разведки. Вас я попрошу представить свои соображения и, возможно, кандидатуры для работы в такой службе. А через неделю… да, уже в следующем году мы примем решение. Окончательное решение…
Тридцатого Вера вечером заехала на работу к Лаврентию Паловичу по его просьбе, и он попросил ее подарки для жены и сына «до завтра» подержать в багажнике:
– Хочу своим сюрприз сделать, а они смотрят, что я из своей-то машины несу…
А вечером тридцать первого зашел за этими подарками, преподнес подарки Вере с Виктором и Вериным детям, а уходя, на минуту задержался в гараже:
– Старуха, я вот чего спросить хотел. Ты там на совещании по Германии сказала, что именно сейчас мы можем Америку победить. Ты с ними, часом, воевать не собираешься?
– Нет, мы их экономически победим. Янки в войну европейскую не вступили, промышленность свою на военные рельсы не повернули. И в Европу кучу всякого не продали, то есть денег с Европы море не получили. Германия кредиты Гитлера им выплачивать отказалась, так что у них и денег лишних нет для финансирования завоевания мирового господства. Есть желание у англичан колонии отобрать и под себя подмять, но нет технической возможности, а когда она появится, с ними уже мало кто торговать захочет. Мы сейчас через немцев, через их «независимую прессу» сливаем информацию о том, что в Британии золота почти уже нет и их бумажки ничего не стоят. Если информация распространится… когда она распространится, то у англичан в колониях дела пойдут совсем худо, а у нас есть чем поддержать национально-освободительные движения…
– Опять наши деньги транжирить собралась?
– У нас от немцев оружия на пять миллионов бойцов на складах бесплатно валяется… можно его на переплавку пустить, но ведь можно и не пускать?
– Опять у тебя фантазия разбушевалась. Ладно, сколько там до Нового года осталось? Два часа? Я вас поздравляю с наступающим… а фантазии твои мы обсудим чуть позже. Как насчет понедельника четвертого? Сможешь пару часов выкроить?
– Смогу. И пару суток смогу, и даже пару недель. Но не больше: больше мы ждать права уже не имеем…
Глава 20
Чехи и словаки – народы очень разные, несмотря на то, что по языку они довольно близки. Но чехи в обозримое историческое время сидели «под немцами», а словаки – под венграми, поэтому чехи формально были протестантами (а на самом деле большей частью – атеистами), ну а словаки были католиками. Только не воинствующими католиками вроде поляков, а просто католиками. И религия в их жизни занимала относительно много места. Но главное, по убеждению Веры, было то, что чехи были «дисциплинированными рабами» по духу, а вот словаки – «веселыми разгильдяями». И то, что товарищ Сталин не стал два эти разных народа снова объединять в одном государстве, Веру сильно порадовало.
Насколько это порадовало самих чехов и словаков, сказать было сложно – но вот две новеньких страны вели себя совершенно по-разному. Словацкое правительство, оглядевшись вокруг, стало быстро налаживать торговые (и промышленные) связи с Советским Союзом, а чешское – демонстративно с русскими старалось никаких дел не иметь. И им в какой-то степени это удавалось, все же у них сохранилось «окно в Европу» в виде австрийской границы, и чехи изо всех сил пытались торговать своей продукцией «где-то далеко». Без особого успеха, в Европе денег было мало, в Азию никого старались не пускать британцы, в Америке все еще не забыли про «доктрину Монро» – но они старались.
А словаки как-то сразу вписались в новую политическую конструкцию в Европе – и потому они сразу же после учреждения ВТБ подписались на участие в нем. Так же банк обслуживал теперь Германию (он, собственно, «под Германию» и создавался), Австрию – ну у нее две трети внешней торговли теперь шло с Советским Союзом и Германией. Еще – довольно неожиданно для советского правительства – в работу банка вписались венгры: эти, хотя русских и очень сильно не любили, деньги считать все же умели, и умели производить пользующуюся спросом продукцию. Швецию банк обслуживал способом несколько специфичным: все клиенты банка были именно государствами, а вот из Швеции клиентом банка стала только одна, хотя и очень значительная компания. Густав и его правительство решило, что подписывать довольно непростой с финансовой точки зрения договор о создании «внешнеторговой валюты» с гарантированным обеспечением ее золотым запасом было бы неправильно, но и о преимуществах работы с таким «внешнеторговым партнером» они все правильно поняли – и отдельным королевским указом Марте Густафссон было предоставлено право использования во внешней торговле новой валюты и создания независимых от государства валютных (а по факту – золотых) резервов.
– Думаю, что очень скоро президент Рузвельт вообще запретит торговлю со Швецией, – заметил на состоявшемся в конце мая совещании Станислав Густавович. – Потому что шведы из США просто насосом тянут золото, а у американцев с золотым запасом все довольно грустно.
– А Британия-то не запретила, хотя Марта и из Англии золото выгребает лопатой, – усмехнулась Вера.
– Нет, шведы фунты британские в основном в Британии и тратят, скупая различную колониальную продукцию. Лично меня удивляет лишь то, что британские экономисты до сих пор не сообразили, что шведы скупают продукцию не промышленную, а разные продукты, причем в количествах, которых шведам буквально на десятилетия и века хватит. Тот же ассамский чай…
– Сообразили, у нас же индийский чай во всех магазинах продается. Просто ради прибыли британцы готовы на очень многое глаза закрыть. И пока что нам это на руку. Но меня другое интересует: как скоро англичане сообразят, что Марта в Англии тратит фунтов гораздо
