конь тоже не бездействовал: сияющими копытами огненный скакун проламывал черепа врагов, топтал ненавистных дрекаваков, издающих невыносимые визги. Подобно пожару, во вражеских рядах распространялась паника. Огненный воин, помогая эресвенцам в бою, громил врагов.
— Я что сплю? — поразился Дамир. — Витмир, это же правда он?
— Да! — радостно закричал тот. — Это наш Саир!
И это было действительно так. Подлетая к месту битвы и уже ощущая запах смерти и крови, Саир, сидя на огненном скакуне Эдиффоне, почувствовал в себе неимоверную силу. Из его пальцев вырывались огненные струйки. Хоть и ощущение было необычным, Саир чувствовал, что сможет управлять этой фантастической способностью. Он попробовал метнуть огненную струю в вершину горы, над которой они пролетали. Пламя тут же устремилось в заданном направлении, плавя вековечный высокогорный ледник.
— Да… это тебе не в зверя оборачиваться, — восхитился он, — ну теперь эти отродья у меня получат!
Саир обрушивал на врагов пламя, которое сжигало гарпигов, оборотней и дрекаваков, но совершенно не вредило людям.
— Что это за диво дивное? — слабым голосом спросил Дорогвон у мага.
— Это Саир пришёл вам на подмогу.
— Но он…он же… — прохрипел военачальник.
— Оборотень? Нет, Саир избавился от проклятья, да ещё и получил взамен дар, — объяснил Леонус, — а, возможно, и нечто большее.
— Что может больше способности испепелять врагов? — продолжал удивляться старый воин.
— Любовь, — коротко ответил волшебник.
— В наше время? — уточнил Дорогвон.
— А какое такое сейчас время? — не понял маг.
— Ну как же…война…мир на краю гибели…
— А ты думаешь, раньше было лучше? — усмехнулся Леонус. — Нет, дорогой мой, уж поверь мне, мир всегда был на краю гибели и каждый раз его спасала любовь. Любовь к близким, к семье, к родине, к детям и ко всему прекрасному, к тому, что стоит спасать. А зло…оно всегда проигрывало, проиграет и сейчас.
— Что-то я не столь радостного мнения, — проворчал Дорогвон.
— А зря, — улыбнулся маг, — мир погибнет лишь тогда, когда иссякнет любовь. А сейчас любовь живёт в сердцах каждого твоего воина, иначе бы их здесь не было.
Дорогвон замолчал, ослабленный ранением. Леонус сел возле него и что-то начал шептать, то и дело аккуратно касаясь руками перевязанных ран.
— А теперь поспи, старый воин, — тихо сказал маг.
Дорогвон почувствовал непреодолимую сонливость, веки его сомкнулись.
— Эй, герой! — Леонус подозвал к себе могучего эресвенца, который, убив оборотня, намеревался вновь кинуться в гущу схватки. Теперь же остановленный волшебником, он послушно подошёл и вопросительно поглядел на мага.
— Как тебя зовут? — спросил Леонус.
— Литнар! — выпалил воин.
— Отлично, — маг потёр руки, — ты уже убил много врагов, теперь же послужи своему военачальнику. Его надо отнести в более безопасное место и охранять его покой. Справишься?
— Конечно! — с готовностью отозвался Литнар. — Только куда его отнести?
— Смотри, — маг указал на небольшую пещерку, — сам видишь, сражающиеся переместились чуть ниже по склону, а пещерка эта уже вне поля боя.
— Там могут быть враги, — предположил Литнар.
— Врагов там нет, — уверенно заявил маг, — они покинули пещерку в самом разгаре схватки, поверь, там нет никого.
Литнар больше не стал спорить с волшебником. Он подошёл к военачальнику, бережно поднял его и медленно понёс в безопасное место.
— Вот и чудненько! — обрадовался Леонус и огляделся.
Битва продолжалась, но теперь удача была на стороне эресвенцев. Саир практически спас своих соотечественников, обрушив на врагов всю свою мощь. Дрекаваки отступили первыми, так как были наиболее трусливы. Они начали забиваться в щели между скалами, а эресвенцы вытаскивали их из этих укрытий и уничтожали. Наконец враги обратились в бегство. Оборотни бегали очень быстро, к тому же они не были обременены доспехами, как гарпиги, поэтому эти монстры легко уходили от преследования. Зато гарпигов эресвенцы потрепали изрядно.
Саир радостно оглядывал поле боя, понимая, что битва выиграна. Внезапно его взгляд упал на павших эресвенцев и улыбка сползла с его лица. Болью в сердце отдавалась каждая прерванная жизнь. Но тут ещё более печальное зрелище поразило Саира. Он увидел лежащего на спине Дамира. Тот стонал, так как в его тело было воткнуто сразу несколько копий. Саир кинулся к нему. Он, обуздав пламя, стал теперь похожим на прежнего Саира. Бывший охотник упал перед бывшим товарищем на колени.
— А…Саир… — слабая улыбка скользнула по смертельно-бледному лицу Дамира, — я рад, что ты жив…
— Не надо разговаривать, тебе надо беречь силы, — взволнованно прервал его Саир и принялся зажимать раны умирающего.
— Не стоит… — отозвался тот, — мы многое с тобой не обсудили…я так и не попросил у тебя прощения. Саир…прости меня…
Саир замер, словно громом поражённый. Он почувствовал, как ком обиды тает в его сердце.
— Я прощаю тебя, Дамир… — уже сквозь слёзы проговорил он.
Вдруг Саир заметил Леонуса. Волшебник бродил по полю боя и помогал раненым, тем, кого ещё можно было спасти.
— Леонус! — заорал что было мочи Саир. — умоляю тебя! Спаси моего друга!
Леонус тут же поспешил к ним. Мужчина с надеждой посмотрел ему в глаза и указал на Дамира, который уже не дышал.
— Спаси его! Умоляю! — просил он и слёзы текли по тёмной щетине.
Маг опустился перед Дамиром, внимательно посмотрел ему в лицо и уныло покачал головой.
— Ты же волшебник! — закричал Саир. — Пробормочи какое-нибудь заклинание и всё!
— Увы, мой друг, не всё так просто, — вздохнул маг, — я не распоряжаюсь жизнью и смертью. Я лишь помогаю вернуться с того света тем, кому ещё позволено вернуться, тем, кто ещё не завершил свой путь здесь. Дамир его завершил…
Саир опустился на колени рядом с телом Дамира и зарыдал.
— Прощай друг, — сквозь слёзы проговорил он.
Так закончилась история двух друзей, история любви и предательства, мужества и прощения.
Глава 19
Когда легенды становятся явью
— Ты уверен, что вы в прошлый раз именно через эту стену проникли в Чёрный замок? — спросила Рохана у вулквонского князя.
Группа обертлугов пряталась за утёсами. Им хорошо было видно, что стена на этот раз отлично охраняется.
— Да уверен я! — с раздражением отозвался Ранарт. — Тогда охраны столько не было. Один стражник похаживал себе. Элина с ним мастерски разделалась, поднявшись на стену при помощи своих крыльев. Она и верёвку нам сбросила. Так мы и перелезли через стену. А сейчас как быть, ума не приложу!
— Может, в открытую просто кинемся на стражников, эффект внезапности будет, — предложил Грахт.
— Да ты помрёшь тут же у этой стены, дурья ты башка! — осадила сыновий пыл знахарка. — Смотри, здесь же гарпигов тьма!
Грахт насупился, но ничего не ответил матери.
— Грахт прав, Рохана, — неожиданно поддержал предложение друга Ранарт, — терять
