хоть ты и не от птичек изначально. Разве что вот это…
Она принялась усиливать воздействие гизарских чар, которые наложили ещё на Земле, подтянула немного энергии с новоявленного папаши, влила капельку своей…
— А-а, — зарыдал младенец от того, что сквозь кожу на спине пробились маленькие зачатки крыльев.
— Всё-всё, отдаю тебя родителям, — скривилась от сильного звука богиня и передала малышку Фаргону.
— Подожди, надо завернуть её в пелёнку! – Яра подскочила к Хэри, предварительно прихватив со стола первую попавшуюся тряпку, развернула в руках и приняла ребёнка. – Из тебя та ещё акушерка.
Аккуратно прикрыв малышку, она глянула на трясущиеся руки Фаргона, передумала ему передавать и подошла к матери. Та протянула не менее трясущиеся конечности, вызвав очередные сомнения, поэтому Яра решила положить новоявленную гизарку сразу на грудь Милолики.
— Ничего, зато какая честь! – Хмыкнула богиня. – Если что, обращайся. – И многозначительно кивнула на её живот, едва та обернулась к ней.
— Только в присутствии профессионального врача, — уточнила Яра.
— Брось, ты думаешь, кто-нибудь сможет нормально соображать в моём присутствии? Да там все мозги улетят в астрал от одного моего вида!
— Чёрт, и вправду, — пришлось согласиться с железным аргументом. – Тогда пусть Мила помогает. К тому времени как раз ребёнок подрастёт. Ну и Велириант не отвертится теперь.
Пока одни договаривались о будущем, счастливые родители во все глаза рассматривали своё чадо, ловя каждую мелочь. Они не могли наглядеться на маленькое, но такое выразительное личико, на тёмно-синие глазки, открывавшиеся пока лишь на короткое время, полуоткрытый беззубый ротик, причмокивавший губками в поисках съестного.
— Мила, ты согласна помочь мне рожать с этой невыносимой дамой? – Сегка отвлекла их Яра от растекания лужицей.
— Конечно! – Радостно согласилась роженица, расстёгивая пуговки на платье.
Как хорошо, что у этой модели они оказались спереди! Ведь когда она его надевала, о такой мелочи совершенно не думала. Пока она возилась с пуговицами, малышка начала елозить, покряхтывать и ещё сильнее причмокивать.
— Сейчас-сейчас, — Мила поскорее отстегнула застёжку на центральной части чашечки лифа, освобождая доступ к детскому питанию. Вот только как теперь совместить ребёнка и грудь, если малышка повернула головку в сторону и упорно пытается найти себе пропитание в районе подмышки? Вот тут и начались танцы с бубном! Фаргон уже и подушки поправил, и Милолику приподнял, чтобы ей было удобнее, новоявленная мамаша подогнула руку так, чтобы голова ребёнка не уползала под мышку, и грудь сжала, пытаясь направить куда следует, но упрямый младенец продолжал упорно штурмовать не там, где надо. Кое-как с десятой попытки они соединили, наконец, частный молокозавод и основного потребителя и облегчённо вздохнули.
— Спасибо! – Фаргон, наконец, осознал, что только что сотворила Хэриот. – Теперь никто не усомнится, что это именно моя дочь!
— Пожалуйста, — не стала кокетничать богиня. – Осталось придумать, что говорить насчёт срока беременности. Сколько ты был на Земле?
— Около полутора месяцев.
— А сколько вы вынашиваете детей? – Это уже землянкам.
— Девять месяцев.
— Сорок недель.
Одновременно ответили Яромира и Милолика.
— Время течёт параллельно, — задумчиво пробормотала Хэриот, — без сжатий и ускорения. Хмм…
— А что такого в том, что ребёнок не от Фаргона? – Не поняла всеобщей озабоченности Милолика.
— О, они ужасные собственники, — сдала гизаров с потрохами Яра. – Я вообще в шоке, что он так сильно изменился. Они не только чужого ребенка не признают, но даже не хотят брать в расчёт не девственных дам.
— Да? – Изумлению новоиспечённой переселенки не было предела. – А как же тогда я?
— Ты – особенная, — от тона и горячего взгляда Фаргона Мила покрылась приятными мурашками. – Я не совсем понимаю, что с нами происходит, но меня безумно тянет к тебе, я чувствую твоё настроение, я всем сердцем люблю тебя и нашу дочь, и мне почему-то плевать на то, кто её зачал. Вы – мои девочки! Всё. Остальные пусть идут в Мёртвые горы.
— Я же говорю, что-то с ними не так, — хмыкнула Хэриот. – Они явно связаны чем-то особенным. Вопрос – чем? Где это видано, чтобы гордый гизар такие речи задвигал!
— Я не знаю, что с нами не так, но очень рад сложившемуся раскладу, — выдал Фарг. – А насчёт сроков – пусть будет во всём виновато сочетание человеческой и гизарской магии. Ускорили эффект. Милу же исследовали в ГКЧВ, воздействовали, катализировали процесс и вместо сорока недель ребенок развился за сорок дней. Ну, или что-то вроде этого.
— А если кто-то узнает правду? – испугалась Мила. – Остальные ведь тоже пойдут на Землю, познакомятся с Тимуром и Марией.
— Можно попросить местных богов подправить всем память, — предложила Хэриот – Пусть забудут о твоём существовании.
— Нет, ведь тогда мои родители никогда обо мне не вспомнят! – Испуганно дёрнулась Мила, потревожив малышку.
— А-а, — недовольно запищала та.
— Прости-прости, — забормотала мамаша, подставляя грудь под маленькие требовательные губки.
— Да и не факт, что они этого захотят делать, — высказала сомнение Яромира. – Кстати, а что такое ГКЧВ?
— Я тебе потом расскажу, — откликнулась Хэриот, успевшая пройтись по памяти Фарга и узнать много любопытного.
— Слушай, а разве ты не общался с дядей на эту тему? – Вспомнила вчерашний вечер Милолика.
— Я ответил, что некогда было вникать, мол, занимался поиском самок для остальных, — на эти слова Яра с Хэриот расхохотались до слёз.
— Ну а что, логично! – Яромира даже присела, чтобы не потерять равновесие. – Мужики на этом особо не заморчаиваются. Главное, чтобы выносила да родила.
— А что, твой тоже не отслеживает срок? – Изумилась Хэри, утирая украдкой слёзы.
— Некогда ему, — махнула рукой Яра. – Он тут недавно поразился, что я теперь
