Читаем без скачивания Тыквенное семечко - Инесса Шипилова

Раздались аплодисменты, но королева подняла руку, и они тут же смолкли.

— В этом году праздник будет необычный. И дары вручаться будут необычно. В силу вступают новые, а точнее, старые правила, такие же, как были при Хидерике I. Сейчас король вам все скажет, — она легко наклонила голову и села на трон.

— Начну с того, что в этом году произошла великая радость — мы с королевой нашли своих детей… — он остановил гул, который поднялся, взмахом руки. — Я прошу подойти сюда моих сыновей — Регора и Грелля.

Грелль и Регор с разных сторон вышли на поляну и встали рядом с Хидериком, который тут же обнял их за плечи.

— Это мои сыновья, и я хочу передать им свою власть. Регор сказал, что пока не готов и что ему нужно время. У тебя будет время, сынок. Грелль согласился, поэтому считаю своим долгом сообщить, что, начиная с сегодняшнего вечера, у вас новый король — Грелль!

— Ну, дела! — Зак пихнул Гомзу в бок так сильно, что тот чуть не свалился с ветки. — Старик, да ты, оказывается, дружишь с Их Величеством!

Гомза лишь отмахнулся от него и весь превратился в слух, боясь пропустить хоть слово.

— Сейчас будет коронация, а после нее новый король будет вручать дары.

Гомза нашел глазами Роффи, которая стояла, прислонившись к стволу дерева, такая бледная, что казалось вот-вот свалится в обморок. Было похоже на то, что она ничего не знала.

На поляну вышли королевские придворные, оркестр заиграл гимн ливнасов. Грелль склонил одно колено перед Хидериком и тот, произнеся торжественную речь, увенчал его лоб короной с фиолетовыми камнями. В этот момент часы тутовника торжественно пробили двенадцать раз. Но бой часов был необычным — он прозвенел по всему лесу — все часы пробили одновременно! В воздухе засвистел праздничный фейерверк, и небо окрасилось разноцветными огнями. Ближе всех к сцене стояли кентавры Ксавий и Рифетос и громко хлопали. Грелль был первым монархом, облаченным в их мантию, поэтому не трудно представить, что они чувствовали.

— Я прошу выйти сюда мою супругу Роффи. Она поможет мне вручать дары, — сказал Грелль, и толпа расступилась, пропуская девушку, которая, поправляя складки платья, быстро пошла на поляну.

— С этого года дары получают все. Меч ливнасов Ингедиаль получают юноши, достигшие четырнадцати лет. Если кто-то из них недостоин дара, он утратит его. Волшебные дары королевы получают ВСЕ девушки, достигшие семнадцати лет. Если кто-то из них недостоин дара, то потеряет его. А теперь прошу зачитать список юношей!

На сцене зачитали список древесников и холмовиков, и Гомза стал пробираться на поляну. Грелль вручил сверкающие мечи, дольше всех задержавшись около Гомзы.

— Держи, дружище! — совсем не по-королевски сказал он ему, и Гомза увидел в своих руках настоящее собственное оружие. Но самым удивительным было то, что ручка меча была белее снега.

Гомза так расчувствовался, что завернул такую благодарственную речь, что ливнасы чуть ладоши не отбили, хлопая ему.

— Ну что тут скажешь? Вот что значит с королем якшаться, он тебе и меч с белой ручкой подкинет по блату, — протянул Зак, разглядывая меч друга.

— Ну ты и дубина, Зак, так ничего и не понял! — Тюса покрутила пальцем у виска и скорчила ему рожу. — Тебя просто завидки берут!

Тем временем на поляну вышли девушки. Хита, услышав свое имя со сцены, была так поражена, что не смогла ступить и шагу. Листопад взял ее под руку и повел, чуть ли не силком.

— Мамочки мои… — только и слышалось за его спиной бормотание.

Когда Роффи вручила ей шкатулку, Хита нашла в ней золотые ножницы, дарующие ей талант в парикмахерском искусстве.

После вручения даров Эмирамиль сообщила, что они переезжают жить в большую сосну. Белый замок будет разрушен, а на его месте они посеют семена мильвериса.

— Отныне мы с Их Величеством будем выращивать в королевстве мильверис. Мы вам обещаем, что совсем скоро недостатка в нем не будет, — сказала Эмирамиль со сцены.

Проводив королевскую чету, все бросились водить хоровод. Парни закружились по часовой стрелке, а девушки, в другом хороводе — против. Со стороны это выглядело очень красиво.

Астор нашел в толпе ребят и крепко обнял сына.

— Ну что сказать по поводу твоей речи, сынок? Я думаю, что ее напишут на скрижалях и будут показывать юным претендентам на Ингедиаль в качестве образца ораторского блеска, — возбужденно сказал он и принялся трясти руку Гомзе.

Римми старался быть в самой гуще веселья, так как стоило ему только бросить свой взор в дальние уголки леса, где переплетались густые кроны деревьев, как страх с удвоенной силой разгорался в его душе. Он решил усмирить беспощадного демона, безжалостно раздирающего его на части, лавиной искрометных танцев и старался не пропустить ни одного, увлекая Чимми на танцплощадку снова и снова. Они кружились в танце так быстро, что трудно было разобрать кто из них где. Когда они протанцевали двенадцать танцев кряду, Чимми чувствовала себя так, как будто едва живая выбралась из драки. Они решили немножко передохнуть и пошли к торговым палаткам.

В самый разгар веселья на поляну неожиданно выскочила Моргана. В длинном черном платье, с пышными складками, она была похожа на смазанную кляксу и просто тряслась от злости.

— Веселитесь? Радуетесь? И никому из вас не пришло в голову, что лучше не соединять то, что всевышним разделено! — яростно закричала она, погрозив толстым кулаком. — Безмозглые тупицы! Я сейчас вам такой праздник устрою, что вы на всю жизнь его запомните!

С этими словами она повернула голову к огромной полной луне и стала развязывать крошечный узелок, бормоча что-то себе под нос.

В этот момент раздался жуткий вой и на поляну выскочил оборотень, скаля свой страшный лик.

Чимми, крепче сжала бокал в своей руке и повернула голову к мужу.

— Мне все это только кажется! — бодро сказала она, зажмурившись, и залпом выпила эль до дна.

Оборотень громко зарычал и проглотил Моргану в мгновение ока. Потом он стал сжиматься, и вскоре на его месте оказался мальчик в костюме пушистого зайчика.

— Вот видишь, показалось! — Чимми икнула и обняла мужа, который стоял как каменное изваяние.

— Тамус, мальчик мой! — Адмиральша бросилась к сыну и крепко его обняла.

К ним подошел Зеленыч и кашлянул в кулак.

— Похоже, что больше полная луна на него не повлияет, это и пиявке понятно. Эта вещичка случайно не ваша? — он протянул ей золотой медальон с приземистой грушей.

— Моя… но как…

— Я думаю, вам следует купить сыну большую хлопушку, вы ведь ему обещали, не так ли? — Зеленыч подмигнул Тамусу и растворился в толпе.

*** *** ***

Регор шел по петляющей тропинке, залитой лунным светом, и насвистывал мелодию охотничьей песни. Он свернул с центральной тропы, где было слишком многолюдно, чтобы хоть немного побыть наедине с самим собой. Повсюду белели рваные клочья снега, который в свете луны приобрел мистический голубовато-сиреневый цвет.

Регор задрал голову вверх и посмотрел на яркие пульсирующие звезды. Он вспомнил, как на днях они с Греллем были в гостях у Астора.

— Вы раньше что-нибудь слышали о своем имени? — неожиданно спросил хозяин у Регора.

Регор, наблюдавший в это время за вертящимися фигурками в часах, лишь пожал плечами.

— Так называется звезда из созвездия Парусов, пойдемте, я вам ее покажу.

Они поднялись на верхний ярус дуба, и Регор увидел в телескоп яркую лучистую звезду.

Он отодвинул колючую еловую ветку и попытался снова найти ее на огромном ночном небе.

— Вот она, — радостно прошептал Регор, увидев свою звезду недалеко от полной луны.

Он так долго отождествлял себя с темнотой, что увидев яркий пульсирующий свет, носящий его имя, почувствовал такую огромную радость, какую не испытывал еще никогда.

— Привет, тезка! — сказал он вслух и подмигнул звезде.

Сзади него хрустнула ветка, и он резко повернулся.

На тропинке, переливаясь серебристым светом, стояла крылатая лань. Она подошла к нему и ткнулась мордой в руку.

— Ба! Никак Аврис собственной персоной, — совсем не удивился Регор.

Он снял небольшую бутылочку, висящую на ее рожках, и залпом ее осушил.

— Тясяча моркусов! Что это такое было? — воскликнул он, вытирая рот рукой.

Регор сел на лань и обхватил ее за шею.

— Отвези меня домой, Аврис, слышал, ДОМОЙ!

Аврис взмыл вверх и, сделав круг над праздничной поляной, полетел к долине холмовиков.

Заметив на фоне огромной луны силуэт крылатой лани с наездником, Чимми округлила глаза и резко дернула мужа за рукав.

— Ты видел?!! Только что пролетела лошадь с моркусом на спине!!!

Римми выпил залпом бокал и обнял жену за плечи.

— Ты слишком много выпила, дорогая, — сказал он ей и икнул.