Дедушка в ответ:
— Вот как? Говоришь, поднялись всходы? Опасался я, погибнут семена в этакую засуху, но, выходит, пошла гречиха в рост. Посмотрим, что дальше будет.
— Не тревожься, дедушка, поедим гречки.
А дедушка на то:
— Рано загадывать, посмотрим. Не радуйся, внучек, до поры.
Прошло еще сколько-то дней. Гречиха поднялась высоко и зацвела.
Увидел это внучек и прибежал к дедушке:
— Дедушка, дедушка, гречиха-то зацвела белым цветом! Все поле белое-белое. Скоро поедим гречки.
А дедушка снова в ответ:
— Хм, хм, рано загадывать. Еще неизвестно, что будет.
— Как это «неизвестно»! Чего теперь беспокоиться?
— Хм, хм, — хмыкнул дедушка и умолк.
Еще сколько-то дней минуло. Внучек снова поглядел на поле и во всю прыть припустился домой:
— Дедушка, конец тревогам. Всюду спеют черные треугольные зерна. Будет славный урожай. Уж теперь-то наверняка поедим гречки!
— Оно будто дело пошло на лад, — смеясь, отозвался дедушка. — А все-таки нельзя загадывать до самого конца. Что-то еще будет, посмотрим.
Но вот гречиха поспела. Наступила пора жатвы. Сжали гречиху, просушили, обмолотили. Богатый собрали урожай.
Внучек кричит на радостях:
— Теперь гречки поедим, теперь гречки поедим!
Насыпали зерно в ступку, столкли в муку, ссыпали в ларь, отнесли на кухню.
Так радовался внучек, так веселился, что и сказать нельзя.
Вот собралась вся семья вокруг очага. Сварили крепкий-крепкий чай, всыпали в чашки гречневую муку, заварили чаем и давай мешать густо-густо, густо-густо. Вот и гречневая болтушка готова.
— Ну, дедушка, — торжествует внучек, — видал? А ты все свое твердил: «Рано загадывать, подождем».
Дедушка в ответ:
— Рано загадывать, что еще будет. Пока в рот не положишь, не спеши радоваться.
Засмеялся внучек:
— Дедушка, ты слишком опаслив. Сам видишь, перемудрил.
Протянул мальчик руку к чашке, а она и перевернись. Опрокинулась, и вылилась болтушка в горячую золу.
— А что я тебе говорил? — усмехнулся дедушка. — До самого конца неизвестно, что будет. Не спеши вперед загадывать.
Сказка вся вышла, прихлопнута крышка.
105. Лекарство от мотовства
В старину жил где-то знаменитый врач. Он лечил от всего на свете, даже от глупости и мотовства.
Однажды пришел к нему отец со своим беспутным сыном:
— Сэнсэй, мой сын — отъявленный мот и бездельник. Ума не приложу, что с ним делать. Вот решился привести его к вам. Может, найдется у вас целебное средство на этот случай?
— Лекарство от мотовства? Так и быть, доверьтесь мне. Для отца беспутный сын — большое горе. Пойдемте же сюда, — и врач повел их к себе в сад.
Посреди сада рос высоченный вяз. Задумчиво поглаживая бороду, врач некоторое время смотрел на беспутного юношу.
— Слушай же! Ты должен в точности исполнить все, что я тебе прикажу. Полезай-ка на это дерево!
Юноше это показалось забавным. Он начал лезть вверх, а отец глядел и изумлялся: что за странный способ лечения выдумал врач!
На полпути юноша вздумал было остановиться и передохнуть, но врач загремел суровым голосом:
— Лезь выше, приказываю тебе, до самой вершины!
Юноша стал лезть выше, все еще посмеиваясь в душе. Но верхние ветки — плохая опора. Они согнулись, и вершина начала раскачиваться туда-сюда, туда-сюда. У юноши смех прошел, он позеленел от страха.
Но врач продолжал кричать:
— Лезь выше, еще выше!
Верхушка дерева качалась все сильнее. Юноша что было сил уцепился за самую верхнюю тонкую ветку, того гляди, обломится.
— Сэнсэй, я больше не могу, пощадите меня, погибаю! — молил юноша, совсем обезумев от страха. Но врач все еще оставался непреклонным.
Наконец в ответ на долгие мольбы он сказал:
— Слушай же меня хорошенько! Я пощажу тебя, но раньше поклянись, что отныне не будешь сорить деньгами. Держи в руках отцовское достояние так же крепко, как сейчас держишь эту хлипкую ветку. Ну что, согласен?
Беспутный юноша дал клятвенное обещание, чтобы сохранить свою жизнь, но он спустился с дерева уже другим человеком. Слова врача глубоко запали ему в душу, юноша исправился и стал примерным сыном.
106. Старик, который любил загадки
Жил некогда в деревне старик. Больше всего на свете любил он загадки отгадывать. Вот как-то раз под вечер идет мимо его дома запоздалый путник. Ног под собой не чует от усталости, проголодался. Увидел он хибарку старика и думает: «Попрошусь-ка переночевать. Может, пустят». Постучался в дверь:
— Эй, кто тут хозяева?! Отоприте, пожалуйста!
Высунулся из дверей старик:
— Что тебе надо?
— Я — дорожный, человек, устал, а на дворе ночь. Пусти переночевать.
— Пожалуй, пущу, но с уговором: загадай мне раньше загадку.
— Загадку, говоришь?
— Вот-вот, загадку, да почудней. А если не умеешь, лучше и не просись ко мне в дом. Ни за что не пущу!
Не знал путник ни одной загадки. Но что было делать! В глазах у него было темно от голода, ноги, словно палки, не гнулись.
— Загадаю, дедушка, непременно загадаю, только пусти меня к себе. Уж очень я утомился! — говорил путник, присев на порог и растирая усталые ноги.
Старику стало жаль его:
— Ну, пожалуй, заходи, что ли!
Ввел он путника в комнату для гостей и спрашивает, посмеиваясь:
— Ну что, придумал уже загадку?
— Нет еще, с голоду ничего в голову нейдет. Память отшибло!
— Эй, жена, готовь гостю ужин! — крикнул старик, повернувшись в сторону кухни.
Жена принесла столик и поставила на него полные чашки.
— Подкрепись-ка с дороги, кушай, — приглашает старик. Набросился голодный путник на еду и быстро все чашки опустошил. А старик на него наседает:
— Ну как? Ну что? Пришла в голову хорошая загадка?
Гостю податься некуда. Опустил он глаза от смущения и вдруг видит: порвалась на нем одежонка в дороге, голое тело сквозит.
Вздохнул он:
— Не худо положить бы заплату на эту дыру.
— Как ты сказал? — обрадовался старик. — Положить заплату? Ага, догадался! Нет уж, за плату гостей я не принимаю, хватит и того, что они мне загадки загадывают. Эта была хороша, но придумай лучше.
Мнется путник.
— Промерз я, — говорит, — как бы на меня хворость какая не напала.
— Хворость, говоришь? А, догадался! А ну-ка, жена, подложи хворосту в очаг, пускай наш гость погреется хорошенько.
— Вот спасибо, — сказал гость, придвигаясь к очагу. — Прохватило меня до костей холодным ветром, словно чайку на морских волнах.
— Чайку на морских волнах? Понимаю, понимаю. Подай, хозяйка, чайку. О, да ты, как я вижу, на загадки мастак!
«Ну, на этот раз пронесло!» — думает путник.
Уложили путника спать. Проснулся он на другое утро еще до свету. Как подумал, что опять к нему хозяин с загадками пристанет, так весь и затрясся от страха. «Надо, — думает, — уносить отсюда ноги, пока хозяин не проснулся».
Выбрался потихоньку за дверь и побежал. На беду, старик вставал всегда затемно.
— Эй, эй, путник! — кричит он ему вдогонку. — Куда ты? Загадай мне еще одну загадку.
Споткнулся путник от неожиданности. Уронил покупку, которую домой нес: клещи. Зазвенели тяжелые клещи о камень. Подобрал их путник и помчался дальше не оглядываясь.
— Это зачем же он мне клещи показал? — задумался старик. — К чему бы это? Ах, понял, понял! Верно, он хотел мне сказать: «Что ты, старый дурак, ко мне, как клещ, с утра прицепился со своими загадками!»
Устыдился старик и с той поры перестал от своих гостей требовать, чтобы они ему загадки загадывали.
107. Настоятель и служка
Как-то раз настоятель одного маленького горного храма отлучился по своим делам, а храм оставил на попечение служки. Вдруг хлынул проливной дождь. Прибегает вымокший до нитки прихожанин и просит:
— Дайте мне, пожалуйста, на время зонт! А то застал меня дождь в дороге.
