— Ливи! Сделай лицо попроще, кресло надёжно спрятано, — проговорил Гарри. Похоже, мой фамильяр очень сильно напереживался и сейчас не в духе.
Прошла на то место, где ещё пару секунд назад находилось моё чудо-кресло. Я уж сначала подумала, что дом его сделал невидимым, но нет, я ни на что не наткнулась. На этом месте ничего не было.
— Как же здорово, — хихикнула я, — спасибо мой чудесный дом. Ну а что насчёт твоей затеи? Как мы проведём инквизитора?
И тут, что-то вдруг загудело, воздух стал плотным и раздался хлопок! Будто кто-то лопнул воздушный шар.
От неожиданности я подпрыгнула и схватилась за сердце.
— Как настоящее! — рассмеялся Гарри. — Ливи! Это просто кресло! В смысле, это не артефакт, а просто копия! Но домик накрыл его иллюзорной магией как у настоящего кресла, чтобы Тёрнер не заметил подмены! Ура!
Я выдохнула:
— Вау! Домик мой, ну ты и затейник! Молодец!
Перед нами стояло кресло – точная копия моего спрятанного.
И тут мне прямо в лоб, неизвестно откуда снова прилетел ещё один клочок бумаги.
— Блин, — произнесла я, отлепляя от себя листик. Принялась читать: — «Это иллюзия. Рассеется завтра утром».
Поглядели мы с фамильяром друг на друга.
— Ох, и влетит же нам потом, — забеспокоился Гарри.
А я хитро улыбнулась и покачала головой, глядя в яркие глаза своего фамильяра.
— Не-а, не влетит. Думаешь, зря я вчера мучилась дикой болью, изучая умные книги?
Я замолчала, выдерживая паузу.
— Ну, Ливи! Не томи! — поторопил Гарри. — Говори уже!
— В своде законов сказано, что если гражданин добровольно сдаст запрещённый артефакт должностному лицу под роспись, то к этому гражданину нет никаких претензий. Самое главное – это факт передачи предмета и акт с подписью должностного лица, что он получил этот артефакт. А что он там с ним потом сделал… потерял, или испортил, или этот артефакт как-то исчез… В общем, это уже не наши проблемы.
— Ты понимаешь, что Джон Тёрнер будет потом очень зол? — прошептал Гарри.
Я кивнула.
— А что, ты предлагаешь отдать ему настоящий артефакт?
— Я такого не говорил, — растянул он челюсть в ехидной улыбке. — Но хотел бы я видеть его лицо в момент, когда он обнаружит исчезновение кресла.
— Думаю, нам лучше не находится в этот момент рядом, — хмыкнула я. — И да, я понимаю, что он будет в гневе. Но мы не станем сознаваться, идёт?
— Ещё чего! Он от меня ни слова не услышит о нём! — воскликнула Гарри и тут же сник. — А если он начнёт тебя шантажировать и пугать тем, что расскажет всем, что ты не та Оливия Чантервиль, а другая…
— Не прокатит у него, — снова улыбнулась я Гарри. — Не зря я захватила для чтения и томик по магии крови. Есть клятва на крови, которая не позволит Тёрнеру раскрыть мою тайну. Будет молчать, как миленький.
— Совсем забыл, ты теперь образованная, — гордо произнёс Гарри. — Утрём всем нос! А как проклятие снять, тоже знаешь?
— Да. Сегодня же его и снимем. А пока, идём завтракать, а то я уже смотрю на тебя и вижу перед собой сочный кусок стейка.
— Ливи! Как не стыдно!
«Обманули дурака на четыре кулака, а еще один кулак — получается дурак!» — пропела про себя дразнилку. — «Ну вот и всё, Джон Тёрнер, сегодня я буду отмщена за вчерашнее мерзкое утро и гадкие штрафы».
* * *
Оливия Чантервиль
В моей руке красовался кусок сочного пирога с яблоками. Я уплетала этот великолепный пирог, не отрывая взгляда от своих записей.
Быстро составила список, что мне необходимо для ритуала по снятию проклятия, потом заявился инквизитор со своим драконом и потребовал с меня объяснений, а ещё, наглая морда, заявил, что конфискует моё кресло. На что я сказала, хорошо, так и быть, забирайте кресло, а то я сама теперь волнуюсь и переживаю, что в следующий раз могу лишиться рассудка. Предварительно скрестила пальчики за спиной. Нечего ему знать, что я так не думаю, и что кресло своё я не отдам. И заодно спросила принёс ли милый инквизитор акт?
Ну конечно, он ничего не принёс!
Обманул бы меня, гад этакий. Но ничего, я теперь тоже не лыком шита. Я законы знаю и не позволю себя надурить всяким должностным мордахам, не зависимо от того, насколько они симпатичные.
И про объяснения заявила ему, что ничего не расскажу, пока не доем.
Вот и сидели мы на кухне всей этой странной компанией. Я написала акт приёма-передачи своего волшебного кресла, оставив место для подписи самого инквизитора в графе «Получил» и «Какие-либо претензии к леди Оливии Чантервиль отсутствуют».
