– Ульрих наверняка сменил код.
– А вот это уже вполне решаемая задача. Код можно просчитать, имея под рукой хорошую программу и приличный инк. Инк у нас есть – Одиссей.
– А программа?
– Тут. – Антон постучал себя по лбу согнутым пальцем.
Игнат покрутил головой.
– Я начинаю подозревать, что ты знаешь все ходы Хорста наперёд.
– Но ведь это действительно просто.
– Смотря для кого. Я, к примеру, торможу. Но тогда встаёт другая проблема: выход на метро. В две тысячи двести восьмом году параметры ТФ-транспорта были иными. Все частоты «струн» давно поменялись.
– У нас есть универсальный ТФ-портал.
Игнат внимательно вгляделся в безмятежное лицо эфаналитика. Показалось, что тот в глубине души насмехается над ним. Вернее, терпеливо пытается объяснить несмышлёному напарнику то, что сам считает естественным, и намеренно понижает планку своего интеллектуального уровня.
– О каком портале речь?
– У нас есть ганглий, установленный Червями Угаага в Сатурне.
– Но он же…
– Не торопись.
– Ганглий… – Игнат погладил лоб пальцем и вдруг сообразил. – Черви оставили его в Сатурне миллионы лет назад! И всё это время он присутствует в атмосфере планеты! Нам не надо будет прыгать в будущее, чтобы воспользоваться им.
– Гениально!
Игнат нахмурился, сдерживая резкое слово, и тут же рассмеялся.
– Я действительно сильно торможу, извини. Всё время думаю о…
– О Лилии, я пронимаю. Ну, что, принимаем вариант? Не знаю, что в голове Хорста, но он долго тут барахтаться не будет, поэтому надо действовать быстро.
– Очень хочется помочь нашим. – Игнат кивнул на «дерево», выросшее в центре Торжка.
– Было бы чем. Но этого «джинна» вряд ли кто разбудит. Мне вообще кажется, что на Луне был упрятан бракованный экземпляр. В бункер его посадили намеренно, как в психушку.
– Ну у тебя и фантазии!
– Иногда они становятся реальностью.
– Добывай код. – Игнат повернулся к малоразговорчивому командиру корвета. – Тодор, прокладывайте «струну» к Сатурну.
– Без проблем, – ответил Жичев, не проявлявший особого любопытства к действиям «экипажа». – Не понимаю, как вы собираетесь взломать код таймфага, не подключаясь к Сети.
Молодые люди переглянулись.
– Элементарно, Ватсон, – сказал Антон полушутливым тоном. – Ни один код не базируется на бесконечном количестве вариаций, поэтому его можно просчитать в принципе. Не думаю, что Хорст особо заморачивался над созданием нечитаемого кода, используя стандартные треки. Когда мы нырнём в ганглий, я дам его оператору пакет вариантов, и на один из них метро фрегата наверняка откроется.
– А если нет?
– Тогда мы возьмём его на абордаж.
Жичев с интересом посмотрел на эфаналитика.
– Для абордажа нужна команда.
– Авантюристов на свете много, наберём сколько надо.
– Оружие?
– Тоже не проблема.
Игнат, с растущей тревогой переводящий взгляд с одного на другого, обрёл дар речи:
– Вы что, с ума сошли?! Какой абордаж?! Какое оружие?!
– Сабли там, мечи, мушкеты, – серьёзно сказал Антон.
– Это прикол?
– Жесть!
Жичев засмеялся.
– Мы шутим, господин Ромашин, успокойтесь. Но я почему-то уверен, что вы прорвётесь на борт «Мао».
Игнат сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, успокаиваясь. Сейчас от профессионализма спутника и его способности предвидеть не только поступки людей, но и развитие ныне существующих логических тенденций, зависело всё, в том числе и жизнь Лилии. Ему можно было простить любые шутки.
Антон работал с инком корвета чуть больше часа. Вышел из оперативного поля, потянулся, зевая, благодарно принял от Игната чашку горячего девясил-тоника.
– Всё, что мог предусмотреть, я предусмотрел. Сфинктура души Хорста мне неизвестна, но как деградирующий индивидуум он не способен на креатив. Можем сделать попытку навестить его в летающей крепости по имени «Мао».
– Тодор, – посмотрел на командира Игнат.
– Я готов.
– Старт в Сатурн!
– Запаковывайтесь, нет смысла геройствовать, всё же ТФ-режимы легче переносить в коконах.
– Я схожу к Малинину, – встал Антон. – Надо предупредить и успокоить человека.
– Он в своей стихии и счастлив как ребёнок, – пожал плечами Игнат. – Вряд ли он надеялся когда-нибудь запустить машину времени, а тем более рулить ею так свободно.
– Ждите. – Антон исчез.
– Повезло с напарником? – кивнул ему вслед Жичев.
– Ещё как, – признался Игнат. – Он иногда меня достаёт, но только потому, что я психую. Я считал себя подготовленным ко всем экстремальным ситуациям, а он спокойно воспринимает их как нечто само собой разумеющееся.
– Есть такие люди – свободные во всех отношениях. Мой сын из их числа, хотя его устремления и вкусы далеки от моих.
– Новое поколение.
– Вы с Антоном тоже новое поколение, утверждающее свои нормы поведения. Я, например, вряд ли затеял бы такую…
– Авантюру.
– Эпопею с броском в прошлое? Слишком консервативен. Я согласился помогать вам только потому, что верю сыну, а он ваш друг.
Вернулся Антон.
– Всё в порядке, считает режимы, поёт песни.
– Песни? – удивился Игнат. – Какие?
– Старинные русские, я таких давно не слышал.
– Удивительный человек. Садись, едем.
В рубку корвета хлынула темнота…
Сатурн две тысячи двести восьмого года ничем не отличался от Сатурна две тысячи четыреста двадцать шестого. Разве что в начале двадцать пятого века вокруг него летало больше исследовательских станций и зондов всепланетного мониторинга.
Корвет «Одиссей» незамеченным вышел на низкую орбиту, практически нырявшую в верхние слои атмосферы окольцованной планеты, а потом так же незамеченным нырнул на дно воздушного океана, ориентируясь по подсказкам пассажиров.
Ганглий Червей Угаага, похожий издали на гигантский подсолнух, инк корвета обнаружил через час после погружения в атмосферу, на глубине тридцати двух тысяч километров.
– Давление зашкаливает, – озабоченно проговорил Тодор Жичев, выслушав рапорт инка. – Тратим ресурсы. Боюсь, вам не удастся выйти наружу.
– Нужен «голем», – сказал Игнат.
– «Голем» имеется, но ТФ-узлом он не оборудован.
– «Голем» нас не спасёт, – возразил Антон.
– Модуль выдержит любое давление!
– Дело не в этом. Допустим, ганглий нас впустит, но метро фрегата не рассчитано на приём груза с такими габаритами. Когда создавались корабли этого класса, не было нужды устанавливать внутри большегабаритные камеры.
– Блин! – Игнат хлопнул себя по лбу. – Я не подумал об этом.
– К сожалению, я тоже.
– Что будем делать? – выжидательно посмотрел на обоих Жичев. – Возвращаемся?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
