— с опаской спрашиваю и, повернувшись, всматриваюсь в глаза мужчины.
— Какая фантазия, — фыркает он и разворачивает меня обратно.
А потом начинает приятно водить руками по плечам и по шее, разминая, нажимая чуть сильнее в нужных местах.
— Это что, массаж? — поражённо спрашиваю, чувствуя, как тело постепенно расслабляется.
— Если ты ждала, что я тебя искупаю… — с нажимом протягивает.
— Нет, — тут же отказываюсь.
Массаж — это именно то, что нужно после того, сколько мы в седле провели.
— Так ты про Эйрика расскажешь? — разомлев, потому что он так приятно мнёт мне плечи, что я чуть не мурлычу, спрашиваю.
— Скажу так: мы немного подзаработали, и он подставился — не был сконцентрирован, — отвечает аскадец.
Резко распахиваю глаза и поворачиваюсь к нему.
— Чего? Он пострадал? А ты? — требовательно спрашиваю, резко напрягаясь.
И пытаюсь хоть что-то рассмотреть. Но вроде крови нет и явных синяков тоже.
— Не волнуйся ты так, — хмыкает Касар. — Брат восстановится, а я концентрации не терял, так что всё в порядке.
— Касар, вот пообещай мне, что с вами всё в порядке, а не ты сейчас храбришься, а мне потом нужно будет отхаживать Эйрика.
— То есть вначале ты думала, что я родного брата выкинул на улицу, а сейчас — что при смерти оставил? — с претензией в голосе спрашивает мужчина.
— Касар, — настаиваю, не отступая.
— Достала! — огрызается он и начинает вставать из бадьи.
— Ты куда? — подрываюсь за ним, вода с меня тут же стекает на пол.
А мужчина уже наспех обматывает полотенцем бёдра.
Хватаю его за локоть и требую:
— Правду, Касар!
Нам ещё противостоять незнакомцу. Нам ещё с драконом сразиться. А он тут утаивает такое. И то, что я просто беспокоюсь об этих двух невыносимых аскадцах без причины, я даже себе признаваться не буду.
— Я сейчас тебе его покажу! — гаркает он и сдёргивает простыню с кровати. — Прикройся, — кидает мне. — Но до дома ни слова. Если услышу хоть одну жалобу — искупаю в снегу, — угрожает, явно заведённый.
— Чего? — оторопело произношу.
Я не верю в услышанное. Как это — в снегу?
— Оделась и поторапливайся, пока я не передумал! — гаркает этот дикарь.
— Иначе что? — уперев одну руку в бок, спрашиваю с вызовом.
И простыню я до сих пор держу в руке. Меня-то нагота вообще не смущает, а мужчина, похоже, намеренно её сейчас игнорирует.
— Иначе… — шипит и скалится. — Привяжу тебя к кровати, и ты никуда не денешься. А в поселение поедешь как пленница, связанная, как изначально и планировалось, — напрямую угрожает мужчина.
И я давлюсь воздухом. На секунду внутри вспыхивает злость… а потом резко уступает здравому смыслу.
Подбегаю, хватаю свечу и подношу к его лицу, чтобы лучше видеть выражение. И когда убеждаюсь, что он предельно серьёзен, решаю плюнуть на гордость, потому что она мне сейчас слишком дорого обойдётся.
Касар точно исполнит угрозу. Это ясно читается в его взгляде.
Таким он на меня смотрел, когда угрожал отдать своим воинам. И тогда я без задней мысли поверила. Как и сейчас.
— Я оденусь, — цежу сквозь зубы.
Но всё же заматываюсь в простыню и, держа свечку в руке, иду за мужчиной. В коридоре мы проходим две двери, и Касар медленно открывает нужную.
Захожу и, осветив свечой пространство, вижу, что Эйрик валяется голый на кровати, а тряпка, которой он, похоже, обтирался, воспользовавшись миской с водой, — красная.
— Он ранен? — шёпотом спрашиваю, не подходя ближе, иначе разбужу.
— По лицу ему проехались, и не раз, — тихо отвечает Касар. — Если бы было что-то серьёзное, я бы тебя позвал, а не оставил его так.
И в этот момент Эйрик начинает поворачиваться и стонет, придерживая бок рукой.
— Да? — киваю на его бок, напрягаясь.
— Это пустяки, — так же тихо отвечает Касар. — Нам нужно перевоплотиться, и начнёт усиленно работать регенерация.
— Но в лес лучше не ходить, а здесь, если вас кто увидит, то убьёт не раздумывая, — говорю как есть, не отрывая взгляда от Эйрика.
— Поэтому пока так, а перед самым домом мы знаем, где выгулять своих зверей, — последнее он говорит очень тихо, почти на грани слышимости.
И после разворачивает меня за плечо и закрывает дверь.
— Ну что, убедилась? — спрашивает, когда мы идём в сторону моей комнаты.
— Угу, — бурчу, всё ещё переваривая увиденное.
— Ты обещала молчать и не возмущаться, — напоминает мужчина.
— Угу, — задумчиво тяну, уже не так уверенно.
И тут нам по пути встречается какой-то пьяный мужик.
— О, девка! — восклицает он радостно. — Сколько стоишь? — идёт прямо на меня, дыша перегаром и, похоже, совершенно не замечая Касара.
Морщу нос и торможу, смотря на этого пьяницу. Касар выходит передо мной, перекрывая обзор, и в последний момент мужик замечает его и хмурится, а Касар жёстко произносит:
— Много!
И одним точным ударом кулака отправляет его в полёт, а потом — смотреть красочные сны. Он присаживается над ним и убеждается, что тот просто потерял сознание, и переводит на меня ревнивый взгляд.
— Хватит уже всех на своём пути соблазнять, — рычит, как раненый зверь, и заталкивает меня в комнату.
— Я вообще-то не виновата, — протестую.
Но с меня срывают простыню, а потом я оказываюсь закинутой на кровать. И чтобы я точно не успела как следует возмутиться, Касар наваливается сверху и закрывает мне рот поцелуем, продолжая то, что мы вроде бы закончили…
Но вскоре я понимаю, что всё только началось — впереди у нас бурная ночь.
Глава 38 Мирана
Глава 38 Мирана
— Какого хрена ты здесь забыл⁈ — слышу вопль Эйрика и не понимаю, что происходит.
А в следующее мгновение руки Касара пропадают с моей талии.
— Я тебя спрашиваю! — рычит Эйрик.
— Тебя забыл спросить, где мне ночевать! — рычит в ответ Касар, и что-то с треском ломается.
Резко разворачиваюсь и вижу, как эти два неуправляемых аскадца методично разносят имущество трактира. А так как комнатка маленькая, то они уже угробили бадью, и теперь вода растекается по полу, заливая всё вокруг, холодной
