Лобану наведаться, да только тропку к его избушке так и не нашли. Будто с тех пор что-то сторожило к нему дорогу.
А тени и после в лесу видели. Много раз встречали и голоса Малуши и Невзора слышали. Но что с их телами сделалось, никому не ведомо.
Ночь крови и костей
Яна Вуд
Пошла пятая весна с тех пор, как я поселилась в чаще Лунного леса на окраине Смольграда. Ведьм в народе недолюбливали, потому за помощью ко мне обращались редко. И уж точно ко мне ни разу не заходил князь.
Он пришел не один, его сопровождали пятеро рослых матерых гридней. Я наблюдала за ними через приоткрытую дверь, безотчетно теребя черную прядь волос.
Князь Ратибор облачился в простую одежу и дорогое оружие с собой не взял. Хотел сойти за обычного воина, смекнула я и закатила глаза. А то у него на лбу не было написано, что он князь.
Темные волосы князя шевелил ветер, глаза его, серые, как омытые водою речные голыши, глядели зорко.
Я не стала дожидаться, пока незваные гости постучат, толкнула дверь и ступила за порог. Князь замер, его спутники ощутимо напряглись, их заскорузлые руки тотчас нащупали рукояти мечей.
– Утро доброе. – Я плотнее запахнула шерстяную накидку поверх длинного льняного платья. Несмотря на то что уже наступила весна, зимний холод еще не разжал когти. – Что привело вас в такую рань, гости дорогие?
Я знала, в моем голосе чувствовалась насмешка, но ничего не могла с собой поделать. Люди редко вызывали у меня приязнь. В особенности высокомерные князья, полагавшие, что вправе распоряжаться и государством, и всеми, кто в нем обитал.
Князь не сводил с меня презрительного взгляда.
– Ведьма, – холодно произнес он. – У нас к тебе дело. Если выполнишь все, что от тебя требуется, мы тебя не убьем. Тебе будет и дальше позволено жить в этом лесу и заниматься… – Он замялся. – Тем, чем ты здесь занимаешься. Колдовать, изводить добрый люд, порчу насылать.
Я фыркнула и изогнула бровь.
– Вестимо, ибо именно этим и занимаются ведьмы. – Мои губы скривились в презрительной усмешке. – Любопытно, все князья столь же мудры и великодушны, как ты, Ратибор?
Князь втянул в себя воздух. Взгляды гридней сделались смертоносными.
Не выдержав, я расхохоталась.
– Что, княже, если ты не облачился в дорогие одежи, думал, я тебя не признаю? Я, может, и живу в лесу, но не дремучая и знаю побольше иных горожан.
Ратибор скрежетнул зубами.
– Если поведаешь кому-нибудь о том, что к тебе приходил князь, проведешь остаток своей жалкой жизни в темнице.
– В жизни не слышала столько добрых слов, – едко усмехнулась я, с трудом подавив желание впиться зубами ему в глотку.
– Как с князем говоришь! – ощетинился один из гридней, рослый белобрысый детина с почти прозрачными голубыми глазами.
Я скрестила руки на груди и сдвинула брови.
– Иначе себя вести не научена. – Я хмыкнула. – Я ведь ведьма, что губит добрых людей.
– Будешь хамить, заплатишь головой, – прошипел он.
Я прожгла его презрительным взглядом.
– А вот и не заплачу. Беда у вас, видно, серьезная стряслась, раз князь самолично к ведьме пожаловал. И моя голова на плечах вам сейчас куда важнее расплаты, которой ты грозишься, ратник.
Он стиснул зубы, но промолчал. Я невольно поежилась. Проклятый утренний холод пробирал до костей.
Я махнула рукой.
– В дом идемте. Разговор у нас, видно, будет не из коротких. А задницу я себе отморозить не хочу.
Князь шагнул вперед: теперь он стоял почти вплотную ко мне, возвышаясь надо мной на целую голову. Напряженный взгляд его темных глаз скользил по моему лицу, точно силясь прочитать меня, разгадать.
– Неудивительно, что у такого дурного существа и язык дурной, – наконец изрек Ратибор.
Я белозубо осклабилась.
– Осторожнее, князь. Как там говорят, с кем по пути, с тем и по нраву. Как бы тебе в моей грязи не замараться.
* * *
Родная изба встретила меня теплом растопленной печи.
Я указала на лавки, что стояли по обе стороны стола.
– Рассаживайтесь, люди добрые. Может, желаете чего-нибудь испить?
– Отравить нас хочешь, ведьма? – вопросил все тот же белобрысый воин.
Я закатила глаза.
– И зачем мне вас травить? Чтобы опосля сюда нагрянули другие ратники да сровняли мое жилище с землей, а меня на куски разорвали? – Я обернулась к князю, что сел, вестимо, во главе стола.
Я едва удержалась, чтобы вновь не закатить глаза и не ляпнуть что-нибудь непотребное.
– Рассказывай, княже, что стряслось. У меня тоже, знаешь ли, есть свои дела. Как ты там сказал, порчу навести, народ извести, петуха зарезать для лешего. – Я запоздало прикусила язык. Все-таки без непотребства не обошлось.
Князь стиснул челюсти так, что желваки заиграли на его острых, как лезвия, скулах.
– Последнее время все чаще пропадают гонцы и торговцы, – проговорил он. – Люди боятся и покидать город, и наведываться в него. Поговаривают, что в Мглистом лесу, через который проходит дорога в город, поселилось лихо. Но никто не ведает, что это за лихо. Все, что осталось от пропавших странников, – пятна крови да обрывки одежды.
Пальцы князя на столе сжались в кулаки, точно он одновременно боролся со злостью и бессилием.
– Неведомая тварь взяла город в осаду, – продолжил Ратибор. – И этому пора положить конец.
Я закусила губу, теряясь в раздумьях. Судя по тому, сколько народу погубило чудовище, это явно не был кто-то безобидный вроде шишиги или лесавки.
– Что молчишь, ведьма, язык проглотила от страха? – съязвил белобрысый.
Я смерила его тяжелым взглядом.
– Как зовут тебя, добрый молодец?
– На что тебе мое имя? – прошипел он.
– Как прикажешь на тебя без имени порчу наводить? – ухмыльнулась я.
Гридень подскочил с лавки, схватившись за меч.
– Сядь на место, Гордей! – сухо бросил князь. – Тебе должно быть известно, что по одному лишь имени ведьма порчу не наведет.
На лице гридня читалось неприкрытое сомнение.
Я снова закатила глаза.
– Послушай своего князя, воин. Он все же умнее, чем я думала. – Не удержавшись, я зловеще улыбнулась. – Чтобы навести порчу, мне еще понадобится прядь твоих волос, так что старайся не подпускать меня близко.
Лицо Гордея сделалось белее снега.
– Бросай подначивать его, ведьма, – рыкнул Ратибор. – Лучше скажи, что за тварь поселилась в Мглистом лесу.
Я пожала плечами.
– А я почем знаю. Может, вы лешего прогневали или блуда. Может, упырь объявился в округе. Поглядеть надо. – Тяжело вздохнув, я, не теряя времени, принялась собирать в заплечный мешок свои пожитки.
Чем
