— Да ведь и я считаю, что им вредно! — усмехнулась тетка Тиберия. Пока они без рук — то ничего и не стянут. А раз не стянут — то и лишнего внимания к себе и к тебе не привлекут. Вроде как с коллекцией вышло…
Тут она помолчала и, упершись руками в стол, уставилась прямо в глаза Жилло.
— А ведь не хочется тебе прогонять их на все четыре стороны, негромко сказала старуха.
— Руки у них балуются, видишь ли! — проворчал в ответ Жилло. — Я эти руки уму-разуму научу!
— Только вот как они в отхожем месте управляться станут? — как бы сама себя спросила тетка Тиберия. — Ну, покормить-то мы их покормим, а прочее?
— Друг дружку пусть выручают! — отрубил все еще сердитый на братцев Жилло. — У нас уже опыт имеется — без рук втроем твой пирог съели.
И взялся за ложку, всем своим видом показывая, что пока не отужинает — от него слова не добьются.
— Красиво ты придумал… — мечтательно произнесла старуха. Крылья-то человеку дурные дела творить не позволяют… Да-а… Хоть в стихах это выражай…
— Ага! Ему — стихи, а мы?.. — наконец-то опомнившись, запричитали братцы. — Ни поесть, ни еще чего!..
— Ни стянуть! — с набитым ртом вставил Жилло.
Тетка Тиберия, зайдя сзади, обеими руками оттянула у него на лбу ткань тряпичной маски.
— Уй-й! — прямо зашипел от боли Жилло, но было уже поздно вопить маска осталась в руках у старухи.
— Потом дам тебе отвар ноготков — умыться, — сказала она.
— Ты мне лучше ромашковый отвар приготовь, — велел Жилло, в котором проснулся травознай. — У меня теперь не рожа, а живая рана…
— Можно, — согласилась старая ведьма. — Виго! Поел, сынок? Покорми этих двух красавчиков, будь так добр. А я их потом спать уложу, да и тебя тоже.
— С ним? — Виго показал на кота.
— Разумеется. Ты ему сразу понравился, — и тут ведьма улыбнулась.
— Куда ж ты их уложишь? — удивился Жилло. — У тебя у самой тут не повернуться.
— А к Денизе отведу, у нее в обеденном зале на лавках устрою.
— Дениза же их выгнала, — напомнил Жилло. — За добрые дела.
— Когда увидит, что они теперь безрукие, сменит гнев на милость, объяснила старуха. — Теперь-то от них вреда не предвидится.
Дедуля открыл было рот.
— Тихо! — негромко приказала старуха. — А то и с ногами что-нибудь этакое сделаю.
Накормленных Дедулю с Малышом она действительно переправила к Денизе, вернулась и уложила Виго в закутке возле Мака, а коту строго показала пальцем на подушку — и он занял место, замурлыкал и в считанные минуты умурлыкал Виго.
Тогда старуха молча занялась ромашковым настоем.
— Что ж ты меня не спрашиваешь, как я с Озаруком схлестнулся? — первым не выдержал Жилло.
— А что спрашивать… Над Коронным замком уж не звон, а прямо стон стоял, — усмехнулась тетка Тиберия. — Так я и поняла, что ты назвал его по имени и он свою природную сущность явил.
— По-твоему, это — все, что я там успел натворить? — высокомерно спросил Жилло. — Ну, старая, невысоко ж ты меня ставишь…
— А что? — отвлеклась старуха от сушеной ромашки. — Еще что-то было?
— Было… Озарук сперва овсом перекидывался, потом — поросятами.
— Кем? — явно не поверила старуха. — Какими еще поросятами?
— Такими, ну… Каких Дениза с рынка привозит! Четыре ноги, два уха, один пятачок. Только их с дюжину было.
— Один Озарук дюжиной поросят перекинулся? — и старая ведьма глубоко задумалась.
— Тетенька Тиберия, ромашечку-то мою дай… — и Жилло взял у нее из морщинистых рук глиняную плошку с настоем.
— Как это он? — вдруг встрепенулась старуха. — С какими знаками?
— Сейчас изображу. Только и ты мне потом одну вещь расскажи.
— Изображай! — велела тетка Тиберия, и Жилло, как умел, показал ей собирание овса и поросят в смерч, а также рассыпание смерча на поросят.
— Додумался… — проворчала старуха. — Ох, не нравится мне это изобретение… Значит, работали те знаки, что он на подоле намалевал…
— Послушай, тетка Тиберия… — Жилло несколько замялся. — Теперь ты мне расскажи. Не знаешь ли часом, кто такая Жанна д'Арк?
Старуха привычно хмыкнула и пожевала губами.
— Так знаешь или нет?
— Это из давней галльской истории, — сказала она, подумав. Столетия, пожалуй, три тому назад… Держи тряпочку. Да не бойся, это действительно ромашка. Отожми над миской и накладывай на лицо.
— Галлия? — Жилло вызвал в памяти обшарпанный глобус, по которому молодого графа уму-разуму учили. — Это… это на юге!
— На юге, — согласилась тетка Тиберия. — Жанна д'Арк отчаянная девица была. Дочь королевы… но не короля, понимаешь? Потому ее в ночь рождения из дворца увезли, чтобы спрятать. И выросла она в глухой деревушке. Норовом пошла, видно, в кого-то из совсем дальних предков — то ее от лошадей не отгонишь, то в оружейной пропадает. Ну, мальчишка и мальчишка… Хотя, говорят, статью была — роскошная девица, что спереди, что сзади… Но сейчас я тебя о другом расспросить хочу. Мои вопросы важнее!
Старуха добыла со дна сундука книжищу в переплете из радужной змеиной кожи.
— Не трожь! — шуганула она Жилло, когда тот попытался ей помочь. И сама с трудом взгромоздила фолиант на стол. — Обожжешься…
Она сделала над книгой знаки, посыпала ее воображаемым порошком, обвела двумя кругами, и лишь тогда раскрыла.
Увидел Жилло на красных страницах золотые и лазоревые рисунки стрелки туда и сюда, круги с треугольниками, зигзаги и переиначенные буквы.
— Такое у Озарука на подоле было? — и старуха стала поочередно тыкать пальцем во все эти загогулины.
— Да погоди ты с Озаруком! Ты мне сперва про Жанну д'Арк, — попросил Жилло, промакивая лицо тряпочкой. — А то ничего я тебе не вспомню. Вот увидишь — ни одной выкрутасы!
— Ну что — Жанна… Ее старший брат был наследным принцем. Старый король умер, а брат на престол не взошел — такие получились обстоятельства. Враги на Галлию ударили, принц — в бега… Загнали беднягу в угол. Полководец его любимый и самый надежный, а кстати и сводный брат, в осажденном городе застрял, врага сдерживал. А принц в отдаленном замке укрылся.
— А Жанна знала, что она королевской крови? — не выдержал и перебил Жилло.
— Умный человек, Бодрикур его звали, знал правду. Он и сказал Жанне, что она — девица-бастард. Сказал же потому, что видел — только Жанна может спасти брата, другие все на него рукой махнули. Дал он ей свиту и отправил туда, где принц скрывался… Вот там она и сказала — собирается вместе королевская кровь…
— Спасла она брата?
— Еще бы не спасла! Стал он королем Галлии. Но Жанна после этого в плен попала. И судили ее как ведьму. Расчет был — раз ведьма нового короля Галлии на трон возвела, то коронация незаконная. А ведьму на костре сжечь положено…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
