– Знаешь, что, Катя, всё, ладно, давай, до свидания.
– До свидания, Яна, до свидания.
Мы обе в раздражении кладём трубки.
Через две минуты от Яны приходит сообщение:
«Не надо за меня делать выводы и говорить, что для меня важно, а что нет, пожалуйста».
«Не надо разговаривать со мной на темы, на которые ты не хочешь слышать мое мнение» – отвечаю ей.
Трудно уходить от женатого мужчины.
Я тебя люблю
Я многого в тебе не понимаю. Ты инороден для меня совершенно, сделан из другого теста. У меня нет представления о принципах твоей морали, я не могу предсказать, как ты поведёшь себя в том или ином случае. У меня нет уверенности, что в критической ситуации ты поступишь так, как я считаю должным поступить. Я не обладаю этим знанием о тебе. Но я знаю больше.
Я вижу силу, что в тебе пульсирует – энергия, неподвластная контролю, не только светлая, но и тёмная – ты пытаешься с ней ужиться, ты воюешь и мучаешься, перебарываешь её и проигрываешь, но, когда она выносит тебя наверх, то делает счастливым. Эта сила называется Талантом.
Мучительная расплата, которая приходит за подаренное счастье – нервы, здоровье, близкие люди. Те каналы знания, что открыты исключительно тебе, несут понимание, и боль, и страхи…
Талант – это сердце твоё, это свет из твоих глаз, это пот и раны на твоём теле, это то, что делает тебя уникальным.
Мне всегда удивительно, когда ты хочешь быть оригинальным, идёшь вопреки из желания противоречия. Всем нравится солнце – тебе дождик, все говорят «хорошо», а ты «видали и лучше», все едут на море, а ты – кататься на санках. Ты настолько отличен от людей остальных по природе своей, что внешние твои предпочтения не играют никакой роли.
Я многого в тебе не понимаю. Потому что есть вещи, не поддающиеся формулировке. Но я чувствую тебя и принимаю целиком. Я болею за тебя и радуюсь. Я очень тебя люблю.
Сегодня
Я навсегда запомню эту зиму.
Я пишу эти строки год спустя под равномерный ход пластмассовых часов, стоящих на подоконнике, уже совсем другой зимой, находясь в заснеженной, заметённой Москве, в маленькой кухне как на краю света, один на один со старым ноутбуком, вглядываясь вереницу написанных строчек как в давние, потёртые временем фотографии.
В одночасье я сменила город, свой дом, друзей, оставила кота маме, и зажила новой, совсем чужой для меня жизнью. Водоворот событий внезапно закрутил, поднял с места, поставил все с ног на голову – хотя когда это у меня хоть что-то стояло на ногах? – закинул в самую гущу абсурда, сместил акценты и заставил поверить в невозможное.
Иногда мне кажется, что за какие-то четыре месяца я постарела лет на пять, и прошлая зима, проведённая в Петербурге рядом с тобой, с её болью и такой переполненностью счастьем, уходит от меня невозвратной молодостью, воспоминания о которой уже спрятаны в сундук, под нафталин, но возвращаются без спроса случайной ассоциацией, вспыхивая от ерунды, внешнего пустяка, тревожат занозой, по забывчивости не вытащенной из сердца.
Этого не будет больше никогда.
Все могло бы быть по-другому.
Ничего по-другому быть не могло.
Я тебя люблю
Я целую с нежностью каждую родинку на твоём теле, потому что это – ты, такой трудный, такой сложный, такой простой, такой смешной, такой детский, такой неповторимый.
***
«Может…?»
«Милый, а как насчет завтра? Я сегодня до 6 утра гуляла, какая-то я… трудная сегодня)))»
«Сам такой!. Значит, споемся!»
«Сегодня все-таки петь будем?)))»
«Ну, как пойдет…»
«А завтра я бы приехала к тебе не трудной, а прекрасной…)))»
«Ага, а я опять после репетиции, да, опять не прекрасный, да??? Удобно устроилась!!! Не фиг!.»
«Ну раз не фиг, значит, приеду)) А ты допоздна сегодня?»
«Не, не пойдет!..»
«Я думаю, где-нить в 22 быть at home!»
«Так, я запуталась… ЗАВТРА?»
«В 22. Нечего путать тут».
«БУДУ».
…
«Милый, ну как там? Я в общем-то готова выходить, а мне ехать минут 40…»
«Дык жду ж! В 22.00!»
«Так я ж сигнала жду)) выезжаю.»
«Да!. Только у меня нет ничего тебе выпить…»
«И цветов тоже нет???»
«Есть тока усталый клоун… Ну, если не очень… Можем в др. раз.»
«Ну конечно! Я тут волю в кулак собрала, а ты теперь – в другой раз? Не фиг! Еду!»
Вот так и живем.
Я тебя люблю
Я тебя люблю. Я тебя очень люблю. Я просто очень сильно тебя люблю.
Пусть у тебя всё будет хорошо.
Крепкая жена
Моя массажистка Аля два года встречается с женатым мужчиной. Але 25, а его жене 41. С женой он живет двенадцать лет, с ней прошёл весь путь становления от торговли на рынке до агентства недвижимости, хозяином которого является.
«Я не могу ее бросить, – говорит мужчина Але, – не могу после всего пройденного выкинуть её на помойку».
Он живёт с женой в загородном доме и встречается с Алей после работы в тех квартирах, которые продаёт его агентство.
В своём доме они с женой держат двух кошек. Кошек не с кем оставить, если надо уехать, поэтому отдыхать они летают порознь.
Жена летает одна.
Муж летает с Алей.
Жена провожает его на рейс, и Аля из параллельной очереди смотрит, как она целует его на прощание.
А в самолёте, поменявшись местами с её соседом, он садится рядом с Алей.
Десять дней совместной жизни на морском берегу так похожи на медовый месяц. И так быстро заканчиваются.
Обратно летят снова рядом, и по прилёту встают в разные очереди. Жена машет рукой из отсека для встречающих, целует мужа, когда он выходит к ней с багажом.
«Посмотри на меня, посмотри на меня…» – шлёт ей Аля телепатические сигналы, но жена их не принимает.
Когда на отдых улетает жена, Аля поселяется в её доме.
Десять дней она ходит по комнатам словно хозяйка. Убирается. Готовит ужин. Смотрит телевизор перед сном. Утром загорает в шезлонге на участке. И даже копает грядки. Не боясь любопытных соседей, делает всё, чтобы её здесь запомнили. Десять дней так похожи на семейную идиллию. И так быстро заканчиваются.
