Лестер застыл на своем стуле, недоверчиво уставившись на отца.
— Нет, папа. Нет. Она не могла в него влюбиться.
— Черт побери, откройте глаза! Какой смысл притворяться, будто ничего не происходит?
Пит принялся расхаживать взад и вперед по крыльцу, Лестер же только еще больше вжался в стул.
— Ну, в таком случае мы должны ее остановить! — после некоторого раздумья воскликнул Пит. — Изменить ее представления.
— Изменить представления влюбленной женщины? — Джейк издал короткий смешок. — Ребята, вы ни черта не знаете о женщинах. И потом, — произнес он медленно, мрачно глядя на каждого, — разве вы не желаете ей счастья? И не хотите, чтобы в один прекрасный день у нее появились собственный дом, муж и дети?
— Никогда не думал об этом, — пробормотал Пит. Ему очень хотелось ударить кого-нибудь. Кого-нибудь вроде Баркли. — Черт подери, но Эмили наверняка не собирается устраивать все это с Баркли.
— Еще как собирается. — Джейк тряхнул головой. — Ты видел, как она швырнула его цветы? А он был так занят, глазея на нее, что едва находил слова для извинений. Чертов глупец! Неужели он не видит, что девушка упряма, как целое стадо мулов? Когда он выскажет наконец то, что ему надлежит сказать, вдоволь натерпевшись унижения, чтобы получить ее прощение, оба состарятся и поседеют больше, чем я. А я к тому времени уже сойду в могилу. Так будет, если…
— Если что? — с тревогой спросил Пит.
Пока они с Лестером, уставившись на него, ждали ответа, Джейк не спеша сделал длинную затяжку.
— Если мы не поможем проклятому олуху.
— Но почему мы должны ему помогать? — возмутился Пит. — Да пошел он к черту! Пусть страдает!
— А как насчет Эмили? — поинтересовался у него Лестер. — Ты хочешь, чтобы она тоже продолжала страдать?
Пит тяжело сглотнул, подумав о сестре. Она была так пришиблена и несчастна все последние дни. Он вспомнил, как она плакала ночью в своей комнате, думая, что никто не слышит этих разрывающих сердце рыданий. А ведь Эмили ухаживала за тетей Идой, оставшись совсем одна, пока он и Лестер были в бегах, а дядя Джейк в тюрьме. Она положила столько сил, чтобы эта убогая хибара стала домом для них всех.
— О проклятие! — Пит запустил пальцы в волосы и повернулся к своему дяде. — Ну раз от этого зависит счастье Эмили, — твердо проговорил он, — говорите, что мы должны сделать!
Глава 24
— Клинт Баркли, вы не слышали ни слова из того, что я вам говорила. — Нетти Филлипс дернула его за руку. Люди вокруг них болтали, смеялись, пили вино из бузины и лимонад, наблюдая, как в ярко освещенной гостиной Мэнгли танцоры исполняли сельскую джигу. — Я спросила, почему бы вам не пройти туда и самому не пригласить Эмили Спун, — повторила Нетти, когда шериф обратил на нее свой невидящий взгляд. — Да вы, того и гляди, взорветесь, если еще один ковбой увлечет ее на паркет. Это любому глупцу ясно.
Ее слова, созвучные его невеселым мыслям, наконец дошли до Клинта. Он оторвал взгляд от Эмили Спун и Фреда Бейкера и с досадой посмотрел на стоящую рядом с ним женщину, известную тем, что всегда откровенно говорит то, что думает.
— Мисс Спун не хочет танцевать со мной.
— Как вы можете это знать, если вы ее не приглашаете?
— Я приглашал. Дважды. Она мне отказала. — Клинт скривил губы. — После этого она танцевала с Хоумером Райли и доктором Кэлвином, а затем исчезла с группой леди, болтая о муфтах и зонтиках. Потом ее приглашали Хэнк Петерсон и Ченс Рассел. А со мной она даже разговаривать не хочет.
— Надо было вести себя правильно. — Нетти сделала паузу, когда мимо, шурша юбками, прошла Агнес Мэнгли, разгуливавшая взад-вперед до угла гостиной, где тихо секретничали Карла и Лестер Спун, не замечая никого вокруг. — Вы держали девушку в неведении, в то время как могли бы оградить ее от множества печалей, если бы только сказали ей, что происходит. О да, она поведала мне об этом, — небрежно добавила Нетти, когда Клинт удивленно взглянул на нее. — Бедной девушке нужно было с кем-то поделиться.
«Конечно, — подумала при этом Нетти, — она не все сказала мне». Эмили не призналась, что до невозможности влюблена в Клинта Баркли, хотя это было ясно как божий день. По крайней мере для Нетти. Эмили только сказала, что больше не станет с ним разговаривать. Она даже не хотела посещать эту вечеринку, пока Нетти не проявила настойчивость, подчеркнув, что Спуны приглашены как почетные гости, а значит, если она не придет, шериф подумает, что она его избегает. Нужно ли ей, чтобы Клинт Баркли знал, что он способен отпугнуть ее от танцев или других городских мероприятий только тем, что будет там присутствовать? Хочет ли она, чтобы мужчина считал, будто он имеет над ней пусть даже крошечную власть? Хочет ли она, чтобы от него зависело, куда ей ходить и что делать?
Трюк удался. Эмили изменила решение. «Теперь дело за Клинтом», — подумала Нетти, поглядывая на него краем глаза. С той минуты как Эмили Спун со своими родственниками прибыла на вечеринку, у шерифа не было другого занятия, как украдкой следить за ней и неустанно бродить по гостиной подобно голодному ягуару, время от времени опрокидывая виски.
— Вы, мужчины, — назидательно продолжала Нетти, — думаете, что вы знаете женщину лучше, чем она сама. Вы все делаете за нее, вместо того чтобы предоставить ей право решать за себя. Это одна из ваших наиболее глупых и раздражающих черт, если вас интересует мое мнение. Но те, кто поумнее, учатся на своих ошибках. Почему мой Лукас смог пройти тяжелый путь уже в первый месяц после нашей свадьбы, а другие…
Но Клинт больше не слышал, что она верещала, — его внимание было приковано к Эмили. На этот раз Коуди Мэлоун нес ей стакан лимонада.
Остался ли хоть один мужчина в доме, с кем бы она не разговаривала, не танцевала, кому бы не дарила улыбки? Вряд ли. Клинт уже начинал сомневаться в собственной выдержке. Сможет ли он дотянуть до конца этой вечеринки, чтобы никого не ударить?
Проблема в том, что он был лишен всякой зацепки, чтобы объясниться или извиниться. Он не мог даже намекнуть, что происходит в его сердце. Клинт чувствовал, что близок к помешательству. Он никогда не думал, что можно испытывать такие чувства, как ревность, одиночество, отчаяние. И что можно так страдать из-за женщины.
Но не просто из-за женщины — из-за единственной женщины, которую он открыл для себя и в которой нуждался больше всего в жизни. Но эта женщина не хотела иметь с ним никаких дел.
«Ну, это мы еще посмотрим», — сказал он себе, стиснув челюсти. Он не сдавался, преследуя подлых бандитов, таких как шайки Монро или Бартов, и не собирается пасовать перед любимой девушкой.
