Фонарь исчез. Под приглушенные звуки команд были подняты паруса, и пошел наверх якорь. Вскоре лицо Рюарка стал обдувать свежий утренний ветер, и шхуна закачалась на волнах. Рюарк огляделся. Далеко за кормой исчезали в дымке огни Лос-Камельоса. Наконец-то Шанна добилась своего. На ее острове больше не было Рюарка.
Вздохнув, он примирился с неизбежностью и прижался затылком к мачте. Он найдет способ вернуться и вновь предъявить свои права. Ничто не изменилось. Она по-прежнему его жена. Но, прежде всего, он должен сделать все возможное в его теперешнем положении, чтобы выжить.
Свою первую ночь на борту судна Рюарк провел привязанным к основанию главной мачты. Едва остров исчез из поля зрения, как шхуна снова бросила якорь, захлопали обвисшие паруса, судно повернулось на якорной цепи и замерло. Кроме вахтенного матроса, на юте не было ни души. И только спустя часа два, когда солнце стояло уже высоко, мимо Рюарка прошел один из членов экипажа. Рюарк окликнул его, но тот лишь пожал плечами, продолжая свой путь на корму. Почти сразу после этого у фальшборта[4] появился грузный англичанин. Постояв немного, он подошел вплотную к Рюарку.
— Мне кажется, сэр, что нет никакого смысла держать меня связанным, — заговорил Рюарк. — Я не сделал вам ничего плохого и, разумеется, не испытываю никакого желания вам навредить. Не можете ли вы убрать эти веревки, чтобы я мог хотя бы справить нужду?
— Вот что, парень, — медленно проговорил англичанин, — у меня нет причин тебя мучить, но нет и никаких оснований доверять тебе. — Он прищурил глаз и пристальнее посмотрел на Рюарка. — Я даже не знаю, кто ты.
— Это беда поправимая, — ответил Рюарк. — Меня зовут Рюарк, Джон Рюарк, последнее время — раб его светлости лорда Траерна и его доверенное лицо. — Ироническая улыбка тронула губы Рюарка. — Мне известно, что вы получили кругленькую сумму за то, что приняли меня на борт, и я, как пассажир, за которого уплачено, мог бы, по крайней мере, пользоваться свободой на вашем судне. — Он кивнул в сторону необъятного горизонта: — Как вы сами понимаете, у меня не может быть намерений прыгнуть с палубы в воду.
— Я думаю, что такой опасности нет. — Англичанин вытащил нож, пальцем попробовал лезвие. — Меня зовут Гаррипен. Я сам себе капитан на этом корабле. Друзья зовут меня просто Гарри. — Он наклонился к Рюарку и в несколько взмахов ножа перерезал веревки, которыми Рюарк был привязан к мачте.
— Благодарю вас, капитан Гаррипен. — Рюарк решил быть как можно более учтивым. Он яростно растирал затекшие кисти рук. — Теперь я ваш вечный должник.
— Ладно, — пробормотал его благодетель. — Мне никто ничем не обязан. Так вам было угодно прикинуться рабом, — полувопросительно проговорил его собеседник.
Рюарк усмехнулся:
— Я оказался рабом по чистой случайности, капитан, и, по правде говоря, даже не знаю, должен ли проклинать или же благодарить тех, из-за кого это случилось. — Движением головы он показал в сторону полубака[5]. — Простите меня, капитан, я слишком долго терпел, мне нужно в одно место… А потом я был бы вам чрезвычайно признателен, если бы вы смогли устроить мне разговор с владельцем этого судна.
— Можете не сомневаться в этом, приятель. — Собеседник Рюарка сплюнул и тыльной стороной руки утер подбородок.
Рюарк облегчился и, возвратившись на старое место, нашел там еду и кружку пива. Оно показалось ему роскошным напитком. Позавтракав, он нашел глазами бухту[6] каната в тени, улегся на нее и быстро уснул после бессонной ночи.
Уже опускались сумерки, когда Рюарка разбудили и отвели в каюту капитана, где его долго и пристально рассматривали сидевшие за столом люди. Рюарку никогда раньше не приходилось видеть такой таинственно-подозрительной компании. Сидевший перед ним мулат остановил на Рюарке долгий мрачный взгляд.
— Так, говоришь, ты раб? Как ты им стал?
Рюарк помолчал, обдумывая ответ и продолжая всматриваться и обращенные к нему иссеченные шрамами лица. На их фоне он почувствовал себя невинным ребенком.
— Было убийство. — Он обвел присутствующих взглядом и не заметил на их лицах ни малейшего удивления. — Потом меня выкупили из тюрьмы и заставили отрабатывать потраченные деньги. — А кто тебя отправил с этого острова? — спросил Гаррипен, постукивая ногтями по своим зубам.
Рюарк лениво почесал грудь и печально улыбнулся.
— Одна леди, которой не понравилась маленькая девчонка, ожидавшая меня на сеновале.
Англичанин весело расхохотался.
— Глядя на тебя, ее можно понять, парень. Должно быть, она не из бедных, раз отвалила изрядную сумму, чтобы избавиться от тебя.
Рюарк уклончиво пожал плечами.
— Что лежит у сквайра на складах? — спросил капитан шхуны. — Ценности? Шелка? Колониальные товары?
Рюарк встретил взгляд этого человека с ленивой ухмылкой и потер себе живот. — Я давно ничего не ел, сэр. Нельзя ли немного подкрепиться? — проговорил он, указывая на полные еды тарелки, стоявшие на другом юнце стола.
Ему подвинули наполовину обглоданную ногу какого-то мелкого животного и поставили кружку теплого пива. Рюарк сел на свободный стул и принялся за еду.
— Ну, так что там, на складах? — напомнил Рюарку человек, чье смуглое лицо было покрыто шрамами.
— Не передадите мне хлеб, сэр? — Рюарк утер рот тыльной стороной руки и запил мясо глотком пива. Отломив кусок от поданного ему каравая хлеба, он подобрал им с тарелки соус, после чего вытер руки о чью-то висевшую на спинке стула рубаху.
— Ну вот, ты и подкрепился, — прорычал мулат. — Так что же он там прячет?
— Там много всего. — Рюарк пожал плечами и пренебрежительно улыбнулся. — Однако каков бы ни был ваш интерес к их содержимому, — он ухмыльнулся впившимся в него глазами людям, — вы не сможете войти в гавань. — Он окунул палец в пиво и начертил на столе полукруг. — Вот городок, где находятся склады, — проговорил он, к удовольствию мулата. — А вот здесь и здесь, — он вывел крестики у обоих концов дуги, — находятся пушечные батареи. В гавань можно пройти только между ними. — Рюарк провел линию через незамкнутую часть контура бухты.
Рюарк давно догадался, что имеет дело с пиратами, и теперь разочарование, отразившееся на их лицах, полностью убедило его в этом. Англичанин Гаррипен откинулся на стуле и снова забарабанил ногтями по зубам.
— Я вижу, у тебя неплохое настроение, парень. Может быть, ты что-то прячешь от нас в рукаве?
Рюарк скрестил на груди голые руки и долго не отвечал на вопрос.
— Ну, знаете ли, честная компания, — криво усмехнулся он, наконец, — можно было бы так подумать, будь у меня хоть один рукав, но несчастную пару этих коротких портков трудно назвать рукавами. — Он рассмеялся. — Как и у вас самих, у меня нет ровным счетом ничего. Я давно присмотрелся к острову Траерна и знаю, как можно завладеть многим без большого риска. — Рюарк наклонился вперед, широко расставив локти на столе, и заговорил доверительным тоном: — Я могу показать вам дорогу и знаю, где хранятся и деньги, вырученные от торговли, и собственные сбережения Траерна. — Однако он знал, что Траерн хранит большую часть денег в собственном сейфе, что стоит у него в доме. — Разумеется, — откинулся снова на спинку стула Рюарк, казалось, не замечая злобных взглядов пиратов, — если вас прельщают пакля и кипы пеньки, хранящиеся на складах, вы вполне можете заняться ими. — Он немного помолчал, потом пожал плечами, развел руками и проговорил: — Больше мне нечего продать вам, джентльмены. Ну и что вы на это скажете?
