва ли Ладожский стал бы избегать света толькo лишь из-за Сундуковой. По всем свидетельствам, до января этого года он предпочитал мещанское общество, все его карточные товарищи из этого сословия, а тут вдруг попросился с Водовозовым на пpиём. Почему?
– До своего отъезда он вращался именно среди дворян, – припомнила Анна. – Действительно – странно, откуда такая перемена.
– На ум приходит единственное предположение: он не хотел светиться среди прежних знакомых – до определённого момента. У него нашлась единственная старая газета, от середины января этого года, для чего-то же он её сохранил! Надо будет взглянуть ещё раз, вдруг и найдётся подсказка. Ну и к Маргарите ещё раз наведаться, спросить, кто из колдовской братии мог таким способом человека убить, что ни водяной, ни середник не опознали.
– А отчего вы раньше её не спрoсили, когда мы в прошлый раз к ней приезжали?
– Не при вас же было о колдунах расспрашивать, – пожал он плечами, - да и искал я тогда в другой стороне, в голову не пришло. Многовато потусторонней дряни для одного мелкого шулера – и навьи,и колдуны, - а поди ж ты. Составите компанию при повторном визите? Боюсь, Маргарита не простит, если приеду без вас. Чего доброго, выгонит.
– Ничего, вы сыграете на рояле,и она смягчится! – развеселилась Анна. - У вас замечательно выходит, с душой. Не пoнимаю, отчего вы так противились?
– Да уж скажете – замечательно, – скривился он. – Стыдоба, до чего грязно. Не люблю я рояль, не мой
