а он о какой-то скрипке печется. К тому же, со скрипкой им точно не выплыть, у Лю одна рука травмирована…
Надо, надо срочно что-то придумать. Лена попыталась схватиться за проплывающие мимо островки, но они на поверку оказывались ненадежными, разлетались при малейшем движении, что исключало их использование в качестве подручного плавсредства. Наконец среди проносящегося мимо мусора она увидела более-менее солидное бревно. В другое время она бы удивилась, откуда на болоте, где росли исключительно корявые карлики, взялся этот великан, но сейчас думать и удивляться было некогда. Лена ухватилась за бревно, оно лишь слегка качнулось, но осталось на плаву. Лю увидел это, быстро подплыл, держа футляр со скрипкой над головой, сначала пристроил футляр в развилку среди ветвей, а потом уже закрепился сам.
Теперь осталось только ждать, или их затянет в воронку или каким-то чудом им удастся спастись. Первый вариант, при всей его непривлекательности, представлялся намного более вероятным.
– … ни Бог, ни дьявол не помогут ему спасти свои суда… – прохрипела Лена, – Когда воротимся мы в Портленд, клянусь, я сам взбегу на плаху, но только в Портленд воротиться нам не придется никогда…
Бревно плавно спускалось вниз, правда, намного медленнее, чем плавучие островки. Потихоньку вращение практически прекратилось, течение стало замедляться, вместо водоворота они плыли по только что появившемуся на поверхности земли новому озеру. И у этого озера, как у любого озера, были берега.
– Гребем к берегу, – скомандовала Лена, и они энергично заработали руками, толкая перед собой бревно.
Через несколько очень долгих минут бревно ткнулось концом в илистый берег, Лена попыталась встать, но дна под ногами не было. Ах, да, ведь озеро появилось в результате каких-то геологических потрясений, поэтому берега у него крутые. Чтобы выбраться пришлось еще некоторое время побарахтаться в грязи. Наконец, мокрые, грязные, замерзающие, но пока еще живые, они выбрались из коварной воронки и отползли подальше от берега, на всякий случай, вдруг катаклизм повторится.
– Выбрались, – сказала Лена.
– Да, – спокойно ответил Лю, – я не думал, что у нас это получится.
– Ты… – она удивленно посмотрела на него, – так ты что, все это время притворялся глухим? Зачем?
Он мотнул головой:
– Нет, не притворялся. Врачи говорили, что шансы на возвращение слуха есть. Мне не говорили, чтобы не обнадеживать. Я сам прочел в истории болезни. Они писали, что слух может вернуться в результате сильного потрясения.
Он хохотнул:
– Я тогда даже подумывал с парашютом прыгнуть. Чтобы потрясение получить. Родителям не говорил, а сам все время думал об этом…
– Видишь, обстоятельства сложились в твою пользу, даже с парашютом прыгать не пришлось, всего лишь пережить малый конец света, – пошутила Лена.
Лю улыбнулся и открыл футляр. Она лежала там, прекрасная как мечта. Лена подползла поближе и с любопытством уставилась на скрипку.
– Как думаешь, она не пострадала?
– Для нее сделан специальный футляр, водонепроницаемый, – пояснил Лю.
– Сыграешь? – спросила Лена.
Лю нахмурился:
– Боюсь, что теперь я больше никогда не смогу играть.
– Почему? – удивилась Лена, – Ведь слух к тебе вернулся.
Скрипач поднял левую руку.
– Видишь, пальцы повреждены, может быть, даже сломаны. Даже если все хорошо срастется, полностью восстановить технику будет практически невозможно.
– Ты чуть не погиб, спасая скрипку… – сказала Лена, – Неужели это все напрасно?
Лю закрыл глаза и ничего не ответил.
Лена прислонилась к стволу разлапистой ели и тоже закрыла глаза. Есть о чем подумать. Например, какова ночная температура воздуха в Подмосковном лесу в начале ноября. И как долго при этой температуре может продержаться человек, чья одежда насквозь промокла. Еще представляла определенный интерес вероятность найти огонь и еду. Да, объятия родины оказались прохладными. У нее начала болеть голова, бросило в жар, заломило суставы, похоже, поднималась температура. В висках зазвенело, по мере того, как она погружалась в забытье, звон складывался в знакомую мелодию: «Когда воротимся мы в Портленд, нас примет Родина в объятья… Да только в Портленд воротиться не дай нам, Боже, никогда…».
Глава XXXV. Интерлюдия. Москва, национальный центр управления в кризисных ситуациях
Сигнал о том, что в районе сто третьего километра к северу от Москвы произошел мощный провал почвы и выход на поверхность грунтовых вод, поступил на центральный пункт управления в 21.00 по Московскому времени. На место аварии немедленно вылетело несколько вертолетов МЧС. Как удалось выяснить, в районе бедствия могли оказаться люди, съемочная группа, застрявшая в этом захолустье из-за поломки автобуса.
По каким-то причинам американцы вдруг ни с того ни с сего решили уйти в лес. Почему не знакомые с реалиями российской глубинки иностранные граждане на ночь глядя направились в лес объяснить никто не смог. Добиться от местных жителей вразумительного ответа, в какую сторону подались американцы, сколько их было, оказалось практически невозможно.
В итоге пришлось максимально расширить район поисков, подключив местную полицию и воинскую часть. Через два часа в старом колодце на окраине деревни был обнаружен труп молодого человека. Труп обнаружили случайно, прочесывающим окрестности солдатам захотелось пить. Они открыли колодец, опустили туда ведро, а вытащить его не смогли, ведро за что-то зацепилось. Один из бойцов заглянул в колодец и посветил туда фонариком. От ужаса чуть сам не свалился, хорошо, товарищи подстраховали. Труп вытащили из колодца и предъявили местным жителям. Они безоговорочно опознали в трупе одного из пропавших американцев.
Практически в то же самое время поступила информация о том, что в городскую больницу доставлена девушка с сильно обожженным лицом, девушка в бессознательном состоянии, но найденные при ней документы указывают, что она не местная и, скорее всего, она тоже американка.
Начальник районного отделения полиции схватился за голову. В городском морге уже находился один труп иностранной гражданки, в камере предварительного заключения томился предполагаемый убийца, также гражданин США. В его районе за последние несколько лет все внезапные смерти приключались исключительно от употребления некачественного алкоголя, а убийства совершались, как правило, на бытовой почве и в состоянии алкогольного опьянения. Местным криминалистам практически ничего не приходилось «расследовать». В десяти случаях из десяти убийца спал неподалеку от места своего преступления, иногда даже сжимая в руке окровавленное орудие. Любые другие, отличные от вышеописанных, случаи привели бы местных специалистов в состояние ступора.
Первое, что было совершенно непонятно, все ли американцы найдены (пусть даже часть из них в виде трупов). Пришлось оперативно слать запросы в Москву, ответ поступил довольно быстро, в съемочной группе, если верить спискам, было девять человек. За вычетом двух покойников, одного арестанта и одной девушки в коме, в лесу пропало
