Из двери дома вышел человек, и седоки припустили своих лошадей. Сердце Селии готово было выскочить, и с каждым их шагом оно билось все сильней. Пожалуй, этот человек был слишком высок, слишком широкоплеч, слишком покрыт загаром? Этан был высок, но худощав, и у него была такая же светлая кожа, как и у Селии. Как давно был тот день, когда она обняла его на пристани в последний раз, прощаясь с ним! Неужели он мог так измениться за какие-то два года?
Они уже поравнялись с маленьким чистеньким домиком, но человек не проронил ни слова. Он лишь следил за четырьмя путешественниками, враждебно сузив глаза. Селия не могла пошевельнуться, не могла произнести ни звука, у нее пересохло в горле. Ее глаза встретились с суровыми зелеными глазами человека. Она поперхнулась, не зная, как вести себя дальше. Чувствуя ее волнение, конь под ней беспокойно мотал головой.
– Ну вот, черт побери, я и вижу, что вы нашли меня.
– И что же это за «здрасьте» после того, как прошло столько времени, ты, идиот! – крикнула Селия брату. Его холодность помогла ей преодолеть свое оцепенение.– Мы пересекли океан и половину Англии, и все ради того, чтобы ты рычал на нас?
– Да я ведь вовсе не просил вас приезжать, или я ошибаюсь? – вызывающе спросил тот, поставив на землю ведро, которое держал в руках. Не задумываясь над тем, что делает, он вытер руки о свою рубаху, поглядывая то на брата, то на сестру. Сходство с ними было очевидно. Как и Селия, он был черноволос и зеленоглаз, и у него были такие же, как и у брата, квадратные челюсти и крупные черты лица, вплоть до воинственно выставленного вперед, когда он сердился, подбородка.
– Ты даже не написал нам, что не погиб на войне, братик. Ты что, ожидал, что мы похороним пустой гроб и забудем о тебе? – Голос Захарии был ровным, резко отличаясь от повышенных голосов его младшего брата и сестры;– У тебя никогда не было и половины положенных человеку мозгов.
– Мне не хотелось возвращаться в Балтимор, раз уж я оказался на суше. Не хочу больше даже видеть корабля,– объявил тот, сжимая кулаки и с еще большим вызовом поднимая подбородок.– Я ненавижу море, и мне нет никакого дела до компании «Трегарон шиппинг». С какой стати мне возвращаться, чтобы подпевать тебе и быть прислугой для дядюшек? Когда дядя Генри не орал на меня, дядя Тадеус ныл и пускал слюни в свое вино, и единственное, что ему от меня было нужно, это чтобы я принес ему вина.
– Этан, пожалуйста, мы ведь только…
– Нет, я не вернусь. Возвращайтесь туда, откуда приехали со своими красавчиками дружками.– Расправив плечи, Этан воинственно подбоченился.– Я живу здесь своей собственной жизнью. Никого из вас мне не нужно, вы слышите меня? Так что оставьте меня в покое и возвращайтесь.
– Да уж, вы – похоже, и в самом деле, сопливая плакса.
Эти слова застали всех врасплох; все разом обернулись к Сильвии. Та соскочила с коня и направилась к Этану.
– Вы просто самовлюбленное чудовище. Вы знаете, что пережили ваш брат и сестра за последние несколько недель? Они ведь не знали, что с вами случилось, пока не выяснили, что вас взяли в плен. А перед этим Селия, которая единственная из всех не верила в то, что вы погибли, приехала сюда одна-одинешенька, не зная здесь ни души, только для того, чтобы найти вас. А вы стоите и ухмыляетесь Захарии, который в сто раз лучше, чем вы. Вот он никогда не вел себя так гнусно с теми, кто его любит.
– Захария, забери свою красотку… Договорить ему не удалось. Брат прервал его, обрушившись на него с быстротой молнии. Селия потянулась к Маркусу, не понимая, что с ней происходит, а Захария двинул кулаком по лицу Этана. Тот стал трясти головой, слегка оглушенный, но быстро оправился и прыгнул вперед, стискивая руками горло Захарии. Оба закачались из стороны в сторону. Это были почти равные соперники, хотя Этан и был несколько ниже ростом. Сильвия помчалась обратно к домику, чтобы не попасться им под ноги.
– Маркус, остановите же их! Сделайте что-нибудь, они же изувечат друг друга! – Селия не понимала, что говорит; она чувствовала себя такой беспомощной, глядя как два ее брата вымещают друг на друге свою злобу. От того, что они сказали друг другу столько резкостей, у нее закружилась голова. Помощь пришла совершенно неожиданно. Дверь домика распахнулась. На крыльцо, слегка прихрамывая, вышла молодая женщина. Она определенно была на большом сроке беременности. Она крикнула на Этана, и все поняли, что они с ним давно знакомы. Когда после ее слов мужчины не прекратили бороться, женщина повернулась и снова вошла в дом.
Минутой позже она вернулась, неся в руках таз с водой. Некоторое время она стояла неподвижно, словно примеряясь, потом выплеснула содержимое тазика на дерущихся мужчин, забрызгав при этом и Сильвию, оказавшуюся на линии огня.
– Я не позволю отцу моего ребенка дебоширить подобно какому-нибудь паршивцу. Мой дом тебе – не место для драк, слышишь меня, Этан Трегарон?
– Ага, слышу, Бесс.– Теперь Этан был похож на школьника, уставившись себе под ноги и покраснев как рак.
– А вы кто такие, что позволяете себе запросто явиться к нам в дом? Что, у нашей знати теперь не хватает развлечений, и нужно приставать к честным людям?
– Да как вы смеете! Вы хоть знаете, за какого человека вышли замуж?
– Сильвия! – Резкого, словно команда, окрика Маркуса было достаточно, чтобы остановить обеих женщин. Селия было подумала, что у Сильвии с этой женщиной дело могло дойти до рукоприкладства.– Мне кажется, ты сказала достаточно. Наверное, нам лучше удалиться и больше не позориться.
– Этан, кто эти люди? – спросила женщина, всматриваясь в приехавших н отмечая в них сходство с Этаном.
– Бесс, познакомься, моя сестра Селия и мой брат Захария,– сказал тот неохотно, подходя к смущенной женщине. Ее лицо вспыхнуло, она принялась переводить взгляд по очереди на каждого из Трегаронов. – А это моя жена Бесс. Мы скоро ждем ребенка.
– Мне кажется, нам нужно немного прийти в себя после столь радостной встречи. Я – Эшмор, сэр. Ваша семья гостит у меня в Кинг-Ресте. Взгляд Маркуса был прикован к Этану. Он помолчал, пока Захария помогал Сильвии сесть на КОШЕ, и приготовился сесть сам.– Если пожелаете навестить их, добро пожаловать к нам в любое время. Правда же, Захария?
– Решай сам, Этан. Теперь ты знаешь, где нас найти, а мы вот все эти два года не знали, где тебя искать.– Великан, не дожидаясь ответа, повернул своего коня, но отъехал всего на пару шагов.
Селия была в растерянности. В конце концов, переплыть океан, угрожать лишить жизни человека-к тому же не того человека, которого следовало,– пересечь половину этой страны – и все ради чего? Она даже не обняла своего брата после двух лет разлуки. Так странно… Не зная, что делать дальше, она, наконец, сумела произнести: – Этан, пожалуйста, приезжай. По крайней мере, чтобы попрощаться, прежде чем мы уедем в Америку.
