Вскрикнула новобрачная, хватаясь за живот, который скрутила болезненная судорога.
— Милая, что с тобой? – Гизар не знал, за что хвататься: за жену или целительский артефакт, который теперь был с ним всегда.
— Я не знаю, — Мила явно паниковала, ибо никогда ничего подобного не испытывала.
— А вот не надо было развратом заниматься на таком сроке, тем более, когда вас сама Богиня ждёт на завтрак! – Съехидничала Хэриот. – Так что придётся рожать прямо сейчас, а не наслаждаться изысканными блюдами.
— Вот ждрых, мы не успели врача найти! – Воскликнул Фарг, собираясь связаться с друзьями, дабы те посоветовали кого-нибудь толкового.
— Нет, ей сейчас противопоказана телепортация, — гаркнула Хэриот. – Может ребёнок пострадать.
— Что же тогда делать? – растерянно спросила Милолика.
— Что-что, работать, — Хэриот мгновенно преобразилась: вместо роскошного пеньюара на ней появилось простое платье, волосы сами собой собрались в тугую косу, стол исчез, вместо него появилась кровать, несколько стульев и стол со стопкой белья и прочего нужного для родов инвентаря. С сумасшедшим пылом демиурга (коим она и являлась) богиня потёрла руки и азартно выдала: — Ну-с, приступим!
[1] Местный аналог плотоядной акулы.
Глава 18. Новый член гизарского общества
— Тужься! – Скомандовала Богиня таким тоном, что будь Фаргон беременным, давно бы родил.
Но Милолика в этом мире находилась всего лишь неполные сутки. Конечно, она успела проникнуться некоторым трепетом, но здоровый земной скептицизм не давал полностью погрузиться в религиозный экстаз. Она больше воспринимала Хэриот как сильную магиню, которая может обижаться, ворчать, помочь с родами, но представить себе её сотворяющей целый мир… С учётом состояния, ей было вовсе не до этого.
— Дыши, — подсказывала Яромира, обхватив свой шестимесячный живот.
Она пока слабо чувствовала шевеление, но сильно ощущала эмоциональное состояние ребёнка.
— Ы-ы, — Милолика остервенело массировала поясницу, так как ту ужасно ломило, особенно когда воды отошли.
— Сейчас, сейчас, милая, — шептал Фаргон, доставая целительский амулет и прикладывая к больному месту.
— Видела что? – Многозначительно подмигнула Хэриот Яромире, намекая на кардинальные изменения гизара.
— Да, вся в меня, — кивнула Яромира, тоже в своё время умудрившаяся покорить очень вредного и надменного некроманта.
— Не халтурить! – Вновь простимулировала роженицу богиня. – Быстрее родишь – быстрее отмучаешься. Я тебе и так там всё раскрыла, как могла.
— Я-я стараюсь, — пыхтела Мила, пытаясь и дышать правильно, как учили на занятиях, и тужиться, и не паниковать.
— Хэри, — окликнула богиню Яра. – Ты не забыла кое-какие излишки у неё убрать?
— Что ты имеешь в виду? – Не поняла Хэриот. Прочла мысли, хлопнула себя по лбу и со словами: — совсем запамятовала про эту человеческую деталь, — очистила кишечник и снова принялась командовать.
— Милая, не сдерживай себя, покричи, — Фаргон чувствовал внутренне напряжение жены и переживал, что она подавляет порывы из-за него.
— Кстати, обрати внимание на их ауры, Яр, — проворковала Хэриот. — Я и не знала, что они так могут.
— Ты про связь? – Уточнила бывший следователь УВД.
— Не только, — богиня показала пальчиком на самый верхний слой. Едва золотистый, ещё не такой явный, как прочие, но… общий, объединяющий все эфирные тела пары.
— Ого! – Яромира увидела, наконец, занимательную аномалию. – У нас с Велом по-другому.
— Да, вы после обряда единения связались через энергетические центры, а тут нечто другое. – Хэриот вновь уделила внимание родам, убедилась, что всё идёт нормально, подправила траекторию движения ребёнка и вновь вернулась к необычности. – Когда гизары пришли сюда, у них было нечто подобное, но не у всех пар. Я тогда в это особо не вникала – больше переживала за то, чтобы они мне тут ничего не порушили.
— Кстати, почему ты их вообще приняла? – Полюбопытствовала Яра. – Не то, чтобы я против, просто интересно.
— Честно? Понравилась их внутренняя сила, — богиня даже глаза закатила от удовольствия. – Ты меня знаешь, я терпеть не могу слабаков. А эти даже просили гордо, не унижались. Я не смогла против такого устоять. Вот женщины оказались слабее, несмотря на все их ухищрения, зато мужчины…
— С тобой всё ясно, — ухмыльнулась бывшая землянка и вновь вернулась к процессу. – Гляди, кажется, там уже головка выходит!
— Отлично! – Хэриот наклонилась к роженице, сменила полотенце, готовя торжественный приём новой жизни, и приободрила будущих родителей: — шустрая у вас девчонка будет, держитесь. Вон как торопится наружу! Давай, малышка, иди к тёте Хэри, уж я тебе помогу.
Фаргон аж закашлялся от «тёти Хэри», а Яромира и вовсе засмеялась в голос. Одна только Мила особо не вслушивалась, а продолжала работать.
— А-а, — не выдержала роженица и таки закричала. – Давай уже!
— Вот молодец! – Похвалила Милолику Хэриот, принимая ребёнка после особо сильного толчка. – Пошли купаться?
— Подожди, надо пуповину перерезать, — подсказала Яромира бравой акушерке.
— Упс, точно.
На этих словах Мила напряглась, вдруг осознав, что это была та ещё авантюра. Хорошо, что магия есть! И Яромира с земными мозгами. Точнее памятью.
Аккуратно совершив нужные манипуляции, заодно лёгким жестом очистив матку от последа, подтянув небольшие разрывы и подкорректировав обмен веществ под местный климат, богиня понесла хныкающую малышку к столу. Там ждал своего часа таз и большой кувшин с одной занимательной водицей, которую богиня специально телепортировала из источника своего главного храма в Мёртвых горах. Яра подняла сосуд и принялась аккуратно поливать ребёнка, а Хэриот старательно очищала его от лишнего. Разумеется, магией, иначе давно бы выронила новорожденную, ибо та была скользкой, а опыта в таком деле у неё не имелось.
— Гляди, какая красотка, — радовалась богиня, разглядывая физическое и эфирное тела. – Я смотрю, гизарская магия неплохо повлиял на тебя,
