– Наверное, – сказала Салли, – она привлекает мелких животных. Может быть, так она подманивает их поближе, чтобы проглотить.
Лобсанг сегодня был в хорошем расположении духа.
– Потрясающе, правда? Видите дельфинов? Это же лучше, чем шоу Базби Беркли![12]
Салли фыркнула:
– Черт, кто такой Базби Беркли?
Даже Джошуа знал.
Салли предупредила:
– Если вы сейчас снова начнете обсуждать старые фильмы…
Лобсанг кашлянул.
– Вчера ночью никто не чувствовал ничего необычного?
Джошуа и Салли переглянулись.
Салли ответила:
– Ты первый начал, Лобсанг. В чем дело?
– В моем случае произошло то, что я могу охарактеризовать как попытку взлома. Что, впрочем, нелегко. Люди из корпорации Блэка иногда пытаются хакнуть меня из спортивного интереса, поэтому, разумеется, я был настороже. Так или иначе, вчера кто-то предпринял энергичную попытку. Впрочем, я полагаю, что без злого умысла. Ничего не пропало, ничего не изменилось, но, насколько я понимаю, хакер проник в некоторые хранилища памяти и скопировал их.
– Например? – уточнила Салли.
– Например, те, где лежат сведения о троллях. О переходах. Что подтверждает твою версию, Джошуа. Но это лишь неполная гипотеза. Я как будто пытаюсь вспомнить…
Салли спросила:
– Что это было – сон иль наваждение?
Они уставились на нее; женщина покраснела и немедленно огрызнулась:
– Что? Да, я читала Китса. Ничего удивительного. И мой дедушка часто его цитировал. Хотя обычно он портил эффект, рифмуя «китс-шмитс».
– Я тоже читал Китса, – ободряюще произнес Джошуа. – И сестра Джорджина. Тебе нужно с ней познакомиться. Так вот, ночью меня посетило наваждение. Я снова ощутил одиночество.
– И я, – призналась Салли. – Но мне было очень приятно. Чудесное ощущение.
Лобсанг спросил:
– Достаточно приятно, чтобы прыгнуть в воду и лишиться индивидуальности? Кстати, мы приближаемся. Думаю, она ждет, что мы ее догоним, и я не намерен медлить…
– Прошу прощения, – перебила Салли, – но я не собираюсь высаживаться на эту плавучую штуковину и становиться очередным экспонатом в персональном зоопарке.
– К счастью для тебя, Салли, единственным, кто высадится на Первое Лицо Единственное Число, буду я. Ну или, по крайней мере, мой модуль. Я хочу пообщаться с ней как можно более полно, прежде чем она продолжит свое путешествие по мирам, и убедить ее остановиться.
Джошуа задумался.
– А если она не повернет обратно… что тогда?
– А что ты предлагаешь, Джошуа? – огрызнулся Лобсанг. – Как с ней бороться? Если только не уничтожать ядерной бомбардировкой каждый мир, где она может поселиться… – в его голосе зазвучало презрение. – Вы оба не умеете думать. Вы чувствуете только угрозу. Наверное, виной тому ваша биологическая хрупкость. Послушайте меня. Она хочет у нас учиться. А мы можем многому научиться у нее. Что она знает? Что знает существо, которое постигает мир в масштабах, недостижимых для человека? – Искусственный голос Лобсанга звучал ровно, но в то же время с нескрываемым изумлением. – Ты когда-нибудь слышал про коллективную вселенную, Джошуа?
– Фигня какая-то.
– Послушай. Сознание формирует реальность. Это основная идея квантовой физики. Мы участвуем в создании Базовой Земли, нашего «сурового берега», нашего джокера. Сейчас мы встречаем и другие существа, обладающие сознанием, эльфов и троллей, а еще – Первое Лицо Единственное Число. Каким-то образом, судя по всему, они участвовали в формировании Долгой Земли, тонкого чудесного ансамбля, множественной вселенной, созданной совокупностью сознаний, к которой мы только-только начинаем присоединяться. Вот урок, который нужно донести до Базовой Земли, Джошуа. Бог с ними, с геологическими и географическими вариациями и стадами экзотических животных. Вот что является основополагающим для осмысления реальности – и того, кто мы такие. Если я смогу пообщаться с Первым Лицом Единственным Числом, которая, разумеется, осмысляет Вселенную гораздо масштабнее, чем мы… Короче говоря, вот что намерен обсудить с нашей толстой приятельницей. И осведомить ее об угрозе, которую она представляет, хоть и неосознанно.
– Погоди-ка, – сказал Джошуа, обдумав сказанное. – Ты собираешься вниз. По сути, ты хочешь проникнуть внутрь ее.
– Поскольку животные, заключенные внутри, кажется, совершенно здоровы и подвижны, я не думаю, что сильно рискую. Не забывая, разумеется, о том, что я – и только я из нас троих, – по сути, расходный материал, по крайней мере, в виде передвижного модуля. Но предупреждаю, я загружусь полностью. Я, Лобсанг, полностью посвящу себя слиянию.
– То есть ты не намерен возвращаться?
– Нет, Джошуа. Подозреваю, мое соединение с Первым Лицом будет долгим, если не безвозвратным. И все-таки я должен это сделать.
Джошуа разозлился.
– Я знаю, ты хотел увлечь меня в путешествие по самым разным скрытым причинам. Но лично я подписывался только на то, чтобы доставить тебя домой целым и невредимым. Я – твой последний резерв, как ты выразился.
– Я уважаю твою прямоту, Джошуа. Ты свободен от контракта. Приложение к нему я оставлю в документации корабля.
– Но этого недостаточно…
– Решено.
– Только давайте не будем мериться благородством, – цинично перебила Салли. – У тебя бэкапы по всему кораблю, Лобсанг. То есть ты не особо рискуешь, я права?
– Я не намерен раскрывать вам мои маленькие секреты. Но если я выйду из строя или погибну, ты найдешь итерации моей памяти в различных хранилищах, которые обновляются каждую миллисекунду. «Черный ящик», если можно так выразиться, находится в брюхе гондолы, в броне из сплава, по сравнению с которым, ручаюсь, даже адамантин покажется не прочнее штукатурки. Он ничуть не пострадает даже от падения метеорита, способного стать причиной массового вымирания.
Салли рассмеялась.
– Какой смысл пережить катастрофу, которая сотрет с лица земли всех живых существ? Кто тогда тебя включит?
– Я не сомневаюсь, что по прошествии некоторого времени на планете снова появится разумная жизнь. Она эволюционирует до той стадии, когда станет возможным мое восстановление. Я могу и подождать. У меня большая библиотека.
Джошуа показалось, что Салли очень красива – если это слово вообще было к ней применимо, – когда злится. И впервые он заподозрил, что Лобсанг дразнит ее намеренно. Еще один тест Тьюринга пройдет.
– Итак, – сказал он, – предположим, что ты добьешься своего и она перестанет поглощать миры. Что дальше, Лобсанг?
– Тогда мы с ней вместе продолжим поиски истины за пределами Вселенной.
– Это звучит как-то не по-человечески, – заметила Салли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
