больше, чем получает со своих магазинов.
– На сколько больше?
– Раза в три, ведь у нее теперь уже десятка два именно британских компаний, через которые она в колонии очень много чего поставляет. За британские деньги – и денежки эти везет в метрополию. Вы же сами считали, сколько денег нужно, чтобы вызвать в Англии неконтролируемую инфляцию? По моим прикидкам, рубеж будет преодолен уже к этой осени. Ну, если они там каких-то мер срочно не предпримут…
– Ну так с Америкой то же самое происходит: выгребаются доллары со всего мира и вваливаются обратно в экономику США. Просто долларов в мире гуляет не так уж и много… Правда, сейчас американцы пытаются свои доллары протолкнуть во Францию, в другие европейские страны, на Ближний Восток. Но вроде без особого успеха, хотя доллар вроде и считается обеспеченной золотом валютой.
– Дело не в золоте, а в том, что американцы могут за свои доллары предложить в этих странах. Французы пока правильно считают, что американская техника, кроме разве что автомобилей, гораздо хуже отечественной, каудильо хочет свою песету сделать средством международных расчетов – по крайней мере в северо-западной Африке, а сдавать свою, хоть и хиленькую промышленность американцам он категорически не желает. Но самое главное – в Европе сейчас не видно острой нужды в кредитах для восстановления промышленности после войны, эту промышленность война-то и не разрушила почти. А чтобы промышленность развивать – те же чехи готовы буквально за гроши станки и оборудование поставлять, так зачем платить больше за худшие товары? Товаров на рынке море, цены более чем приемлемые…
– То есть, Вера Андреевна, вы считаете, что у Британии получится вылезти сухими из воды? – спросил Сталин. – В экономическом плане ведь они вообще не пострадали?
– Насколько я знаю, уже не получится. И насчет «не пострадали» я бы не говорила так уверенно. Лаврентий Павлович ведь с товарищем Босом не о дополнительных поставках чая по низким ценам беседует…
Субхас Чандра Бос был довольно известным политическим деятелем в Индии, даже занимал пару лет пост председателя Индийского Национального Конгресса. Вот только он был категорически против «политики» Махатмы Ганди и Джавахарлала Неру, и считал, что освобождение страны от британского владычества возможно лишь путем вооруженной борьбы. С просьбами о помощи в этой борьбе он обращался и к японцам (которые теперь тихо сидели у себя на островах и вообще не дергались), и к Гитлеру (который в помощи отказал, имея в виду не ссориться с Британией). К Советскому Союзу он тоже обращался, и даже лично с товарищем Сталиным что-то там обсуждал – но до войны с Германией Иосиф Виссарионович существенной помощи ему оказать не смог. А вот после войны…
Лаврентий Павлович очень серьезно обсуждал с бенгальцем способы «незаметной» передачи его соратникам трофейного немецкого оружия. То есть он много чего с ним обсуждал, но вопрос об оружии был сейчас основным: Вера, вспомнив «прошлую жизнь», сказала Берии, что если британцы предоставят Индии независимость «по заветам Махатмы Ганди», то есть «мирным путем», то англичане сохранят на довольно продолжительное время экономический контроль над Индией и с этой точки зрения только выиграют – а вот если англичан из Индии вышибут, то вся колониальная империя англичан рассыплется как карточный домик, а британская экономика просто рухнет.
Лаврентий Павлович Вере, конечно же, не поверил на слово, но когда по его просьбе товарищ Струмилин «повторил те же расчеты, что проделал в прошлой жизни», ситуация заиграла новыми красками – и председатель КГБ практически весь май плотно общался с огромным количеством разнообразных иностранцев. Постоянно повторяя про себя после таких встреч то, что буквально талдычила ему соседка все послевоенное время:
– Среди этих борцов якобы за независимость идеалисты встречаются, но лишь в следовых количествах. На самом деле почти все они являются борцами за личное богатство, комфортабельные виллы и дворцы для себя любимых, верных и проворных слуг и отсутсвие какого бы то ни было контроля за их делишками.
– А тот же индиец Неру? Несопротивленец злу насилием, он ведь за освобождение Индии борется, а не за личное богатство.
– Ну да, конечно. Выходцу из высшей касты очень неприятно кому-то подчиняться, он считает лишь себя достойным быть высшим правителем. И станет, если ему этот самый Бос не помешает – но при этом он согласится исполнить любые требования британцев, фактически оставив им экономическую власть над страной. Впрочем, нам неважно, кто выкинет британцев из Индии, важно лишь то, чтобы мы смогли помочь индийцам избавиться от экономической зависимости от Британии. И вообще, везде мы должны стараться ликвидировать именно экономическую зависимость колоний от метрополий – и всех этих национальных борцов только с такой позиции и оценивать…
Лаврентий Павлович именно так всех этих борцунов и оценивал – и с грустью признавал, что Вера в их оценке была чаще всего права. Однако среди немногих, кто все же боролся именно за идею, этот Бос (не господин и не товарищ) вызывал у него определенную симпатию. Однако, по мнению Берии, военным руководителем он был вообще никаким…
А «каким» военным руководителем был персидский (то есть уже восемь лет как иранский) шах Реза Пехлеви. И Ирану Советский Союз уже передал довольно приличное количество трофейного оружия. Конечно, армия у шаха была все же довольно слабая, но и она, прилично так вооружившись, могла определенный отпор англичанам дать…
Но вообще-то Вера старалась с вопросами внешней политики не связываться, ей и дома дел более чем хватало. Причем дел сугубо химических: одной из важнейших программ по развитию страны правительство считало программу увеличения производства удобрений. А производство удобрений азотных теперь развивалось с использованием «нового сырья»: природного газа. Было найдено несколько довольно крупных месторождений этого газа, и не использовать его в производстве карбамида было просто глупо, так как «карбамид из газа» получался
