Но этот бой невозможно было остановить.
Роланд взглянул на Детту измученными воспаленными глазами:
— Очень многие думали, что я помер, Детта. — Он поглядел на Эдди. — Ты готов?
— Да, наверное. А ты?
— Да.
— Выдержишь?
— Да.
И они пошли дальше.
А где-то в десять часов Детта Уокер принялась тереть себе виски.
— Остановитесь, — сказала он. — Меня мутит. Меня, кажется, сейчас вырвет.
— Может, не надо было вчера вечером так обжираться, — огрызнулся Эдди, продолжая катить коляску. — От сладкого стоило бы отказаться. Я же предупреждал, что шоколадный торт — уже лишнее будет.
— Меня сейчас вырвет! Я…
— Остановись, Эдди! — сказал стрелок.
Эдди остановился.
Женщину в коляске вдруг передернуло, как будто через тело ее прошел электрический заряд. Глаза ее широко распахнулись, уставившись в никуда.
— ЭТО Я РАЗБИЛА ТВОЮ ТАРЕЛКУ, ГАДКАЯ ТЫ СИНЮШНАЯ ТЕТКА! — завопила она. — Я РАЗБИЛА ЕЕ, И Я, МАТЬ ТВОЮ, ОЧЕНЬ РАДА…
Она резко подалась всем телом вперед. Если бы не веревки, она бы выпала из коляски.
Боже, она умерла. У нее был удар, и она умерла, — подумал Эдди, осторожно обходя коляску: он помнил, какая она хитрющая и какие она может выкидывать номера. Не сделав и двух шагов, он встал как вкопанный. Поглядел на Роланда. Роланд ответил ему ровным спокойным взглядом, глаза его не выражали вообще ничего.
И тут она застонала. Открыла глаза.
Ее глаза.
Глаза Одетты.
— Боже, я что — снова хлопнулась в обморок? — спросила она. — Мне очень жаль, что я причинила вам столько хлопот. Вам пришлось даже меня привязать. Мои бедные ноги! Я, наверное, смогу сесть поглубже, если вы…
В этот самый момент ноги у Роланда подкосились, и он потерял сознание в каких-нибудь тридцати милях к югу от того места, где берег Западного моря сходил на нет.
ВТОРАЯ ПЕРЕТАСОВКА
1
Теперь Эдди Дину казалось, что они с Госпожой уже не плетутся по берегу или даже идут, преодолевая последние его мили. Они как будто летели.
Одетта Холмс по-прежнему не питала к Роланду добрых чувств или же не доверяла ему, это было ясно как день. Но она понимала, в каком он находится отчаянном положении, и сочувствовала ему. Теперь Эдди чувствовал, что он толкает вперед не мертвую груду резины и стали, к которой по какому-то недоразумению привязали еще и пассажирку, а легкий планер.
Иди с нею сам. Раньше мне приходилось за нею приглядывать, и это было действительно важно. Но сейчас я только вас задержу.
Он почти сразу понял, насколько прав был стрелок. Эдди толкал коляску; Одетта ему помогала, качая рычаг.
Стрелок дал Эдди один револьвер, который он заткнул за пояс.
— Помнишь, как я велел тебе быть начеку, а ты меня не послушал?
— Да.
— Я еще раз тебе говорю: Будь начеку. Все время. Не расслабляясь ни на секунду. Если вернется та, другая, сразу бей ее по башке.
— А если я ее кокну?
— Это будет конец. Но если она кокнет тебя, это тоже — конец. А если она вернется, она попытается это сделать. Она попытается!
Эдди очень не хотелось его покидать. И не только из-за этих воплей какого-то неизвестного зверя, которые не давали ему заснуть прошлой ночью (хотя и об этом тоже он не забывал), а просто из-за того, что в этом мире Роланд остался его единственною зацепкой, единственным прочным звеном. Они с Одеттой сюда не вписывались.
И все-таки он понимал, что стрелок был прав.
— Не хотите ли отдохнуть? — спросил он у Одетты. — У нас осталось немного еды. Чуть-чуть.
— Пока еще нет, — решительно проговорила она, хотя голос ее звучал устало. — Попозже.
— Хорошо, но тогда прекратите качать. Поберегите силы. Вы же совсем ослабли. Ваш… ваш желудок… ну вы сами знаете.
— Хорошо.
Она обернулась — на лице у нее поблескивали капельки пота, — и улыбнулась ему. От этой улыбки у Эдди едва ноги не подкосились, и в то же время он воспрял духом. Он мог бы жизнь отдать за такую улыбку… и он был готов умереть за нее, если так будет нужно.
Он очень надеялся, что Всевышний все-таки не допустит, чтобы подобное произошло, но, по всему судя, дело шло именно к этому: времена наступали критические.
Она сложила руки на коленях, и он продолжил толкать коляску. Следы от колес становились все незаметнее; грунт постепенно твердел, однако его усыпали каменные обломки, грозившие вызвать аварию. Впрочем, Эдди старался не набирать слишком большую скорость. При серьезной аварии Одетта могла получить травму, а коляска — сломаться, что не сулило им всем ничего хорошего, и в особенности стрелку, который умер бы, один, почти наверняка. А если Роланда не станет, они с Одеттой застрянут в этом мире уже навсегда.
Теперь, когда Роланд совсем разболелся и едва мог идти, Эдди вынужден был считаться с одним очень простым обстоятельством: из них троих двое были калеками.
Так есть ли надежда? Есть ли какой-нибудь у них шанс?
Коляска.
Коляска — одна надежда, единственная надежда и ничего кроме надежды.
Да поможет им Бог.
2
Роланд пришел в сознание вскоре после того, как Эдди волоком затащил его в тень от выступа скалы. Лицо его в тех местах, где оно не серело нездоровою бледностью, полыхало горячечным румянцем. Грудь лихорадочно вздымалась и опадала. Вся правая рука покрылась паутиной изломанных красных полос.
— Покорми ее, — прохрипел он, обращаясь к Эдди.
— Ты…
— Обо мне не переживай. Все со мной будет в порядке. Накорми ее. Сейчас, мне кажется, она будет есть. А сила ее тебе еще пригодится.
— Роланд, а что если она притворяется, что она…
Стрелок оборвал его нетерпеливым жестом.
— Ничего она не притворяется. Она одна в этом теле. Я это знаю, и ты это тоже знаешь. У нее на лице написано. Накорми ее, ради отца своего, и пока она будет есть, вернись ко мне. Сейчас у нас на счету каждая минута. Каждая секунда.
Эдди встал, но стрелок удержал его левой рукой. Болен он или нет, сила его оставалась при нем.
— И ничего ей не говори о той, другой. Что бы она тебе ни говорила, как бы она ни старалась тебе объяснить, не возражай ей ни в чем.
— Почему?
— Не знаю. Просто мне кажется, что так будет лучше. А теперь делай то, о чем я тебя прошу, и не теряй больше времени!
Одетта сидела в своей коляске, глядя на море в каком-то тихом задумчивом изумлении. Когда Эдди предложил ей кусочки омара, оставшиеся со вчерашнего ужина, она с сожалением улыбнулась:
— Я бы поела, если б могла. Но вы же знаете, что получится.
Эдди, который понятия не имел, о чем она говорит, только пожал плечами:
— Мне кажется, если еще раз попробовать, то вреда не будет. Вам нужно есть, Одетта. Нам нужно ехать быстрее, и нам пригодятся все наши силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
