— Мне нужно много сделать в офисе перед поездкой в Килгарин, Джонкуил. Надеюсь, что увижусь с тобой после того, как мы вернемся. Мне очень жаль, что тебе пришлось столько времени потратить на наши дела.
— Не говори глупостей. Для этого я и существую, дорогой. Передай мой привет Розмари и поцелуй Саффрон. Если сможешь, постарайся взглянуть на вещи здраво.
— Попытаюсь, — вяло ответил он.
Повесив трубку, Джонкуил тут же позвонила Розмари.
— Все в порядке, дорогая, — затараторила она, давая краткий отчет о происшедшем.
— Спасибо, Джонкуил. Я знала, что могу положиться на тебя. Поверь, к тому времени, когда мы вернемся из Килгарина, я буду крепко держать его в руках, — таковы были прощальные слова Розмари.
Глава 2
Свит-Уиллоуз, Мэриленд, июнь
В саду под большим шатром была устроена площадка для танцев. Керри громко рассмеялась, когда напоследок парень, который только что увел Керри у Марка, закрутил ее в неистовом вихре фокстрота. Этот высокий парень из Гарварда совершенно неотразим, подумала Керри. Время уже подходило к полуночи, и устроенная Синтией Фробишер вечеринка была в полном разгаре.
— И почему я тебя раньше не встречал? — игриво сказал парень.
— Не знаю. И почему же ты меня не встречал?
— Об этом я и думаю. Ты здесь сегодня самая красивая девушка.
Услышав комплимент, Керри расцвела от удовольствия, зная, что это чистая правда. Ему явно нравилось, как она улыбалась, наклонив голову, а выглядела сегодня Керри ослепительно. Красоту плеч выгодно подчеркивало простое длинное платье из голубовато-зеленоватого шелка, который Шаннон прислала ей из Бангкока. Приехав вместе с Марком в Свит-Уиллоуз, построенный в колониальном стиле дом семьи Фробишеров в нескольких милях от Медоуз, Керри чувствовала себя вполне уверенно. Своими соблазнительными формами она резко выделялась на фоне высоких, ширококостных девиц из патрицианских семей Мэриленда, чьи дорогие вечерние платья не могли скрыть их скорее атлетическое сложение. Керри казалась сверкающим светлячком, порхающим среди сотни бледных мотыльков. Приехавшая вместе с Линди ван Буреном Картер с тихой яростью наблюдала за выскочкой.
Конники давно относились к Керри как к равной, считая ее восходящей звездой. Однако только сегодня, находясь среди местной знати, она почувствовала, что ничем ей не уступает. И хотя Керри очень любила большие празднества, которыми заканчивались конные состязания, торжество у Фробишеров, где присутствовало избранное общество, имело для нее особый смысл.
— В какой колледж ты будешь поступать осенью? — спросил партнер, взяв Керри за руку, когда вновь заиграла музыка.
— В Бремар, — небрежно сказала Керри, чувствуя, как парень прижался щекой к ее щеке.
— Я все лето буду в Кейп-Код, но осенью я тебе звякну.
— Конечно, давай, — нарочито холодно ответила Керри. Она была уверена, что Марк с беспокойством следит за ними. И действительно в конце концов тот не выдержал, пробился сквозь ряды танцующих и увел Керри от гарвардца.
— Я думала, что уже никогда от него не избавлюсь, — прошептала она с деланным вздохом облегчения.
Марк недоверчиво рассмеялся.
— А я решил, что испортил тебе удовольствие. Мне казалось, что вы очень приятно проводите время.
— Не могу тебе сказать, какой он скучный.
— Ты шутишь? Скучный? Он?
— Честно говоря, мне показалось, что он туго соображает.
— Да ты знаешь, кто он такой? Это Рэндольф Ханнивелл, редактор «Лампун». Он один из самых остроумных, самых популярных парней. Он сражает девушек наповал.
— Ну, меня он не смог сразить наповал. — Керри слегка улыбнулась, довольная этой фразой. — Как, ты сказал, его зовут?
— Рэндольф Ханнивелл.
— Ну, я думаю, что он совершенно банальный и скучный. От него так и разит самодовольством. Терпеть не могу парней, которые заняты только собой.
Когда Марк крепко прижал ее к себе, Керри почти физически ощутила, как его сердце раздулось от гордости. Рэндольфа Керри отложила пока на будущее. Возможно, за два года учебы в колледже она сможет завоевать такой ценный приз, но в настоящее время лучше понадежнее держать при себе Марка.
— Ты понимаешь, что всего через пару дней я еду в Европу, Керри? — Марк вздохнул. — Жаль, что мне не удалось от этого отделаться. Я так буду скучать по тебе! — прошептал он ей на ухо.
Керри подавила в себе приступ зависти. Именно в Европе она хотела бы провести лето. Если бы не интенсивный график тренировок Чудотворца, можно было бы попросить у Шаннон денег на длительную поездку по Италии, Франции и Испании.
— Когда ты там окажешься, сразу забудешь про меня. Погоди, ты еще увидишь симпатичных француженок и восхитительных итальянских брюнеток, которые похожи на Софи Лорен!
— Ты знаешь, что это неправда, — обиженно сказал Марк. — Я буду писать тебе каждый день.
— Не обещай того, что не сможешь сделать, — сказала Керри и подняла на него влюбленный взгляд, не подозревая, что на нее издалека смотрит Линди. В прекрасном вечернем костюме тот стоял у бара и задумчиво потягивал виски. Подчиняясь внезапно возникшему настроению, Линди вдруг поднялся и направился в сторону Марка и Керри. Подойдя к ним, он весьма невежливо похлопал сына по плечу.
— О, привет! — с изумлением сказал Марк.
— Могу я вас пригласить? — Это была не просьба, а команда.
— Да, конечно, — ответила Керри, чувствуя, как по телу пробегает дрожь. Только что ван Бурен танцевал вальс с одной из самых влиятельных светских дам Грин-Спринг-Вэлли — миссис Фробишер, — и вот уже выбрал Керри.
В отличие от робкого Марка Линди по-хозяйски обвил рукой ее талию. Ван Бурен только что вернулся из Палм-Бич, и его голубые глаза резко выделялись на загорелом лице. Керри с изумлением почувствовала, как руки Линди шарят по ее спине. Сердце ее забилось чаще. С застывшей улыбкой ван Бурен смотрел на нее так, как будто Керри была чистокровной лошадью, и он размышлял, стоит ли взять ее в свой загон.
До сих пор Линди, казалось, мало интересовался ее карьерой наездницы. Обо всем заботились дядя Джек, Брюс Пейджет и конюхи Медоуз. Они следили за тем, чтобы оплачивался вступительный взнос для участников соревнований, отвозили лошадь в фургоне к месту их проведения и делали многое другое. Линди играл роль председателя совета, вызывая панику во время своих редких появлений. Несмотря на это, Керри чувствовала необычайный прилив гордости, когда ван Бурену случалось наблюдать ее с Чудотворцем. Медоуз составлял лишь небольшую часть богатой и разнообразной жизни Линди, включавшей в себя также поло во Флориде, долю в одном из ирландских конезаводов и коммерческие интересы по всему миру. Он имел также репутацию бабника: до Керри доходили слухи, что из женщин он предпочитает богатых разведенных дам.
