Я всегда задавалась вопросом, почему все шло так неправильно в тот день... как два дерева могли случайно пронзить родителей Вейна после того, как они были схвачены. Буреносец никогда не позволил бы ничему подобному произойти с драгоценным грузом Райдена.
Но поворотом запястья моя мать могла послать те зубчатые ветви куда угодно, куда ей захотелось.
- Ты убила Вестонов, не так ли? - шепчу я.
Вейн втягивает воздух.
Моя мать даже не вздрагивает, прежде чем ответить.
- Я предала Райдена так же, как он меня.
Ее слова образуют кашу в моей голове, крутятся и стучат, когда я борюсь с ними, блокируя их - отказываясь их приять. Но правда всегда находит способ укорениться.
Я ищу на лице моей матери признаки вины или сожалений - или даже безумия вызванного ядовитым подарком.
Но она выглядит... пустой.
И ее голос напрочь лишен стыда, когда она добавляет:
- Они бы никак не пережили допроса Райдена. Они были бы точно так же мертвы, но другим путем.
- И только поэтому ты помогла их убить! - кричит Вейн.
- Они не заслуживали моей защиты, - отрезает она. - Они были слабыми... и слабыми по своему выбору. Я заботилась о них. Все, чего я хотела, это забрать мою семью оттуда. И это то, что я попыталась сделать. Но мой муж не оставил бы тебя. Он пожертвовал собой, чтобы спасти ничего не стоящего маленького мальчика. - Она кидается на Вейна.
Я отдергиваю его от нее и толкаю ее назад, царапая ее кожу.
Моя мать смеется, глядя на кровавый след, который я оставила на ее голой руке.
Смеется.
Холодный, пустой звук разрушает последние иллюзии, которые она обернула вокруг себя, показывая мне, кто она на самом деле... или кем стала.
Убийцей.
Должно быть, она увидела эту мысль на моем лице, потому что ее глаза сужаются, и она тянется, развязывая узлы ее косы и позволяя волосам свободно упасть.
- Я предполагаю, что это означает, что мы сделали предположение. И я защищала тебя.
- Защищала меня? Ты ничего не делала, кроме как принижала и игнорировала...
- Не тебя, Одри, ты уже получила больше, чем заслужила - вдохнула дар отца. Но я защищала его.
Вейн заливается лающим смехом, что звучит истерически. Я хватаю его руку, чтобы остановить его, когда он двигается к ней.
- От чего ты защищала его? - спрашиваю я.
- Райден хотел меня убить. Я не могла рисковать терять поддержку Бурь. Кроме того, у Вейна есть то, что хочет Райден. Таким образом, я стерла его воспоминания в том случае, если он видел слишком много, и скрыла его. Позволяя тебе следить за ним, так ты была в моем поле зрения... и я голосовала против тебя, чтобы ты была его защитником, таким образом, тебе было бы сложно доказать, что я неправа. Я ждала его Западного прорыва. И теперь это, наконец, произошло. Я могу, наконец, отомстить Райдену.
- Я никогда не стану тебе помогать! - рычит Вейн и тянется к ветрам.
- О, я думаю, станешь, - говорит она ему. - Я знаю, как до тебя добраться.
Моя мать делает размытое движение, когда зубчатая часть ветряной мельницы двигается ко мне, проносясь в дюйме от моей головы.
Пару секунд занимается осознание факта, что моя мать только что пыталась меня убить. Затем я отталкиваю Вейн с пути и запускаю дробилку.
Толстая труба врезается в нее, сжимая ее в талии так, что ее глаза выпирают. Но моя мать создает шип ветра и наносит удар ветрам, вырываясь на свободу.
Она выпускает шип в Вейна.
Я толкаю его, и шип проносится над нашими головами, когда мы приземляются на песок. Обломки и мусор сыплются вокруг нас.
- Ты в порядке? - спрашиваю я, осматривая его на предмет ран.
- Да. А ты?
Я слышу следующий ветряной шип и откатываю нас с пути. Песок взрывается повсюду.
- Ты так же безнадежно любишь, как он, не так ли? - Она вновь начинает смеяться, создавая очередной шип. Вейн едва успевает подняться. - Возможно, тебе придется почувствовать, на что похожа потеря того, кто интересует тебя больше всего!
Вейн начинает призывать к нам ветры, но я прижимаю руки к его губам, чтобы заставить молчать.
Я не хочу, чтобы он дрался.
Кроме того, это моя битва.
Я вскакиваю на ноги, отправляя другую дробилку в свою мать.
Она уклоняется от воронки с неестественной грацией и скоростью.
- Какой у тебя план, Одри? Ты не можешь равняться мне... даже с даром твоего отца. Я всегда была сильнее. - Она щелкает обеими запястьями, бросая больше развалин ветряной мельницы. Мне едва удается вовремя прятаться. - Ты не можешь остановить меня.
Она права. Ее дар дает ей преимущество в любой битве.
Но она и не права.
Она не знает мой секрет.
Вейн и я связаны. И когда мы соединились, он заполнил мое сознание единственным словом - словом, которого до этого момента я не понимала.
Мир.
Я знаю Западный язык.
Никогда не слышала о связи, позволяющей людям делить языки. Но у нас она есть.
Так я вплетаю самый близкий Западный ветер в мой следующий вихрь и швыряю его в мою мать со всей силой, с которой я могу справиться. Потом еще. И еще.
Один за Вестонов.
Один за отца.
Один за Вейна.
Она падает, закрывая голову, крича от боли, когда бросающиеся ветры рвут ее одежду, ее волосы, ее кожу. Красные реки крови текут по ее лицу и застывают в песке. Тем не менее, я бью ее, развязывая десять лет скрытого гнева. Я срываю кулон отца с ее шеи. Она не имеет право оплакивать его.
Все. Закончиться. Сейчас.
Я смотрю на грязное, кровавое, бессознательное лицо матери, когда я сплетаю эти четыре ветра в шип, точно так же, как Вейн делал прежде. Он чувствуется холодным в моей руке.
Мертвым.
Я возвышаюсь над сердцем своей матери.
Глава 57
Вейн
На секунду я слишком ошеломлен, чтобы двигаться.
Одри говорит на Западном языке?
Затем реальность восстанавливается, и я встаю на ноги.
Она оскорблена и возмущена, и имеет полное право злиться на свою мать. Но я бросаюсь на нее, отбивая ветряной шип.
Я сжимаю ее в объятиях, когда она рвется на свободу.
- Эй, - выдыхаю я. - Это я, ладно? Это я.
Она замедляется, достаточно чтобы просто реально посмотреть на меня, и ее ярость исчезает.
- Это моя девочка.
- Отпусти меня, Вейн... я должна...
- Убить свою мать? Я знаю, что она этого заслуживает, но неужели ты думаешь, что смогла бы вы жить сама по себе? Ты говоришь на Западном языке, Одри. Ты думаешь, ты смогла бы с этим справиться?
- Я - Восточная.
- Но теперь ты - часть меня. Так что лучше тебе быть очень внимательной, потому что ты находишься в нескольких метрах переворота всей твоей жизни. Чего я предпочел бы, чтобы ты не делала. Я, как бы смотрю вперед, чтобы нам быть вместе. Делаю это весь день. С перерывом на ужин. Затем снова выступаю всю ночь. Но если ты хочешь потратить все на нее... если она стоит этого... Я не буду тебе мешать.
