Эрмах может и до утра провозиться с чужими воспоминаниями, а я сейчас слишком раздражена, могу наделать глупостей.
Но что-то во мне противилось этому… гордость? Нежелание ещё большей зависимости от Дариона? Или страх перед яркостью и теплом его чувств?
Сжав переносицу, я попыталась понять себя, но ничего не получалась.
И, раз время есть, следовало бы проверить Энтарию, но… на это моральных сил не осталось.
А можно просто вернуться в башню, напиться снотворного и проспать до утра. Обнимая мои мохнатые сокровища… или Дариона?
Вздохнув, я направилась к комнате телепортации. В холле подошла к стойке, за которой, наконец, дежурил дракон, и он от меня не шарахался, значит, хорошо присмотрит за зданием.
– Руку, – велела я.
Он протянул морщинистую ладонь, подтягивая рукав, чтобы обнажить запястье. Кожа была горячей, пальцами я ощутила биение его сердца, но ничего интересного не испытала. Этот дракон меня никак не волновал, хотя даже в свои почтенные года был достаточно симпатичным и, насколько знаю, до сих пор пользовался вниманием женщин.
На его запястье серебром расцвёл герб Сиринов: губы над опущенными вниз скрещёнными мечами.
– Вызывай при любых проблемах, – велела я, надеясь, что до утра метка продержится.
– Будет исполнено.
Всё, можно уходить, чтобы никого больше не нервировать и не отвлекать: это удар по ним тоже, а они не маленькие, и без моего присмотра сделают всё возможное, чтобы найти преступников и защитить честь ИСБ от полоскания по трактирам и площадям.
По пути к телепортационному залу мне даже почти не мерещились Неспящие, словно страхи испугались моего кровожадного настроения. Оставалась другая проблема… Элор. Но он, наверное, до сих пор в храме, так что беспокоиться не о чем.
С такими мыслями я шагнула в полумрак телепортационного зала и перенесла себя на площадку в парке дворца.
Вокруг сияли светильники. Одуряюще пахло цветами, и ветер ласково касался кожи.
Я смотрела на величественный дворец, на сверкающие окна… и думала, куда же мне идти: в башню Элора спать или к Дариону за утешением. Пылающее во мне пламя тянуло в обе стороны, Жаждущий крови – назад, искать жертву.
А я сама не знала, чего хочу. Может, просто покричать. Или что-нибудь разнести. Или забиться в угол моей гардеробной в обнимку с меховым Покрывалом.
И лучше бы я сразу пошла к нему, а не стояла на телепортационной площадке на виду у всех!
Захлопали крылья: от ближайшей беседки ко мне летели Вейра и Диора. Драгоценные камни вспыхивали яркими звёздами на шеях, ушах, пальцах, шелестели тяжёлые парчовые платья с отделками из многослойных кружев.
– Халэнн! Халэнн! – закричали они, едва я развернулась, чтобы уйти подальше – в сторону дома Дариона, если быть точной.
Вздохнула, но остановилась, а через миг они приземлились по обе стороны, обхватили меня своими сильными драконьими руками, окутали горячими крыльями. И я даже сделать ничего не могла: в их объятиях было так тепло, это так напоминало времена, когда меня обнимали, окутывали своими крыльями – семью, что даже брачная магия не могла пробудить во мне достаточно злости, чтобы их оттолкнуть.
– Халэнн, ты нам нужен! – заявила Вейра.
– Да, и очень сильно. Без тебя мы не справимся! – покивала Диора. – Рыжего надо наказать!
Зачем я сюда вернулась?
Глава 42
– Что случилось? – Я с удивлением отметила, что их прикосновения не вызывают такого яркого чувственного эффекта, как даже давление одежды. – Что за наказание? За что? И при чём тут я? И почему сейчас? Элор-ранарр же в столичном храме, я туда не полечу и…
– В храме сейчас император, – возразила Диора, склоняя мне на плечо свою рыжую голову. – А Элор домой вернулся. Он третью любовницу без нашего одобрения и разрешения завёл, так нечестно!
Ага, и они решили меня заодно наказать? Она же мой вассал.
Вейра потянула меня к тропинке в окантовке светильников:
– И мы тоже будем делать кое-что без его одобрения и разрешения.
Я упёрлась ногами в землю, мысли были самые пошло-нехорошие. Вейра подмигнула Диоре, они ухватили меня крепче, взмахнули крыльями и потащили к башне. Летать парно они не умели, нас мотало из стороны в сторону, мелькали светильники, живые изгороди, небо. И ведь не ударишь их даже, и гвардейцев на помощь не позовёшь. И они меня к Элору тащили!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Прекратите, – попыталась вывернуться, они вцепились крепче, и мы свалились на дорожку, меня накрыло парчой, смесью рыжих и чёрных волос.
Держали драконессы крепко, не выпуская из цепких объятий. Странно, что Жаждущий крови не влез с живодёрскими предложениями.
– По очереди, – произнесла Вейра, захлопали крылья, и она подняла меня над землёй, потащила дальше. – Не брыкайся, мы знаем, что ты нас не ударишь. Ну и тебе наше наказание тоже понравиться должно.
Распахнув крылья, я вырвалась из её рук, но за ноги меня обхватила Диора, Вейра вцепилась в моё крыло и полетела дальше, увлекая меня следом. Вот ведь упорные! Пользуются своей неприкосновенностью!
На дорожку перед крыльцом башни мы тоже свалились, я попробовала отползти, но меня снова придавили два тяжёлых, горячих тела, весело звенящие украшениями.
– Раздеваться не буду, – прорычала в каменные плиты. – Ни при каких обстоятельствах.
Звонкий смех Диоры разлетелся по озарённому светильниками парку, а Вейра похлопала меня по плечу:
– Не бойся, мы не это удовольствие имели в виду.
– Сразу понятно сказать нельзя? – рыкнула я, поднимаясь на четвереньки.
Они так и висели на мне: тёплые, мягкие и совершенно неотцепляемые никаким безвредным для них способом.
– Нельзя, – уверила Диора.
– Было бы не так весело, – поддержала её Вейра и первая поднялась, протянула мне руку, из другой, правда, не выпуская моего крыла.
Если свалить её ударом и отбросить Диору, можно сбежать, но… мне с ними ещё жить. И любопытно, что за месть. Если бы Элор ещё оставался подальше, было бы прекрасно, но я ощущала, что он там, наверху подпиравшей темнеющее небо башни.
Хотелось к нему.
– Что вы задумали? – строже повторила я.
Близость Элора нервировала, обостряла чувства. Хотелось бежать к нему. И от него.
– Скоро сам всё увидишь. – Вейра подхватила меня под руку и потащила за собой. – Не волнуйся, все последствия мы берём на себя.
– Тебе понравится, – совершенно искренне пообещала Диора. – Правда. Поверь нам, мы же тебе никогда ничего плохого не делали.
Они просто не понимали и не чувствовали, что здесь, вблизи самца, во мне снова пробуждались хищные инстинкты. Сложили крылья, смотрели на меня решительно.
– Всё решим на первом этаже, – предупредила, зная: Вейру с Диорой иногда лучше сразу выслушать, чем сопротивляться. У них много времени и возможностей, а ещё им скучно, и это страшная смесь, пусть выскажутся, а там посмотрим.
В башне было тихо, сумрачно, и Элором не пахло. То ли он давно зашёл, то ли влетел в окно своей спальни, чтобы не сталкиваться со своими красавицами. Крепко держа меня под руки, они пересекли выложенный каменными плитами первый этаж. Возле дверей у самого основания лестницы развернулись, чтобы не выпускать меня из объятий при проходе через слишком узкий для троих проём в пурпурную гостиную.
Так же крепко держа, они довели меня до дивана и сели, увлекая за собой. Я еле сдержала рык, но сложила крылья и устроилась между их хрустящими подолами.
Щелчком пальцев Диора разожгла магические сферы и даже камин. Вейра вытащила из складок парчового платья… книгу.
– С сегодняшнего дня, – торжественно произнесла она, – у нас в башне будут проходить чтения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– И так как у тебя самый прекрасный голос из всех обитателей, – Диора крепче обняла меня за плечи и сбилась с торжественного тона на весёло-обиженный. – У серебряных драконов такой прекрасный голос, вы умеете чуть ли не оживлять им то, что читаете вслух. И такой талант пропадает из-за глупых запретов Элора!
