— Тогда что же ты просто стоишь и лупишь на неё свои некромагические глазки? — поторопил его Гарри. — Помоги ей!
— Я думаю. Не мешай, — отмахнулся от черепа Леон. — Артефакт сильно воздействовал на её мозг и теперь нужно очень бережно и аккуратно помочь Оливии выбраться из кресла. Просто так взять её и поднять с него нельзя. Энергетические каналы артефакта сильно присосались к ней, они могут навредить её сознанию.
— Я тоже вижу, что вокруг её головы светится так же, как светится кресло, — проговорил Гарри. — И что нам делать?
Да, что нам делать?
— К сожалению, я некромаг, а не маг обширного профиля, — вздохнул Леон и посмотрел на тлеющие травы в своих руках. — Тут однозначно нужна помощь кого-то сильного. Например, обратиться к инквизитору…
С ума сошёл?!
— Совсем что ли?! — солидарно со мной возмутился Гарри.
Но Леон не успел ответить.
Вдруг, раздалась трель дверного звонка.
Гарри сверкнул глазами и взвыл:
— Накликал ты на нашу голову инквизитора! Ливи! Ливи! Я чувствую, что это поганец Джон Тёрнер!
— Джон Тёрнер? — переспросил Леон. — Это же прекрасно! Он самый сильный маг в нашем городе. Он поможет Оливии!
Он скорее поможет меня добить!
— Не-е-ет! — заволновался фамильяр. — Он навредит Ливи! Дом! Не пускай этого гада!
Леон посмотрел на меня строгим взглядом и сказал чётко, твёрдо и уверенно:
— Слушай меня внимательно. Я говорю тебе откровенно. Помочь тебе не могу, силёнок не хватает. Твой артефакт присосался к тебе, как паразит. С одной стороны он помог тебе с книгами, с другой, из-за большого количества томов – ему понадобилось больше энергии. А где взять артефакту живую энергию, как не у глупой ведьмы?
Он подошёл ближе и склонился ко мне.
— Я буду рядом и клянусь, что не позволю инквизитору навредить тебе. Пусть поможет, а дальше мы решим с ним все вопросы. Идёт? И да, чем дольше ты сидишь в этом кресле, тем сильнее оно воздействует на твой мозг. И я не стал бы гарантировать, что это воздействие не навредит.
Голова вдруг стала почему-то сильнее болеть.
Чёрт… Я не хочу, чтобы мой мозг превратился в кисель.
Моргнула ему один раз.
— Хорошо. Это правильное решение.
— Ливи? Ты уверена? — волновался Гарри. — Он же самый гадский гад!
Ох, Гарри, я согласна с тобой, но сейчас я хочу, чтобы у меня перестала болеть голова.
— Нет времени рассуждать, — сказал Леон. — Гарри, впусти инквизитора. Твоей Оливии нужна его помощь.
* * *
Оливия Чантервиль
Инквизитор Джон Тёрнер и он же моя головная боль стоял передо мной со сложенными на груди руками и глядел на меня так, словно видел перед собой самое тупое существо во всех известных ему мирах.
— Кресло Гаймена, — процедил он. — Запрещённый артефакт. Где вы его только взяли?
«Где, где… В Караганде! Лучше помоги скорее, а не вопросы задавай!» — прошипела про себя.
— Ну-у-у-у… — протянул Гарри, вытянув челюсть трубочкой и покосился на Леона.
Тот пожал плечами.
— Мы его нашли и починили… — проговорил неуверенно Гарри.
— Нашли, — хмыкнул инквизитор.
— Ага, — растянул в улыбке свою челюсть фамильяр. — И починили.
— Хаос! — выдохнул Джон Тёрнер. — С вами, леди, не соскучишься!
«Конечно, не соскучишься, я всё-таки женщина».
— После того, как я помогу вам, вы мне всё-всё расскажете и только попробуйте мне солгать. Не советую узнавать мой гнев.
Он что, мне угрожает?!
Каков нахал! Я тут, понимаешь, нечеловечески страдаю: к телу не возвращается чувствительность; слюна уже потекла из онемевшего рта; из носа кровь капает; глаза от жжения готовы ослепнуть; а мой мозг и вовсе вот-вот взорвётся! А он тут рассуждает и ставит мне условия!
Гарри будто услышал мои мысли.
— Милорд, мы вам всё расскажем, только помогите Ливи, ей же так больно! Она уже кровью вся истекает! — взмолился Гарри. — Вы только посмотрите, сколько её!
Леон подошёл ко мне и стёр с моего лица пыльным платком слюну и несколько капель крови.
Надеюсь, он этим платочком не натирал своих скелетов…
— Я рассчитываю на ваше здравомыслие, леди, — прошептал мне на ухо инквизитор, а потом скомандовал: — Леон, очень осторожно, убираем с кресла сначала книги.
