на кухню и, прикрыв дверь, взяла трубку. От одного взгляда на экран её прошиб холодный пот.
— Алло.
— Хошино, ситуация изменилась, — раздался в трубке голос великого князя Пожарского. — Ты ведь помнишь наш договор?
— Помню, — сухо ответила она. В горле мгновенно пересохло от волнения. Женщина стиснула трубку побелевшими пальцами.
— Вайнер сбежал от нас, он в розыске по всей Империи. Но далеко он уйти не мог, мы уже перекрыли дороги. У него один путь — затеряться в городе и притаиться у кого-нибудь. Он может попытаться скрыться у тебя или у других знакомых. Я просто напомню, что Император велел нам казнить любого за содействие преступнику.
— Поняла, — кивнула она.
— Он пытался с тобой связаться, Хошино? — насторожился голос в трубке. — Или может, он у тебя сейчас?
— Он… — она закусила губу и, помедлив, тихо ответила. — Его здесь не было.
— Хорошо. Если объявится, немедленно сообщи.
— Поняла вас, — ответила она коротким гудкам. Сжав дрожащими пальцами альвафон, Аями вздохнула и прислонилась спиной к стене.
На душе было паршиво настолько, что хотелось застрелиться.
— Ненавижу быть загнанной в угол, — сглотнув вставший в горле комок, она улыбнулась. — Но похоже, другого пути нет.
Глава 26
— … нет. Поняла тебя, спасибо.
Доносившийся с кухни голос Аями выдернул меня из зыбкого сна. Я нехотя разлепил веки: солнце, пробивавшееся сквозь штору, едва освещало комнату, ставшую еще более захламленной, чем вчера. Ко всему прочему добавились окровавленные бинты, тряпки, моя рваная одежда и упаковки из-под таблеток.
— Точно, вчера же… — я приподнялся на диване, хватаясь за голову. Укрывшее меня одеяло сползло, — видимо, это Аями вчера укрыла меня, когда я заснул.
Я осмотрел заклеенные пластырями раны. Большинство уже как следует затянулось, напоминая о себе только покалыванием зарастающей плоти. Боль прошла, сменившись зудом. А ещё дико, до безумия хотелось есть.
— Аями, — хрипло позвал я, вставая с дивана, и застонал. Затекшее тело всеми способами выразило недовольство и неудобным диваном, и всеми вчерашними испытаниями.
Женщина не отреагировала.
— Что ж, надеюсь, ты одета, — хмыкнул я и натянул штаны. Прижав к бедру позвякивающие цепи гримуара, вышел из комнаты и направился на кухню.
Аями сидела за обеденным столом, уткнувшись в ноутбук. Рядом — полупустая кружка с кофе, и готов спорить, уже третья или четвертая по счету.
— Проходи, кофе еще горячий, — не отвлекаясь от экрана она кивнула на исходящий паром кофейник. — Дай пять минут, я почти закончила.
Без лишних слов я налил себе кружку кофе и, вытащив из холодильника пару сэндвичей, сел рядом. К Аями было невозможно подкрасться. Даже увлеченная работой, она слышала и чувствовала все, что происходит вокруг.
Не сводя с нее глаз, я жадно принялся за еду, едва не давясь обжигающе горячим кофе. Моментально прикончив первую порцию, уже хотел пойти за второй, как майор с усталым вздохом откинулась назад и потерла красные от недосыпа глаза.
— Наконец-то, — выдохнула она.
— Только не говори, что ты не спала всю ночь.
— Только пол-ночи, — женщина усмехнулась и, взяв свою кружку, повернула ко мне ноутбук. — Я связалась со своими друзьями в десятке разных округов, а они — со своими… подняла сеть информаторов, в общем, перетряхнула всех, кого могла.
— И? — Ты нашла, куда их увезли? — сощурился я, вглядываясь в карту Империи на экране устройства.
— Ага, — она ответила усталой, но довольной улыбкой. — Место называется «Белогорье».
— Это я уже знаю, — потерев лоб, я вздохнул.
— А вот чего ты не знаешь, — Аями посерьёзнела. — «Белогорье» — это передовая, сверхзащищенная лаборатория-крепость. И принадлежит она по личному приказу Императора не кому иному, как главе всех имперских альва-исследований и передовых разработок, профессору Потёмкину.
— О…
Я замер, вскинув брови. Потёмкину?
— Зачем ему моя сестра и Карина?
— Вот сам у него и спросишь, — хмыкнула Аями. — С «Белогорьем» всё сложно, данные серьёзно охраняются, даже где она находится, непонятно. Не говоря уже о том, как туда проникнуть и что за защита у этой лаборатории.
— Ничего страшного, ты учила нас штурмовать защищенные объекты, — напомнил я.
— Но не такие, — майор сдвинула брови. — Из всех моих знакомых там удалось побывать всего паре человек. И оба не смогли обойти даже половины комплекса, но увиденного им хватило.
— Поясни, — нахмурился я.
— Это место не просто лаборатория, — облизнув губы, заговорила она. — Там находятся огромные цеха, производственные площадки и испытательные зоны. Мне говорили о высокотехнологичных роботах и оружии на альва-материи, там всё буквально пропитано альвой.
Я с трудом сдерживал дрожь. Потёмкин был загадочной фигурой, но его труды в альва-энергетике не поддавались ни сомнению, ни разумному описанию. Блестящий ученый, настоящий гений в своей области.
Неудивительно, что именно его Император использовал бы для извлечения осколка ядра из Есени. А что касается Карины… за неё мне было даже более тревожно, чем за сестру.
— Понятно. Так где она находится? На Урале? В Сибири? куда лететь?
— А вот это самое сложное, — Аями нервно усмехнулась. — Оба информатора находились там в разных частях Империи. Как будто она — не одно целое.
— Разные филиалы?
— Или же… — она коснулась пальцем губ. — «Белогорье» перемещается.
Я покачал головой.
— Такая махина не может перемещаться. Её бы сразу заметили со спутников. Да и это какой-то бред…
— И тем не менее, — Аями нажала на несколько кнопок — и на экране с картой Империи загорелись несколько точек. — Вот здесь её видели мои люди. В нескольких местах.
Я присмотрелся: все точки укладывались в одну линию, от оконечности Чукотки и почти до Уральских гор.
— Линия проходит над всеми красными зонами Империи. Это не совпадение, — я посмотрел на майора. Она кивнула.
— Последний раз её видели вот здесь, — она подсветила точку над западной Сибирью и перевела палец на широкую, ярко очерченную красную зону западнее. — Думаю, ты знаешь, куда она движется.
Я кивнул. Уральская Красная зона. То же место, где проходило испытание Императора.
— Теперь понятно, — допив кофе, я поднялся и поспешил в комнату с вещами.
— Погоди! — Аями бросилась за мной. — Слава,
