прочих признаков.
— Ха! – Фарг аж икнул от неожиданности. – Если бы я помнил. Тем более мы так странно познакомились – я тогда чуть белку не убил шампурами… Помню, как грудь понравилась, фигура…
О беременном животе он благоразумно умолчал.
— Напрягись! – Даргон так сердито полыхнул своими чёрными очами, что племяннику стало не по себе.
— Так точно, — отчеканил он. – Могу идти?
— Иди, — кивнул Повелитель.
— Да, хотел сказать, — Фарг полуобернулся около двери, — пойми меня правильно: жена, дети… я решил построить дом. Свой.
И вышел. Дарг задумчиво почесал переносицу, растёр лицо руками и вздохнул. Кажется, зря он с ноги к ним в спальню заходил. А что делать? Привычка! Ведь племянник столько лет полностью принадлежал только ему, особенно после потери хвоста. Кстати, у него же хвост!
— Стой! – Он кинулся вдогонку. – Откуда у тебя новый хвост?
Глава 19. Дела большие и маленькие
Как ни стремился Фаргон побыстрее приступить к постройке дома, но пришлось ему сначала заняться более насущными проблемами: обеспечить жену одеждой, бельём и прочими предметами быта, а дочь и вовсе укомплектовать полным набором мебели, пелёнок и… подгузников. Вот о чём, а о том, как себя ведут младенцы, он даже не подозревал! Оказалось, они не только постоянно хотят есть и спать, но и большие любители испачкать одежду. Конечно, вся стирка лежала на плечах слуг, но переодеваться или менять постельное бельё из-за малоприятного конфуза… Нет, с этим надо было что-то делать! К счастью, Милолика – дитя прогресса – прекрасно знала, что такое впитывающий подгузник и как он должен выглядеть. Сказывался опыт общения с племянником. Покумекав так и эдак, Фаргон посоветовался с коллегами-людьми, взял у них образец подобного изделия луррианского производства, слегка модифицировал и вышел просто шедевр! Любая мать продала бы душу дьяволу за такое изобретение. Фишка заключалась в том, что менять его не было никакой необходимости, только стирать, когда снаружи испачкается, ибо внутри все грязные детские делишки уходили в пространственный карман. Последний тоже требовал чистки, но это уже забота слуг, причём не такая уж и сложная. В общем, полная прелесть! Милолика оценила. Как и неожиданную деликатность Повелителя, переставшего врываться в их спальню. Теперь он ментально звал Фаргона, входя в гостиную только после разрешения. Удивительное рядом! То ли он настолько впечатлился репродуктивной способностью землянки, то ли поразительный факт обретения племянником истинной пары заставил посмотреть на данную самку по-иному. Скорее всего, и то и другое. А ещё решение Фаргона жить отдельно. Это было словно ножом по сердцу, которое, как оказалось, очень любит этого парня. Настолько, что Дарг вызвался помочь со стройкой.
Место под особняк выбрали в цветущей долине, закрытой от пронизывающего морского ветра, но в пределах доступа к побережью. Мила оценила подарок Богини, чувствуя себя весьма комфортно в суровом климате Лурры, и теперь возлежала в гамаке, качаясь с малышкой и наслаждаясь процессом стройки. Если это можно так назвать.
— Так, окна детской должны выходить сюда, — Фаргон ткнул пальцем в сторону поляны колокольчиков (ну или очень похожих на них цветов). — Значит, крыльцо будет здесь.
Он крутил план постройки, соотнося его с местностью. Дарг в это время уже налаживал магическую связь с запасами того самого зелёного камня, испускавшего тепло, из которого возвёл собственный замок. На составление плана, расчёта и сбор строительного материала у них ушло около двух недель. Они могли бы и раньше закончить, но Милолика активно вникала в каждую деталь и постоянно что-то корректировала. Например, настояла на перилах, ограждающих этажи и лестницы дабы ребёнок не упал, а также материал изготовления полов и ступеней, ибо камень – это очень больно, если на него падать. А ребёнку ещё расти и расти, пока он на ногах крепко научиться держаться, не говоря уже о полётах. Кстати, когда начнутся лётные тренировки, она вообще планировала в центре гостиной постелить батут. Той, которая в форме атриума, ибо птичкам нужно раздолье. Впрочем, ей самой нравился простор и обилие света, струящегося из бесконечно высоких окон. И да, там обязательно будет витраж! Правда, здесь немного другой состав стекла, в который не так-то просто добавить колер, но на что гизарм мозги, как не решать занимательные задачки? Она готова была прозакладывать почку, если уже завтра кто-нибудь не захочет повторить красивое новшество у себя! Правда, никто от неё ни внутренних, ни прочих органов не требовал, напротив, Фаргон активно размышлял, как бы второй половинке нашаманить пару крыльев, пусть не встроенных, но хотя бы съёмных. Смесь механики и магии – почему бы и нет?
— Смотри, Малинка, как мужики вкалывают, нам домик строят, — Милолика приподняла дочку, прислонив к груди, дабы та могла наблюдать за тем, как буквально на глазах груда камня преображается в крепкое новое жилище, если можно так назвать приличных размеров коттедж или средней величины замок.
Конечно, полностью малышку звали Малианта, что по-древнегизарски означало «надежда». Вообще, у Милы были совсем другие варианты: Эмилия, Алина или Камилла, но то из прошлой, земной жизни, которую окончательно перечеркнули свои же боги. Как оказалось, они и без просьбы Хэриот «удалили» переселенку из памяти всех, даже родителей, из-за чего Мила поплакала, потом её страстно успокоил муж (спасибо магической медицине!), а когда они начали проектирование будущего дома, то и вовсе увлеклась интересным занятием. Конечно, ей было невыносимо жаль, что родня забыла о ней, более того, не увидит её крошку, с другой стороны, она ведь, по сути, пропала без вести. Зачем им в таком ракурсе лишние расстройства? Вот если бы можно было ездить в гости, но нет, всё строго: либо тут, либо там. А жаль. Но раз так, то ни к чему цепляться за прошлое, тем более, что земные имена у неё ассоциировались с Михаилом… Зато короткий вариант – Малина – нравился всё больше и больше! Сразу вспоминается душистый аромат ягоды, вкус бабушкиного варенья и колючки, которые приходилось вытаскивать после сбора. Да-да, мелкая таки давала всем прикурить! Несмотря на магические подгузники и прочие достижения местной медицины, ибо находиться желала только рядом с родителями, ни о каких слугах даже речи не шло! И это
