Нодрин Тельс вернулся. И теперь стоял посреди комнаты.
Кэллиэн так и не понял, что заставило его сорваться с места, бросив в зеркало блокирующий импульс. Может, странная неподвижность, нехарактерная для всегда деятельного целителя. Может, легкая дрожь, различимая даже через зеркало. Может, просто подсказка интуиции или тревога, вызванная недосыпом.
Но он полетел по коридорам, не считая даже нужным маскировать свою природную, вампирскую скорость, проклиная обилие поворотов и длинный коридор, ведущий из одного крыла в другое.
Хватило наличия этой смутной, неясной тревоги.
Он ворвался в комнату князя, увидел в руках целителя длинную иглу для инъекций – и отреагировал автоматически.
Тонкие, неожиданно жесткие и сильные пальцы молниеносно сомкнулись на запястье. Хватка была такой, что Тельс всхлипнул от боли – и как-то странно обмяк.
Без всякого сопротивления со стороны целителя Кэллиэн осторожно, но быстро выхватил иглу, стараясь не уколоться. Бросил взгляд на стоявший на столике открытый пузырек – явно не ампула с медикаментом.
– Не подскажете, что это? – убийственно опасным тоном поинтересовался он.
Но реакция Тельса оказалась не такой, как он ожидал. Не было страха, ужаса, попыток уйти от ответа. В глазах отчетливо отразилось облегчение, словно он в самой глубине души хотел, чтобы его остановили.
– Лекарство, – тихо произнес он… а из глаз плеснула болезненная неуверенность. – Я думал испытать его без вас… точнее, был должен. Точнее, считал, что должен… лекарство? Но почему втайне…
Это тихое, полубессвязное бормотание тем более было не в духе Тельса.
Происходящее ледяным пером прошлось вдоль хребта.
– Какое лекарство? – уточнил Кэллиэн, на всякий случай заготовив парализующее плетение, пожалуй, наиболее безобидное из его арсенала. От забрезжившей догадки волосы на затылке зашевелились, но пока он не рисковал отвлечься на анализатор.
– В том-то и проблема, лорд Дэтре, – трясущиеся губы целителя растянулись в странной, почти вопросительной улыбке. – Не хотел говорить вам о нем, пока не опробую… – нахмурился… снова улыбнулся… на лбу выступил холодный пот…
А в глазах – все то же пугающее облегчение.
– Где вы это взяли? – спросил маг, крепче сжав безвольное запястье.
Человек даже не пискнул. Полувампир даже не заметил, что касается его без перчаток. Обоим было не до того.
– Я… не помню… – Тельс потер лоб свободной рукой, нахмурился. – Увидел его на столике, и тут же преисполнился уверенности, что это – лекарство для князя… и что я должен его вколоть, пока тут никого не будет. Странной уверенности… непоколебимой… и вроде не совсем непоколебимой?..
Ноздри мага затрепетали. У вампиров острый нюх… при необходимости.
Запах был ему знаком.
Это-то и плохо – люди его не чувствовали.
...Значит, отравитель, скорее всего, не человек… что опять возвращает нас к эльфу.
– Это очень опасный и коварный яд, мессир Тельс, – прищурившись, сообщил Кэллиэн.
Тот содрогнулся, подняв на него несчастный взгляд.
– Но я бы никогда… никогда не спутал яд…
...Это лекарство!
– Это лекарство! – неубедительно возмутился он.
– Понюхайте сами, – предложил маг и осекся, вспомнив, что для человека оно не имеет запаха. Невозмутимо поправился: – А хотите – можете лизнуть… хотя я бы лично не советовал. Он парализует мозг, вызывает тихую, незаметную и долгую агонию… а потом убивает.
Целитель закрыл лицо рукой и беспомощно заплакал – так, словно самые страшные, потаенные страхи подтвердились, которые гнала прочь уверенность (не наигранная, а, видимо, навязанная) в том, что это лекарство.
– Я не понимаю, – кое-как выдавил он между судорожными всхлипами. – Не понимаю, как такое могло произойти…
Кэллиэн был зол, растерян и испуган, но видел, что целитель не врет. Чувствовал нутром.
Отдохнуть от магии ему явно не судьба.
Анализатор.
Всегда раньше остававшийся серым, он вспыхнул хорошо и печально знакомым бледно-оранжевым цветом.
Тааак…
Неизвестный снова активировался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И теперь Тельс?.. То есть кто угодно мог…
– Рассказывайте все с самого начала, – потребовал Кэллиэн, однако, не торопясь разжимать руку.
– Не могу, – содрогнулся Тельс. – Что-то… мешает. Как сверло в мозгу, до боли, лорд Дэтре… и воспоминания размытые. Мне что-то подсказывало, что это лекарство, да нет, я был уверен, абсолютно уверен, что оно поможет князю, что надо его испробовать… Но при этом мне казалось, что что-то не так. Вроде бы логично было бы сперва поговорить с вами. Но меня что-то толкало, я… пытался его дать. Я даже обрадовался вызову в город. Пока я занимался больными там, вернулись сомнения. И упрочились…
Догадка оказалась верна.
Все сошлось – тот же едва уловимый след, та же неуверенность, только ярче выраженная, те же сомнения, вызванные борьбой здравомыслия за свои позиции… Те же симптомы, что и у князя в свое время.
Он был прав. Это все-таки магия.
Внушения, принуждения, обольщения?
Ни одна из них, но вместе с тем…
– На вас следы чужеродной и враждебной магии, – выбирая слова, заговорил маг. – Вас застигли при попытке отравления князя. Советую вам подчиниться мне безоговорочно… и тогда можете быть уверены, что никто, кроме нас двоих, ни о чем не узнает. Иначе… не мне вам рассказывать, что ваша карьера окончится самым бесславным образом.
Оставалось молиться, чтобы Тельс согласился на этот расклад. Кэллиэн отстраненно подумал о том, что ему повезло – впервые ему в руки попал свежий образец этой магии, на котором можно исследовать ее свойства, не скрываясь.
– Я согласен на любые ваши манипуляции, лорд Дэтре, – убито выдохнул целитель.
Поразмыслив, Кэллиэн рискнул разжать руки. Целителя трясло, как в лихорадке, он кое-как осел на пол.
– Вы уверены, что вас никто не заколдовывал? – для проформы спросил маг.
Тельс кивнул.
– Магию принуждения сложно с чем-то спутать. Нет, уверенность словно пришла изнутри…
Угу, Кэллиэн тоже так считал – только вот все указывает на обратное!
– Едва подумаю, что я мог, своими руками… но это точно яд? Точно не лекарство? – Тельс уставился на руки, которые мелко тряслись. Затем обхватил ими голову и застонал, словно раздираемый изнутри сомнениями.
Коротко, зло выдохнув, маг осторожно закупорил пузырек без подписи, из тусклого зеленого стекла, предварительно бросив внутрь иглу.
– Я не должен был вам говорить… не должен был… – еще громче взвыл Тельс. – Но я не знал, клянусь…
– Где вы обнаружили пузырек?
– На столе, в целительской…
Целителя заколотила страшная, сильнейшая дрожь, руки скрутило жестокой судорогой, дыхание перехватило, затем и глаза закатились…
Проявив обычно несвойственное ему милосердие, подкрепившееся страхом потерять ценного свидетеля, воспротивившегося этой странной магии, Кэллиэн оборвал допрос, резко ударив человека по затылку, и осторожно «уложил» его на пол.
А что? Он же согласился на любые манипуляции... К тому же – помогло. Значит, не припадок, а последствия магического воздействия...
Нервно растирая заледеневшие руки, Кэллиэн помянул Вечность и, от расстройства, Безымянного.
Нет, он рано расслабился. Ждать неизвестный не стал – а может, побоялся, что такими темпами князь и вправду поправится… Кто знал об улучшении?
Да все знали!
Но покушение произошло сразу после визита Анджелис…
Поразмыслив, эту версию Кэллиэн отмел. Не так давно здесь бывали и князь Ратри, и эльф, и заместитель Тельса, и санитарки… О состоянии князя каждый день докладывали королеве, услышать мог кто угодно. Да и яд… специфический. Тут нужно или многое знать о ядах, или воспользоваться помощью тех же оборотней… А Анджи, в отличие от Инерис, такому никто не учил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Пока было ясно одно – ослаблять охрану нельзя ни в коем случае. Проще будет самому переселиться сюда…
Кэллиэн замер, осмысливая дурацкую, но невероятно соблазнительную идею.
