Потребовался один час для того, чтобы сходить на почту, полистать телефонный справочник и добраться до объединения по обслуживанию туристов. «Если тебе очень повезет, то ты, наверное, можешь встретить Рокко и Лилиан, гуляющих под ручку где-нибудь в нижнем городе. Так? Но это уже слишком оптимистическая перспектива, Борниш!»
Телефонный узел располагался на улице Витторио-Эммануэле, а почтово — телеграфное отделение на площади Стацоне. Лучше бы они были где-нибудь рядышком в одном месте. Список гостиниц был длинный, даже очень… На то, чтобы его переписать, мне никак не хватило бы времени! Да к тому же и бумаги не было. Я вырвал страницу и тайком опустил ее в карман.
На почте служащий внимательно меня выслушал, опершись подбородком на кулаки:
— Мессина и Серизоль? Спрошу о них у моих почтальонов, сегодня вечером или завтра утром. Зайдите часиков в десять. Если мы сможем разыскать ваших друзей, то надо дать им ваш адрес?
Очень любезно с его стороны!
— Нет, моя жена хотела бы сделать им сюрприз. Право, такая бестолковая, это надо же, потерять визитную карточку!
Я не был уверен в том, что почтовый служащий не провожал меня взглядом, когда я переходил площадь, но обернуться я все же не осмелился и взял курс на бюро по туризму под названием «Италия». Тот же отрицательный ответ. Зато я получил полный перечень квартирных агентств. Их не так уж и много. Всего восемь. Четыре — Марлиз, четыре — мне, после обеда предстояло все их обойти. Служащая в очках, точно какая-нибудь учительница, не оставила мне практически никаких надежд:
— Бордигера — это широко посещаемое туристами место. Здесь снимают виллы, начиная от Сан-Ремо, то есть совсем в стороне, до Флоренции, Рима, Неаполя и так далее… Нет какой-либо единой организации, занимающейся сбором информации, куда бы вы могли обратиться… Нужно ждать, пока ваши друзья сами не дадут о себе знать, другого выхода я не вижу.
Впрочем, я тоже. Конечно, была местная полиция, но что это могло нам дать? Нет, нужно было выкручиваться самостоятельно. Тем более, что игра-то стоила свеч…
Ни красота городка, ни великолепные цветущие сады, ни раскинувшиеся на больших площадях пальмовые рощи, ни даже Марлиз, которую я нашел веселой и отдохнувшей в номере гостиницы «Беллависта», расположенном прямо наверху лестницы с каменными ступенями, выложенными красной плиткой, не могли скрасить мое разочарование. Давала себя знать усталость от бессонной ночи, проведенной в раздумьях под пыльным одеялом на третьесортной кушетке.
— Дорогой, прими душ и голова прояснится. Надеюсь, ты не думал, что нам удастся их обнаружить с первого раза? А потом, вдвоем нам здесь совсем неплохо… Обедать будем в ресторане «Бельведер», я заказала столик. Я голодна, как никогда!
За те четыре дня, которые провел в Бордигере, я уже был сыт по горло гостиницами, пансионатами и агентствами всех типов и цветов! Город был уже весь исхожен вдоль и поперек от берега моря до площади Капо, от живописных улочек старого города до первых домов Валлекросиа, затерянных среди оливковых деревьев и цветов. Здесь для меня уже не существовало загадок. На улице становилось теплее, но это не радовало: подошвы ног были покрыты мозолями. Они мешали мне идти по длинной и извилистой улице Колли, устремленной ввысь и уходящей за церковь святой Марии Магдалины. Только здесь мы еще и не были. Мой оптимизм постепенно улетучивался. Срочно требовалось достать машину.
— Кстати, о машине, — заметила Марлиз, — ведь мы совсем упустили из виду гаражи, заправочные станции… Надо полагать, что такой парень, как Рокко, не будет передвигаться пешком.
Ох, уж эти подсказки Марлиз, они мне надоели до чертиков. Им несть числа. Не мне, а ей надо было бы податься в полицейские! Тем более, что в Париже Толстяк начинал уже нервничать. Сегодня я беседовал с ним по телефону.
— Вы думаете, есть смысл торчать в той гостинице? Почему целый час я жду ответа на мой вопрос? Что-то не очень много пользы от вашего Делового. Что вы об этом сами скажете? Как идут наши дела?
— Не очень успешно.
— Это ни о чем не говорит… К тому же невозможно вдвоем отдыхать на курорте и работать в одно и то же время!
Неблагодарный.
— Шеф, сектор поиска расширился. Мне потребуется машина… Может, я возьму напрокат какую-нибудь…
— За чей счет…
Молчание на том конце провода, затем:
— Я попрошу Тордера направить к вам Форини на своем трехцилиндровом агрегате для того, чтобы вас там покатать немножко, но на большее и не рассчитывайте!
Не успел я переброситься парой слов с тремя автослесарями из гаража и четырьмя служащими заправочной станции, расположенной неподалеку, как вот уже и Форини, собственной персоной, тут как тут, в сопровождении Шарбонье стоял около гостиницы «Ситроен», выдержавший столько нападок со стороны Толстяка, виднелся рядом со входом.
— Другого мнения быть не может, вы уже излазили всю Бордигеру, теперь настал черед Сан-Ремо. Мы в твоем распоряжении. Теперь мы знаем, как действовать.
Какой кошмар! Часы медленно тянулись, продолжалась монотонная работа, все уже начинали терять самообладание. Еще один день поисков. Машина Форини остановилась перед воротами, ведущими в старый город.
— Если я туда въеду, то назад уж точно не выберусь. Это ведь еще хуже старой Ниццы. Буду ждать вас здесь на площади Коломбо.
На сегодняшний вечер только агентство «Верселли» смогло избежать нашего набега. Я шел вдоль улицы по кварталу Пинья так, чтобы ни один злоумышленник не проскочил незамеченным мимо меня. Здесь царило полное спокойствие, здесь дышали старые камни, здесь все было пропитано запахом доброй старины. Марлиз висела на моей руке. Вместе мы проскользнули в лабиринт переулков и лестниц, извивающихся перед высокими фасадами. Агентство «Верселли» разместилось в здании старинной постройки рядом с церковью Святого Стефания. Через стекло я увидел старого человека, наблюдавшего за улицей. На носу сидели какие-то странные очки. Длинные седые волосы, редкие на макушке, ниспадали на серую блузу с прикрепленной к ней черной бабочкой. Он больше похож на научного сотрудника, чем на агента по торговле недвижимостью.
— Я пойду одна, — предложила Марлиз. — Женщины всегда более удачливы.' Спрячься.
Я подчинился, то есть сел на каменную лавку, на которой лежала печать веков, прямо напротив высокого дома и стал ждать. Как долго? Может, тридцать минут или сорок!
Я не следил за временем, жевал жвачку. Ноги уже затекли. Неплохо бы присесть раз-другой. С моего места открывался чудесный вид. Взором я охватил холм и современный город, похожий на неповторимый сад, протянувшийся от мыса Вер до мыса Нуар. Впрочем, мне на это было наплевать. Что там делала Марлиз? Ведь она ушла по меньшей мере час назад! Ну, наконец-то, появилась, глаза блестели. Подошла ближе, бросилась мне на шею:
— Готово, дорогой. У меня адрес. Идем.
Затем она повторила моим коллегам из Ниццы все то, что уже рассказала мне по пути. Появилась надежда на успешное завершение нашей операции.
— Пришлось воспользоваться классическим любовным треугольником, — сказала Марлиз, — невеста в положении, ее бросил злодей, а точного его адреса она уже не помнит… Необходимо его отыскать… Для будущего ребенка… Показала фотографию…
В Бордигере Рокко снимал виллу «Мона Лоа», как раз на той единственной улице, которая выпала из зоны наших поисков! Вначале он обратился в агентство «Ольтреморе», там свободных вилл не оказалось, пришлось идти дальше в «Верселли». Пожилой мужчина, как выяснилось, дружил с одним вулканологом, который на несколько месяцев уехал в командировку…
— Значит, та девчонка, которую мы упустили, находится теперь вместе с ним, — заключил Шарбонье.
— Конечно, это же ведь его любовница, — подтвердил я. — А теперь за дело.
Вот и интересующая нас вилла, спрятанная в глубине фруктового сада. На светлом фасаде резко выделялись очертания ветвей оливковых деревьев. Перед входом стоял белый «фиат». По профессиональной привычке я тут же запомнил его номер.
