Не менее интересный вопрос — почему диверсант не оказал Ветрову никакого сопротивления, хотя был нашпигован оружием? До сих пор это остается загадкой. Возможно, ответ кроется в показаниях Л. Шиловой. На следствии и в суде она утверждала, что задолго до заброски на советскую территорию Таврин предложил ей следующий план действий. Она должна окончить курсы радистов и вместе с ним перейти линию фронта. После этого предполагалось прервать с немцами всякую связь и затеряться на бескрайних просторах страны. В ходе следствия было бесспорно установлено и то, что Шилова не знала о задании мужа убить Сталина. О том, что это, скорее всего, правда и что Таврин вовсе не горел желанием выполнить террористическое задание свидетельствуют и другие факты. Прежде всего то, что «Панцеркнаке», портативную рацию, и некоторые другие диверсионные принадлежности он вообще оставил в самолете, а Ветрову, как явствует из спецдонесения о задержании, сразу признался, что заброшен «для диверсий и террора».
Позже, как на предварительном следствии, так и в суде Шило (Таврин), признавая себя виновным «в измене Родине в форме перехода на сторону врага и приготовлении к террористической деятельности», последовательно заявлял, «что осуществлять террористические акты против руководителей ВКП(б) и Советского Правительства не намеревался».[334]
Адамчик же, вообще «отрицала свою причастность к заданию по совершению террористических актов против руководителей ВКП(б) и Советского Правительства». В одном из своих последних заявлений она писала: «Я не жалею о том, что прилетела. Если нужно будет умереть, умру, но зато буду знать, где умерла и за что. Прошу об одном — предоставить мне возможность разделить судьбу с мужем, какова бы она ни была. Я верю в то, что с момента вступления на родную землю он ничего бы не сделал против Родины».[335]
Более того, Таврин и Шилова с самого начала охотно пошли на сотрудничество с советской контрразведкой, рассказали обо всем, что знали, в том числе о планировавшихся перебросках через линию фронта нескольких диверсионных групп. Вскоре, после проведения с диверсантами соответствующей работы, чекистами была спланирована операция под кодовым названием «Туман». Это была радиоигра. Шилова уже в сентябре установила, а затем регулярно поддерживала радиосвязь с немецким разведцентром. В одной из телеграмм от 1 марта 1945 г., например, Таврин сообщал: «Познакомился врачом — женщиной, имеет знакомых Кремлевской больнице. Обрабатываю». В ответных посланиях диверсантам выражали благодарности, потом предложили объединиться с другой группой, находившейся в советском тылу. Эту группу вскоре нашли и обезвредили. Последнее сообщение, отправленное Шиловой, ушло в разведцентр 9 апреля 1945 года, но ответа на него получено не было.
А 1 февраля 1952 года состоялось закрытое судебное заседание Военной коллегии Верховного Суда СССР, в котором рассматривалось дело по обвинению Шило (Таврина) Петра Ивановича и его жены Шиловой (Адамчик) в измене Родине. Суд приговорил их к исключительной мере наказания — расстрелу. Ходатайства о помиловании Президиум Верховного Совета СССР отклонил. Приговор в отношении Шило (Таврина) был приведен в исполнение 28 марта 1952 года, в отношении Шиловой (Адамчик) — 2 апреля.
Архивный документ.
(публикуется впервые)
Заключение ГВП по делу Шило (Таврина) Петра Ивановича и Шиловой (Адамчик) Лидии Яковлевны.
Шило (Таврин) признан виновным в том, что он, состоя на службе в действующей Красной Армии, во время боя в мае 1942 года в районе гор. Ржева изменил Родине — добровольно перешел на сторону немецко-фашистских войск.
Находясь в плену у немцев, он в августе 1942 года был завербован в антисоветскую организацию — «Русскую трудовую народную партию», а в июне 1943 года в гор. Вене завербован сотрудником гестапо в качестве агента германской разведки.
В начале сентября 1943 года, будучи доставленым в Берлин в Главное управление гестапо, от руководящих работников германского разведывательного органа Грейфе и Хельгенгаупта получил задание и инструктаж на совершение террористических актов в отношении руководителей ВКП(б) и Советского Правительства.
С сентября 1943 года по сентябрь 1944 года, находясь при германском разведывательном органе «Цеппелин» (Норд) в гор. Пскове, а затем в гор. Риге, под руководством начальника этого органа Крауса Отто, проходил специальную подготовку как агент-террорист, для чего систематически тренировался в стрельбе из разных видов ручного оружия.
Приняв задание германских органов на совершение террористических актов в отношении руководителей ВКП(б) и Советского Правительства, в июне 1944 года самолетом был направлен для переброски в советский тыл, но вследствие того, что в полете немецкий самолет был поврежден огнем советских войск, вынужден возвратиться.
Затем, после новой подготовки,[336] будучи снабженным германскими разведорганами пистолетами в количестве 7 штук и большим количеством патронов к ним, в том числе с разрывными и отравленными ядом пулями, минами, специальным бронебойным оружием, так называемым «Панцеркнаке», для стрельбы по автомашинам членов Советского Правительства, радиоприемником и радиопередатчиком, а также большим количеством чистых бланков советских паспортов, партийных билетов членов ВКП(б), штампов и печатей различных советских учреждений, большой сумой денег, орденами и медалями, включая Золотую Звезду Героя Советского Союза, с подложными документами на имя Шило (Таврина), являющегося якобы Героем Советского Союза и заместителем начальника контрразведки «СМЕРШ» 39 армии, в ночь с 4 на 5 сентября 1944 года вместе с радисткой-шпионкой Шиловой (Адамчик) Лидией на специальном самолете был переброшен через линию фронта.
При ночной посадке в Кармановском районе Смоленской области немецкий самолет потерпел аварию и Шило (Таврин), воспользовавшись имевшимся в самолете мотоциклом, вместе с Шиловой (Адамчик) направились в сторону Москвы, но вскоре в пути следования в одном из населенных пунктов были задержаны — Шило (Таврин) в форме майора, а Шилова (Адамчик) в форме лейтенанта Советской Армии. При задержании у них было изъято перечисленное выше оружие, подложные документы, печати, бланки и 428.500 рублей советских денег.
Шилова (Адамчик) признана виновной в том, что она, проживая на оккупированной немецко-фашистскими войсками советской территории в гор. Пскове, изменила Родине и работала в германском разведоргане «Цеппелин» в качестве машинистки, а затем вступила в сожительство с агентом гестапо Щило (Тавриным), по рекомендации которого в августе 1944 года была завербована в качестве агента германской разведки, о чем дала соответствующую подписку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
