то спасти оставшихся.
Мы ищем встречи и назовем свою цену'.
Значит Велвегры. Что ж, послушаю какую цену они хотят назначить за помощь.
Глава 23
Разделение крови
На самом деле ничего хорошего от этой встречи я не ждал. Возможно, потому что ничего хорошего давно не жду. Плюс местные эльфы при прошлых наших взаимодействиях показались мне народом с совершенно негибким мышлением.
Магия и превосходная физиология позволили им на долгие годы застрять в родо-племенном строю. Отгородиться от всего мира, упоровшись всякими сомнительными пророчествами. Ещё в прошлую мою войну на Севере мне довелось общаться с Лав насчёт прорицания. Она утверждала, что пророчества вариативны. На дорогах судьбы полно развилок. Потяни одну нить судьбы и заденешь сотни других. Думаю, Лав шарит в прорицании лучше ушастых. Велвергы по ощущениям превратили свои пророчества в догматику. Делаем вот так и никак иначе. Гибельная стратегия, особенно в нынешнюю эпоху резких перемен.
Для встречи я собрал внушительный отряд. Пятерых венаторов, включая Гинда. Почти две центурии легионеров. Одна состояла из антесигнанов и выступала в качестве нашего тыла, а другая из превенторов рассосредоточилась малыми группами по флангам. С ними было два десятка отборных подавителей. Я даже обратился к Элемеру, чтобы он находился недалеко на своём летающем корабле, обеспечивая нам магическое превосходство.
Зная упоротость Велвергров, не удивлюсь если они захотят прикончить меня любой ценой. Как говорится: «Никаких компромиссов. Даже перед лицом Армагеддона».
— Все будет хорошо, — попыталась заверить меня Орина. — У этого народа есть честь и принципы.
Я знаю. В этом то и проблема. Прекрасно помню, как один из них покушался на меня ценой собственной жизни, а я ведь тогда ещё даже Сердце не оживил.
Мы шли через лес, слушая хруст веток под ногами. По дороге нам попался бывший лагерь сердцепоклонников. Все убиты и частично сожжены на собственном костре, чтобы не встали зомбями. Вот чего по ночам теперь так тихо.
Когда мы вышли на достаточно просторную, вытоптанную в центре поляну, к нам направились четыре высокие фигуры, закутанные в тускло-зеленые плащи.
— Их здесь больше, — шепнула мне Луна.
— Да, — подтвердили Ноций. — Несколько десятков прячутся там и там.
Ага. Стрелять пока не начали. Уже хорошо. Фигуры приближались к нам довольно медленно и спокойно. Первым вышагивал очень высокий мужчина. Все его лицо было закрыто кроме холодных темно-синих глаз.
— С кем нас свела судьба? — вежливо обратилась Орина к вышедшему вперед велвегру.
— Маэнос. Синий алмаз. Ты не знаешь меня, дитя. И не с тобой я пришел говорить.
— Мне были знакомы Кайос, Илантель, Ориниона…
— Все ныне уже мертвы, — перебил её эльф.
Странно. Он по общению не был похож на предыдущих своих сородичей.
— Вы пришли говорить со мной, так говорите, — вступил в беседу я. — Предполагаю, что вы выскажите какие-то условия? Хотите гарантии безопасности для своих земель?
— Вашему племени сложно верить, а даже если ты говоришь правду, то клятвы часто умирают вместе с носителями, — ответил нелюдь. — Послужат ли твои слова нам щитом на сотню лет? Едва ли.
Ну тут по фактам. Моя власть закончится вместе со мной или даже раньше, если надобность в Триумвирате отпадет. Ни о каких сотнях лет тут речи явно не идет.
— Тогда что вам нужно? Золото? Оружие?
— Кровь, — ответил эльф.
Ну начинается. А ведь так хорошо общались.
— У нас общий враг! — явно возмутилась Орина. — Что случилось со старейшинами, если месть затуманила ваш взор.
— Мы здесь не по воле старейшин, — ответил Маэнос. — Мы здесь вопреки их воле.
Ого. Нифига. Бунт на корабле?
— Пути и пророчества не принесли нашему народу спасения, — ответила спутница бунтовщика. — Лучшие из нас погибли в чужой войне, а земли поражены злом. Старейшины были кое в чем правы, но ошибались в главном. Старый мир умер, однако мы ещё живы. Значит, надо все строить заново.
В интонации Велвергров звучали разочарование и озлобление. Не было уже той странной философской покорности судьбе. Произошел слом знакомого мира. Сейчас перед нами стояли те, кто отверг его. С одной стороны, их поступок вызывал некоторое уважение. С другой стороны, отвергая нормы бывает сложно остановиться и не перегнуть в другую сторону.
— Хотите построить для себя новый дом? Хорошо. Думаете, моя кровь вам в этом поможет? — усмехнулся я.
— Поможет, — кивнул Маэнос. — И твоя кровь тоже. Только не пролитая, а разделенная дважды.
Так. А вот сейчас становится не очень понятно. Или же это намек на…
— Нам нужна не месть, а сила, — добавил ещё один переговорщик. — Сила, чтобы выжить и найти новый дом. Полукровка нам ее обеспечит.
— Вы хотите, чтобы я вернулась? — спросила Орина.
— Полагаю, речь не о тебе… — ответил я.
— Именно, — подтвердил Маэнос. — Твоё пророчество уже обмануло нас всех, дитя. Но что если поможет другой полукровка?
Извини, Орина. Ты больше не Лисан аль-Гаиб. Пророчества забыты, традиции попраны. Для эльфов пришло время обратиться к более осязаемым ценностям. Силе, которую даёт божественная кровь.
— Если вы считаете, что я отдам вам сына…
— Мои слова уже прозвучали, — ответил эльф. — Нам нужен не он сам. Лишь его кровь, разделенная с нами. На четверть божество, на половину наш народ.
Ага. Вот о чем речь. Значит мы говорим с группой ренегатов, которых политика старейшин доконала. И в качестве проекта по усилению своей фракции они хотят породниться с полубогом. Это в принципе логично. Если взять половину или даже треть от способностей Ноция и умножить это на несколько десятков потомков, то получится отряд офигевших стихийных магов. Вроде бы все в выигрыше, но предложение это меня ставит в крайне неоднозначное положение.
— Я вас услышал. Я вас понял. Мне надо с глазу на глаз поговорить с… виновником торжества.
— Вы устраиваете в его честь праздники даже несмотря на войну? — поинтересовался один из переговорщиков.
Как же тяжко… Лучше бы они как нормальные люди хотели денег. Но есть загвоздка: они
