плевать на Махновского, но я верну тебе боевую магию, чтобы ты мог с ним поквитаться, возвратить себе украденное золото, если поможешь мне.
— Я помогу, говори чем.
— Есть среди вас одна крыса. Он куда хуже Махновского и всех его дружков вместе взятых. Если поможешь мне его проучить, я открою тебе доступ к боевой магии, но только одного типа. Для каких гримуаров ты покупал заклинания?
— Гримуаров?
— Магических книг разных школ.
— Не, не, я брал заклинания из шопа вразнобой, эти гримуары слишком дорогие. Мне нужно назвать заклинания, что я покупал?
— Да, назови несколько, чтобы я понял, к какой школе они относятся или скажи конкретное, какое хочешь иметь для боя, — уточнил я.
— Так. Я покупал «Каменный шип», «Земляную стену», «Усиление брони» для танка. «Малое лечение», «Большое лечение», «Защиту от холода», «Защиту от огня», «Защиту от яда», «Остановку кровотечения», «Молнию», «Магическую стрелу», а как поднакопил денег, то купил «Ледяной шторм» и «Элементаля Земли». Это такой призывной, ручной танк, очень помогало, когда не было танка в пати.
— Какая именно «Магическая стрела»? Земляная? Воздушная? Огненная?
— Нет, обычная. Это базовая атака для класса мага. Она бьет слабее стихийных, но продается вдвое дешевле. Всего двадцать пять золотых. Я её первой и купил.
— Ясно. Так какое заклинание ты хочешь иметь под рукой?
— Все, — не понимая, что я от него хочу, потребовал маг Сергей.
— Я же сказал — одной школы.
— Я не знаю, из какой они школы, — признался Сергей.
На самом деле я и сам начал различать школы, когда стал пользоваться гримуарами и распихивать купленные заклинания между ними. В игровом шопе они отсортировывались по алфавиту, уровню, цене. А вот по стихиям и школам нет. Он действительно мог не понимать, заклинания какой школы использовал.
— Ладно, давай по-другому. Выбирай или «Каменный шип», «Земляная стена» и «Элементаль Земли» или «Молния» или «Защита от холода», «Защита от яда» и «Ледяной шторм».
— А всё сразу нельзя?
— Нет.
— Тогда «Молния».
— Хорошо, повторяй за мной.
Я специально разбил обращение к духу-покровителю стихии воздуха на множество незапоминающихся частей, на куски по два-три слова, чтобы Сергею было сложно воспроизвести его слово в слово вновь, и тем более подобрать подходящие слова для призыва других стихийных духов.
Мы закончили, и я предложил проверить. Сработало. Сергей был вне себя от радости и тут же собрался на поиски Махновского, но я напомнил ему, что сначала мне нужна помощь с моим врагом.
— Что требуется от меня? — нахальным тоном спросил маг Сергей.
— Ничего особенного. Я сейчас зайду в зону, где вы обитаете, и встречусь там с одним старым знакомым. Мы поговорим, и если он нападет на меня, каким-то образом обездвижит, отравит, вырубит, что я не смогу сопротивляться, ты отгонишь его от меня своей магией.
— И всего-то, — хмыкнул маг Сергей.
— Да. Возможно, твоя помощь даже не потребуется, но этот человек настолько коварный и подлый, что может выкинуть любую низость. Мне нужно прикрытие. Я надеюсь на тебя.
— Да легко! — хвастливо заявил мой временный союзник и жестом показал, что мы можем начинать.
Я предполагал, что моё появление должно стать для Сергея Цаплина полной неожиданностью, но все равно опасался засады. Если это он отправил Виктора Петровича ко мне, то мог и подготовиться к моему визиту. Успокаивало лишь то, что так называемый сбой выбил из рук многих игроков их сильнейшее оружие — боевую магию. Любой придурок, удачно усилившийся со старта божественным благословением или набравший двадцатый уровень и вкинувший все очки в магическую силу гипотетически мог кастануть заклинание пятого уровня, вроде того же «Метеора» или «Огненного шторма».
Я и раньше считал, что это полнейший бред, давать игрокам такую смертоносную магию, а когда стал воспринимать их исключительно, как врагов, то всегда опасался от них именно магических атак. В ближнем бою один на один никто мне не соперник. Если Сергей Цаплин причастен к моей смерти, то он будет желать моего уничтожения любыми способами. Я живое доказательство его преступления или участия в сговоре с целью убийства ради наживы. Он будет меня ненавидеть и бояться.
Так и произошло. Я зашел в плохо освещенный барак с крохотными окошками, который жрецы выделили героям-тунеядцам для ночлега и увидел его со спины. Увидел крупного, высокого героя, который выделялся среди других магов своей внушительной мышечной массой, а ею здесь обладали лишь воины.
Возможно интуитивно, то ли на шум шагов, мой мускулистый двойник обернулся и я ахнул от удивления. Натурализация действительно неузнаваемо изменила моего двойника. Неудивительно, что я никак не мог отыскать его по лицу, когда высматривал в тронном зале. В новых чертах лица моего бывшего двойника слилось сразу три разных образа: мой, Сергея Цаплина и Никиты (Нео). Он взял от внешности Никиты даже больше всех других и это недвусмысленно намекало, что сейчас внутри находился не Сергей, а именно Никита. Но почему он тогда представился Сергеем? Маскировка? Никита не смог придумать ничего другого и прикидывается им?
Физиономия двойника с тремя лицами в одном смутила меня больше, чем его моё появление в храме. Вернее, так было в первые несколько секунд, потом глазенки двойника подслеповато сузились, он разглядел мой силуэт, и тогда на лице отобразилась смесь ненависти и ужаса.
— Вот где ты прячешься. Я пришёл за тобой, — зловещим голосом сказал я, специально нагоняя страх на представшую передо мной химеру.
Складывалось впечатление, что внутри действительно несколько человек, каждый из которых в полной мере не владеет телом. Все три личности борются между собой и никто не может победить.
— Ты? — наконец выдавил Сергей-Никита, — Ты же умер! Тебя здесь быть не должно!
— Умер? А может правильнее будет сказать, что это ты убил меня? — не выбирая выражений и всё ещё пытаясь понять по жестам и эмоциям на лице, кто же передо мной, сказал я.
— Это несчастный случай. Капсула давно была неисправна, загорелась. Ты задохнулся, так как замок заклинило. Причем здесь я? — сказала химера, и по интонациям голоса, манере и оборотам речи, я понял, что передо мной действительно Сергей Цаплин.
На себя он был по уже названным причинам не похож, но личность и привычку говорить так легко не подделаешь.
— А может это ты повредил другие капсулы, чтобы я лег именно в эту, повреждения которой ты сделал менее заметными.
— Чем докажешь? — выпалил старый знакомый, и выражение страха на его лице сменилось кривой ухмылкой.
Да, это Сергей, эмоции, мимика та же. Первый шок прошел, и ушлый лжец постепенно взял себя в руки.
