присела, так и не надев панталон. – Он у вас что, типа него, — кивок в сторону переднего хвоста, — только можно показывать? Кстати, если смотреть не прилично, то и прятали бы его тогда в штаны, а не махали перед глазами.
— Хвостом гизар может убить противника двадцатью семью способами, — Фарг аж побледнел от напряжения. Единственное, что его помогало держаться и не сорваться – чувство искреннего изумления, идущее от супруги. Ну и деликатное положение, конечно. – Неразумно лишаться такого весомого оружия.
— Ну не знаю, чехольчик бы ему тогда придумали или кармашек, чтобы не смущать посторонних, — пожала плечами земная рационалистка. – А то сами провоцируете, если честно.
Её недоумение было настолько искренним, а внутренне напряжение Фаргона сильным, что он… расхохотался, разом скидывая ненужный негатив.
— Отличная идея, — еле выдавил он из себя. – Но какой мужчина упустит возможность покрасоваться? У вас на Земле кубики показывают, а у нас хвост.
Мила тоже улыбнулась, холод в груди пропал, и она облегчённо принялась его обнимать. А ещё аккуратно потянулась к новому органу супруга.
— Я правильно поняла, что жене всё можно? – Несмотря на первый испуг, ей стало очень любопытно, что это за такой предмет гордости, холимый и лелеемый этими странными парнями.
— Определённо, — веселье куда-то пропало, а стальные глаза потемнели. – Но не стоит этого делать, если не собираешься через пару секунд отправиться в кровать и пробыть там минимум несколько часов.
— Да? – Она изогнула изящную бровь, собираясь бросить вызов, мол, и мы, земляне, не пальцем деланы, но вовремя опомнилась. – Надо будет обязательно попробовать после того, как восстановлюсь от родов. А сейчас только медленно и печально.
И оба грустно вздохнули, осознали, что синхронно расстроились и рассмеялись.
— Кстати, мой хвост откусил кабыздох, когда я по неосторожности попал к нему в пасть.
— Кто? – Чем дальше, тем больше Милу одолевал нездоровый смех: сначала эта кичливость хвостами, теперь название какого-то хищника.
— Это огромная плотоядная рыба с пятью рядами острейших зубов.
Казалось бы, сказанное должно было её впечатлить, но перед глазами мелькала вовсе не акула или что-то вроде неё, а захудалая псина, которую называли подобным образом на Земле. Но она мужественно сдерживалась и не срывалась в хохот, поскольку чувствовала, что это очень важно для Фарга. И серьёзно. Более того – трагично.
— А как он тогда снова отрос? – Мила не удержалась и тихонько притронулась к основанию. Фаргона словно током прошибло. Глаза обезумели, прочие признаки более чем сильной реакции показали по шкале подъёмности максимальную высоту. – Упс!
Несмотря на виноватый взгляд экспериментаторши и необходимость торопиться, он обхватил её затылок, погружая пальцы в мягкие волосы, властно притянул и очень горячо поцеловал.
— М-м, — пыталась вразумить его жена.
— Р-р, — слал всех погулять муж.
— Гм, ясненько, заняты они, — буркнул голос из ниоткуда, но на него не обратили внимания.
Кровать прогнулась, жалобно скрипнув, белка с любопытством выглянула из-за тумбочки, за которую спряталась, когда хозяева вернулись в комнату, богиня, напротив, отвела свой всевидящий взгляд.
— Ах! – Вскрикнула Мила, ощущая острую, приятную до дрожи наполненность.
— Да! – Руки и прочие органы Фарга были настолько напряжены, что казалось, ещё чуть-чуть, и вены прорвут кожный покров.
Но он старался, сдерживался изо всех сил, чтобы не навредить своему будущему ребёнку. И молчать про биологию! Он нутром чувствовал, что дочь в него пойдёт.
Наконец, утолив страсть, сладкая парочка опомнилась и ринулась одеваться. Фаргон с непередаваемым удовольствием достал из закромов старые брюки с отверстием для хвоста, а Мила таки натянула панталоны, добавив к ним земной бюстгальтер для беременных и кормящих, а сверху свободное, струящееся платье красивого синего цвета, отчего её глаза засверкали ещё ярче. Едва они успели оправиться и причесаться, как их перенесло в огромную залу, сквозь стрельчатые окна которой на них смотрел бескрайний космос. Звёзды мерцали, туманности туманились, и это в разгар утра!
— Завтрак остыл, греть не буду, — от неожиданности новобрачные аж подскочили. – Их тут Богиня ждёт, а они…
Повернувшись на голос, Мила с Фаргом узрели огромный стол со множеством яств, за которым сидели две красивые брюнетки и потягивали сок из высоких бокалов. Одна из них имела приметную округлость в районе талии. Не такую большую, как новоприбывшая блондинка, но тоже весьма существенную.
— Да ладно тебе, — протянула та, что в положении, — девчонку хоть пожалей – ей нормально питаться надо. А вот гизарский желудок всё выдержит.
И ехидно подмигнула Фаргону.
— Простите за задержку, — пролепетала Милолика. – Так вышло.
— Видела я как у вас там вышло… и вошло… а потом снова вышло, — Хэриот язвила, как могла. – Кстати, поздравляю с новым хвостом!
— Благодарю, — сдержанно поклонился Фаргон, скрипя зубами от постоянного вторжения в личную жизнь.
Сначала дядя, теперь богиня. Нет, с этим определённо надо что-то делать!
— Делай-делай, — откликнулась она на мысли гизара.
— Что делай? – Не поняла Мила.
— Да я подумал, не пора ли нам сменить место жительства, чтобы к нам не заходил кто попало в любое время суток, – пояснил Фарг. – А то мало ли чем мы там занимаемся.
И игриво подмигнул жене.
— Правда? – От радости она даже в ладоши захлопала. – Я хочу дом с мансардой, чтобы оттуда был выход на балкон, а на первом этаже веранда.
— Мы потом обсудим планировку, — прошептал он ей в макушку, прикасаясь губами к ароматным волосам, которые пахли… сексом.
— Слушай, а она что, мысли может читать? – Так же шёпотом спросила Мила.
Фарг бросил взгляд на фыркнувшую Богиню.
— Ещё как, — он вновь поцеловал жену, с трудом заставил себя оторваться и шагнул в сторону стола, поддерживая Милу за талию.
— Ой! –
