class="p1">— Засыпай, — призвал он.
— Хорошо.
— Спокойной ночи, детка.
— Спокойной ночи, Чейз.
Его рука прекратила поглаживания, снова сжав меня, затем ласки возобновились.
Под его движения мой разум успокоился, и я закрыла глаза.
Затем я сделала то, о чем настаивал Чейз. Прижавшись к нему, я заснула.
Глава 12
Семья
Внимание Чейза привлекла Фэй, ерзающая на соседнем сидении его грузовика, поэтому он потянулся к ней и коснулся ее руки. Переплетя их пальцы, он прижал их руки к своему бедру.
Они ехали в дом ее родителей, и Фэй волновалась. Она призналась в этом, когда Чейз мягко надавил, но она беспокоилась не о том, что они подумают о нем. А о том, что он подумает о них.
— Они немного хм… чокнутые, — сказала Фэй.
— Есть хорошие чокнутые и плохие чокнутые. Полагаю, они из хороших, — заметил он.
Она бросила на него милый, но подозрительный взгляд и продолжила:
— И шумные.
Чейз промолчал.
— И упрямые, — добавила она.
Чейз лишь ухмыльнулся.
— И суют нос не в свои дела.
Чейз сжал ее руку, и его улыбка стала шире.
— Я, своего рода, белая ворона. То есть, они все читают, но никто из них не стеснительный, гм… ни капельки, — продолжила она.
— Ты их любишь? — спросил Чейз. Получив от нее кивок, он тихо закончил, сжав ее руку: — Значит, я тоже.
Это помогло ей успокоиться и вызвало у нее улыбку.
Но около минуты назад его уверенность испарилась.
Как только они доберутся туда, она успокоится и будет в порядке.
Что касается Чейза, то он не волновался. Получив приглашение на ужин от Сайласа Гуднайта после его визита, и причины, по которой он его нанес, Чейз решил, что сделал что-то, что Сайлас одобрил.
Что касается других Гуднайтов, то главным Чейз считал, что он нравится Фэй. Если они хорошие люди и любят Фэй, — а он был в этом уверен, — они, либо вглядятся поглубже, чтобы выяснить, что Фэй нашла в нем, либо скроют свои чувства, чтобы не огорчать ее. Из городских слухов и из разговоров с Фэй, он уже понял, что они ему нравятся.
Поэтому ехал на ужин, не беспокоясь о том, как все пройдет.
Нет, его ум занимало множество других мыслей.
И на первом месте был Малахия.
Сколько бы они ни искали, ребенка просто не существовало.
Чейз проверил записи актов гражданского состояния штата Колорадо и ничего не нашел о мальчике по имени Малахия примерно того возраста, что и их Малахия, родившегося в штате Колорадо. Тот же ответ пришел и от местных и не совсем местных школ. Чейз, Фрэнк и Дек, заручившись поддержкой знакомых, послали запросы в школы Аспена и его окрестностей, Гранд-Джанкшен, Гленвуд-Спрингс, Монтроуз и даже в Денвер. Хотя несколько Малахиев было зачислено, но ни один из них не соответствовал возрасту их Малахия.
Чейз, Дек, Фрэнк и другие офицеры спрашивали по всему городу, не видел ли кто Малахия не только в последнее время, но и раньше. За исключением нескольких человек, сообщивших, что, возможно, могли его заметить, что исключало какую-либо конкретику, больше у них ничего не было.
Неудивительно, парень умел быть невидимым.
Удивляло то, что, как оказалось, его вообще не существовало.
Чейз понимал, что он бродяжничает, но где-то поблизости. В нынешние времена люди не подвозили детей, не обеспокоившись и не задавшись вопросом, почему ребенок без взрослых, обычно они сообщали об этом или отвозили ребенка властям. Так что, хотя Чейз и мог предположить, что Малахия попадает в Карнэл из другого города, даже из другого округа, но не представлял, как он доберется сюда из Денвера, а тем более из другого штата.
Он дал задание стажеру проверять базу данных пропавших без вести, не появится ли кто с похожим именем или описанием.
Все это и его исчезновение не предвещали ничего хорошего. Даже если Фэй с Чейзом спугнули ребенка в понедельник присутствием Фэй у ящика для возврата, или он засек их в грузовике, ребенок должен был есть. Фэй оставляла пакеты у ящика, даже когда они не следили. Она также разместила на углу библиотеки заламинированную записку, в которой просила всех, кто найдет сумки, оставить их для Малахии.
Малахия так и не появился. Каждые полчаса Фэй выходила из библиотеки и сообщила Чейзу, что пакеты на месте. Всю последнюю неделю по утрам они все равно оставляли их у ящика.
У Малахии было достаточно времени, чтобы прокрасться к библиотеке, когда он знал, что за ним не следят.
Возможно, каким-то образом он заметил или услышал, что Дек идет по его следу. Но так как Дек даже не учуял его запаха, а ребенок не установил никаких связей ни с кем, кроме Фэй, Чейз не мог понять, как.
Мальчику было лет девять или десять, и, насколько знал Чейз, он не обладал сверхспособностями и не был ясновидящим. Он находился в режиме выживания и шел на риск, чтобы хотя бы добыть себе еду.
Чем дольше Малахия не появлялся, тем больше росло беспокойство Чейза и Фэй.
Но Чейза беспокоило не только это.
Неудивительно, что город не обрадовался новости об убийстве Даррена Ньюкомба.
И дело не в том, что он пользовался всеобщей любовью. Его всецело ненавидели. Но ситуация очень походила на произошедшее с Мисти. Никто не считал, что он заслуживает такого, и, тем более, этого не заслуживают его дети.
После недавних событий горожане были готовы к тому, что может что-то произойти. Не требовалось обладать дедуктивными способностями, как у Шерлока Холмса, чтобы понять, что убийство Ньюкомба может стать верхушкой айсберга.
Само собой разумеется, в ходе расследования убийства Даррена Ньюкомба в его доме был произведен обыск, а Клинтона Бонара и людей, на которых он работал, навестил Фрэнк.
Также неудивительно, что дом Ньюкомба оказался перевернутым вверх дном, и тот, кто это сделал, проделал большую работу. Почти все было уничтожено. Диванные подушки выпотрошены. Матрасы порезаны. Ковер валялся в стороне. Линолеум содран. Ящики комода сломаны. Даже карманы на одежде вывернуты наизнанку или вырваны с корнем.
Нашли ли то, что искали, оставалось только гадать.
Чейз посетил место происшествия. Хотя Фрэнк был главным, это не означало, что Чейз не искал убийцу своей нежеланной, но мертвой жены.
Увиденное заставило его прийти к некоторым выводам.
Убийца Ньюкомба и Мисти, если бы он был одним и тем же человеком, знал, что после убийства Мисти, его следы будут уничтожены продажными полицейскими в участке. Это не означало, что он не был
