Венди опустила голову и покаянно произнесла:
— Да, сэр. Вы правы.
И только после этого, окончательно унизив, таможенники отпустили Венди.
О, слава Богу! Она свободна! Через стеклянные двери Венди поспешила в зал ожидания. Там было не протолкнуться, но прямо напротив дверей стоял шофер в униформе, с тележкой и табличкой, на которой было написано «Миссис Хили». Она бросилась к нему, размахивая рукой… И тут навстречу ей шагнул мужчина в грязном пальто и почти лысый, лишь несколько прядей жирных черных волос были зачесаны назад, открывая рябое лицо.
— Венди Хили? — спросил он.
О Господи, с тоской подумала Венди, вот оно. Дурной вестник. Она не ошиблась — с Шоном и детьми случилось что-то ужасное. От страха у нее подогнулись ноги, и она потеряла дар речи.
— Вы Венди Хили? — снова спросил мужчина приглушенным голосом. Венди молча кивнула. — Спасибо, — сказал мужчина и подал ей конверт.
Повернулся и исчез в толпе. Озадаченная Венди вскрыла конверт.
«Штат Нью-Йорк… суд по делам о наследстве и о разводах… Хили против Хили, — быстро читала она, пробегая строчки. — Основания для развода… оставление детей… Дети останутся у их законного отца Шона Хили до решения суда…»
От облегчения у нее закружилась голова — дети живы, а это все пустяки, очередная глупая шутка Шона.
Черт бы его побрал.
Водитель внезапно подбежал к Венди и отвел ее в сторону.
— Это подлость, — возмущенно заметил он. — Вручить заявление о разводе, когда человек только что вышел из самолета. Знай я, что этот парень намерен делать, то помешал бы ему.
Венди покачала головой. Это не может быть серьезным.
— Не важно, ничего, — проговорила она с неуместной холодностью. Ее охватило предчувствие беды. — Ничего, — повторила Венди. — Еще одно дело, которое придется улаживать. Мой муж ненормальный.
Шофер заботливо посадил ее в машину.
— Если вам понадобятся салфетки, в бардачке лежит пачка «Клинекса».
Венди сделала знак рукой, отвергая предложение. Она не собирается плакать. Поразительно, но в подобные моменты человек не плачет. Сознание заволокло тусклой, тошнотворно-желтой пленкой. «Так-так, — думала Венди. — Вот, значит, почему Шон не отвечал на звонки. Боялся».
Ситуация складывалась настолько странная и жалкая, что не выразить словами.
Когда Венди вошла в здание, ночной охранник странно посмотрел на нее.
— Мой муж дома? — спросила Венди.
Охранник взглянул в сторону, а когда, повернувшись, пожал плечами, на его лице появилась угрожающее выражение; он словно ожидал скандала и пытался предостеречь ее от этого.
— Не знаю, — сказал охранник. — Думаю, он уехал на выходные.
Уехал? Это невозможно. Только этого не хватало. Сердце Венди снова тревожно заколотилось.
— Думаете или знаете? — решительно спросила она, нажимая кнопку вызова лифта.
— Сегодня я не видел его. Они уходили вчера днем с чемоданами. Но я ничего не знаю.
Лифт открылся в тускло освещенном коридоре с шершавыми бетонными стенами. В обоих концах коридора было по двери; направо располагалась ее квартира. Венди шла по коридору, и ей казалось, что все это происходит не с ней, а с кем-то другим. Венди не узнавала собственную дверь, и это тоже представлялось закономерным, а не удивительным! Достав ключ, она увидела, что замочная скважина другая — блестящая, новая, латунная. Вся последующая сцена разыгралась перед Венди: она пытается вставить ключ в замок, а затем в растерянности предполагает, что повернула к чужой двери. Она пробует открыть другой замок, и тут до нее доходит, что Шон сменил замки. Венди все равно вставила ключ, и все произошло так, как она представляла: ключ вошел до половины и дальше не двинулся. Поскольку Венди должна была исчерпать все возможности, она и впрямь дошла до двери в противоположном конце коридора и попыталась открыть ту, другую, своим ключом. Тоже не получилось, и, предприняв еще одну безнадежную попытку, Венди всадила ключ в новый замок. Он просто застрял в нем.
Венди захлестнуло отчаяние, и из этого черного потока явилась иррациональная, но неоспоримая мысль: она утратила нечто, чего никогда не обретет вновь. Настал день, которого она страшилась всю жизнь. Она — полная неудачница. Этого нельзя отрицать. Она все сделала не так. Она всех подвела, особенно детей.
Чувство вины стало невыносимым. Спотыкаясь, Венди отошла от двери и, корчась от боли, прижала ладонь к грубой бетонной стене. Что же ей теперь делать? Вызвать слесаря, адвоката… или полицию? При мысли о приложении усилий Венди ощутила ужасную усталость. Лучше просто сдаться и лечь в коридоре. Когда-нибудь Шон вернется и найдет ее здесь.
Венди села на корточки. Все это похоже на сон. На сон, в котором она, беспомощная, лежит и умирает в коридоре, не в силах пошевелиться. Венди закрыла лицо руками, открыв в немом крике рот.
Потом, глубоко вздохнув, провела ладонями по лицу. Она должна дышать и думать. Прежде всего нужно позвонить слесарю — этого требовал сценарий, — а затем она войдет в квартиру и поищет указаний на то, куда Шон увез детей. Венди выпрямилась и взяла саквояж. Игра в ожидание. Она подождет слесаря, а затем найдет своих детей.
Венди достала телефон и посмотрела на экран. Он был темным. Батарейка села.
Ага, вот, значит, какая сцена. Отчаявшаяся мать теряет детей и на каждом шагу сталкивается с препятствиями.
«Давай думай!» — подстегнула себя Венди. Собрав свой жалкий багаж, она спустилась в вестибюль.
— У вас есть ключ? — с вызовом спросила она у охранника.
— Нет у нас никаких ключей, — набычившись, ответил тот.
— Мой муж сменил замок, пока меня не было. У вас должен быть ключ.
— Мы не храним ключи. Нам не разрешено.
— У кого есть ключ?
— Не знаю.
— У старшего есть этот ключ?
— Не знаю.
— У вас есть его номер телефона?
— Нет.
Тупик. Венди почувствовала убийственную злобу к этому человеку, который, вероятно, всего лишь «выполнял свою работу». Если бы она была мужчиной, то попыталась бы ударить его.
— Как ваше имя? — спросила Венди, ища в сумке ручку. Она теряла здесь драгоценное время, однако это казалось ей крайне важно.
— Лестер Джеймс.
— Спасибо, Лестер. Я добьюсь того, чтобы завтра же вас уволили.
— Не угрожайте мне, леди.
— Это не угроза.
От стычки сердце неистово колотилось в груди, и Венди, толкнув стеклянную дверь, вышла на улицу. Ярость захлестывала ее. Как Шон посмел украсть детей? Она шагнула на проезжую часть, чтобы поймать такси, и ее чуть не сбила машина. Водитель повернул в последнюю секунду, чтобы избежать столкновения, и нажал на клаксон. Венди показала ему третий палец, ее ярость достигла предельного накала.
