– Посредством перекрестных ссылок – да – монахиня – двуногое существо женского пола, которое воздерживается от деторождения, чтобы служить нуждам других представителей своего вида. Сравнимо с общественными насекомыми, муравьями и пчелами. И более того. Также ездит на огромных транспортных средствах, движимых остатками первобытных деревьев. Далее. Посвящает время раздумьям о мистическом. Примем это как предварительное описание в ожидании поступления дальнейших релевантных подробностей. Меня саму, по некоторым параметрам, можно назвать монахиней. Я постигаю мир миров в его полноте. Кажется, я понимаю, что значит «захватило дух от восхищения». А тебе лучше выйти на берег.
Подступающая вода поднялась уже до колен. Джошуа выбрался на песок.
Салли изумленно наблюдала за ним.
– Он разговаривает?
– Она. Я слышу свой собственный голос, который задает мне вопросы. Она как будто знает, о чем я думаю? – точнее, знает, что я знаю. Понятия не имею, кто она такая, но, кажется, она жаждет учиться.
Он вздохнул.
– У меня уже голова трещит от чудес, Салли.
Из рюкзака донесся голос Лобсанга:
– Возвращайся на корабль. Думаю, надо поговорить.
Пока они шагали к «Марку Твену», над головой пролетели несколько птерозавров – их сухопарые силуэты отчетливо виднелись на фоне неба.
Без лифта подъем по веревке на гондолу был довольно изнурителен, зато на палубе уже горел свет, работал нагреватель воды и, по крайней мере, появился растворимый кофе.
Салли, разумеется, немедленно захотела обсудить увиденное, но Джошуа и Лобсанг одержали верх и отложили разговор на «после кофе».
Потом Джошуа изложил то, что узнал от Первого Лица Единственного Числа.
– Она была одна в своем мире.
– Она убила всех? – уточнила Салли.
– Нет. Не так. Она возникла в одиночестве. И так развивалась. Она всегда была одна…
Лобсанг засыпал его вопросами, и в конце концов они сложили из фрагментов если не правду, то хотя бы сюжет.
На Земле, где обитала Первое Лицо Единственное Число, по мнению Лобсанга, как и на многих других Землях, ранние эпохи представляли собой долгие периоды борьбы за существование между полуоформившимися существами, которые еще не научились использовать ДНК для хранения генетической информации. Белки, из которых состоит все живое, они контролировали довольно-таки слабо. Миллиарды и миллиарды кишащих в воде клеток наполняли неглубокие океаны, но они были недостаточно развиты, чтобы позволить себе состязаться друг с другом. Поэтому они сотрудничали. Любая полезная информация передавалась от клетки к клетке. Словно все формы жизни в Мировом океане действовали как единый организм.
– Со временем, – продолжал Лобсанг, – в большинстве миров, в том числе на Базовой Земле, сложность и организация достигли той стадии, когда отдельные клетки могли выживать и без посторонней помощи. И тогда в большинстве миров началась конкуренция. Выделились огромные животные царства, в воздухе появился кислород, как побочный продукт жизнедеятельности организмов, которые научились использовать энергию солнечного света. Пошел долгий медленный подъем к развитию многоклеточных существ. Эра глобальной кооперации минула, не оставив никаких следов, кроме загадочных памяток в наборе генов.
Салли сказала:
– В большинстве миров, но только не в мире Первого Лица Единственного Числа.
– Да. Полагаю, тот мир был изрядным джокером. Нарастающая сложность породила там сходное эволюционное развитие – но огромный мировой организм так и не утратил единство. Мы повстречались с очень отдаленной ветвью дерева вероятностей. Оно…
– Она, Лобсанг, – поправил Джошуа.
– Да, она, женский род весьма уместен – она как будто беременна вполне здоровыми формами жизни. Она больше похожа на зреющую биосферу, чем на существо вроде человека. По мере того как возрастала сложность, видимо, возникали и узлы контроля. Чтобы расти дальше, нужно было создать информационную структуру, содержащую копию самой себя. Чтобы целое обрело саморефлексию. То есть сознание.
Салли нахмурилась, пытаясь понять.
– И чего же она хочет?
– Могу объяснить, – сказал Джошуа. – Ей нужно общество. Она одинока. Хотя и не сознавала этого, пока не встретилась с троллями.
– А.
Джошуа подумал: они никогда не узнают, каким образом тролли оказались в этом отдаленном мире. Должно быть, они прошли через Дыру, и в процессе некоторые пострадали от соприкосновения с вакуумом.
– Но она страшно обрадовалась, – продолжал он, прикрыв глаза, сосредоточившись и пытаясь вспомнить, – тому простому факту, что их было больше одного. Ей нравилось, как они друг на друга смотрели, как действовали сообща, как каждый узнавал другого. Они, в отличие от нее, были не одиноки. И она захотела того же самого – одной-единственной вещи на свете, которой Первому Лицу недоставало. Однажды тролль подошел к воде…
Джошуа, как во сне, увидел и тролля, присевшего на корточки и невинно собиравшего крабов на мелководье, и волну, которая поднялась и заключила его в объятия…
– Она убила тролля, – сказала Салли, когда Джошуа описал свое видение.
– Да. Не нарочно, но так получилось. И тролли убежали. Может быть, еще одного она поймала – например, детеныша – и изучила…
– И научилась переходить, – догадался Лобсанг.
– Да. Ей понадобилось много времени. То, с чем мы столкнулись, не вся она; некогда она заполняла целый океан. Это существо здесь, в океане… как бы ее выражение. Суть. Компактная форма, которая позволяет переходить.
– Значит, она двинулась следом за троллями, – сказала Салли, – направляясь на запад по цепочке миров.
– Да, – подтвердил Лобсанг. – Медленно, но верно приближаясь к Базовой Земле. Разумеется, она и есть причина бегства троллей и, возможно, других форм жизни. Я готов предположить, что она оказывает на троллей тот же самый эффект, что и огромные скопления людей. Только вообразите, с каким грохотом она думает.
– Вот вам ваша чудовищная мигрень, – сказала Салли. – Неудивительно, что тролли бегут.
– Она не желает зла, – возразил Джошуа. – Она только хочет узнать их поближе. Познакомиться.
– Знаешь, Джошуа, в твоем изложении она почти человек.
– Но у меня правда такое ощущение.
– Это лишь частичное восприятие, – сказал Лобсанг. – Здесь кроется нечто большее. Существо, с которым ты столкнулся, – не более чем… семя. Посланник интегрированной биосферы, откуда она берет свое начало. Поглощение ею местных форм жизни, даже высших млекопитающих наподобие троллей, – только промежуточный шаг. Ее конечная задача – преобразование биосферы каждого мира по образцу собственного. Полностью поработить. Направить все ресурсы к единой цели, которой является, кстати говоря, ее сознание. Но это не злонамеренный феномен, в нем нет ничего дурного, никакого злого умысла. Первое Лицо Единственное Число – просто выражение иного типа чувственности. Другая модель, если угодно. Но…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
