Остальные остановились на безопасном расстоянии. С магом связываться никто не хотел. Подождав тридцать ударов сердца, пока мои отъедут подальше, я вскочил на лошадь и с места взял галоп, из-за спин стражников промелькнули хасаны, страхующие меня. Над головой просвистел болт. Светлые наступали на пятки, практически в прямом смысле.
Средняя часть моста была деревянной. Видимо, или поднималась на ночь, или сжигалась в случае войны. Проскочив ее, я практически под носом светлых начал наносить по ней воздушные удары жезлом. Удара после пятого доски стали сдавать. На седьмом ударе они упали. Я, пригнувшись к шее лошади, чтобы не попали из арбалета, скакал во весь опор к концу моста. Спину обожгла боль, потом еще раз, под рубахой стало теплеть от потекшей крови. Стража с этой стороны уже разошлась в стороны. Судя по Лое, державшей жезл направленным на них, и одному стражнику, лежащему на земле в скрюченном состоянии и вопящему о помощи, сделали они это не добровольно. В глазах стало темнеть, я успел понять, что падаю…
Очнулся в темноте, частично развеянной светом костра. Моя голова лежала на чем-то мягком и теплом. Тело ломило от боли. Кто-то теребил волосы. Вокруг стояла тишина, нарушавшаяся только треском углей костра.
Вьющиеся локоны свесились над моим лицом. Увидев, что я очнулся, мою голову переложили с колен, пододвинув под нее какой-то сверток. Нейла скинула с себя платье, обнажив великолепную фигуру, и залезла ко мне под одеяло. Сил поднять руку и прикоснуться к ней не было. Нейла лежала на мне, обхватив меня бедрами и перебирая мои волосы, а мое тело пронизывали сотни иголок и расходились теплом. Постепенно боль уходила. Сердце бешено билось в груди. Мои мысли стали перетекать в другое русло. Я возбудился. Она сама опустилась чуть ниже.
Когда я обмяк, попытался поцеловать ее. Она прижала ладошкой мои губы:
– Дурачок, – прошептала девушка и выпорхнула из-под одеяла, позволив пять ударов сердца полюбоваться своей наготой.
Я осторожно сел, боль отступила, лишь под лопаткой каждый удар сердца сопровождался огненной вспышкой. Осторожно встал, рядом со мной лежали мои штаны и рубаха. Подошел к костру, около которого сидела Нейла, и присел рядом, обняв ее за плечи. Она опустила голову мне на грудь и уснула. Вскоре к нам подошли хасаны. Каждый обнюхал меня и лизнул в лицо, потом они улеглись за нашими спинами.
Такими утром нас и застал Кейн.
– О, ожил! Норман ожил!
Нейла вздрогнула от крика Кейна и открыла глаза.
– Можно подойти, Нейла?
Она кивнула, только после этого Кейн подошел. Остальные, подходя, также вели себя странно, спрашивали разрешения. Об этом я решил узнать потом.
– Где мы?
– Кажется, в Сортонском графстве, но точно не знаем. Десятина примерно осталась до темного приграничья.
– Где светлые?
– Кто его знает, после моста не видели. Мы поплутали тут немного, так что сейчас и сами не знаем, где находимся, а светлые уж подавно.
– Я долго лежал?
– Одиннадцать дней.
– Ничего себе! Это чем меня так?
– Два арбалетных болта, один под сердце, оба с ядом. Если бы не Нейла, не выжил бы.
Я оглянулся, Нейлы уже рядом не было.
– В смысле не Нейла?
– Да когда тебя ранили, Сайл смог достать болты. Но на болтах была какая-то гадость. Даже броня на ладонь от места попадания стала расползаться. Сайл, сколько мог силы, направил в тебя. Но ничего не получалось. Он даже заревел.
– Не ревел я, просто перенапрягся.
– Ну, в общем, Сайл перенапрягся. Тут Нейла подошла к тебе и припала губами к ране. Мы ее отгонять, она не уходит. Мы силой – она пару «огоньков» с мою голову в нас метнула и хасанов как-то позвала. После этого кто-то из них все время с тобой. И если разрешения не попросим у нее, не пускают. Сайл вон пятый день свою ногу лечит. Решил подойти, а Руча оскалилась, он пропустил мимо ушей предупреждение, она его за ногу тихонько тяпнула. А прокусила хорошо.
Слегка поправившаяся Яля, по крайней мере, скулы перестали выпирать, принесла отвар.
– Ну вот, Нейла отсосала яд из ран и давай тебя силой накачивать. Ты не отходишь. – Кейн сбавил тон. – А потом она раздела тебя и сама с себя все скинула. Накинула одеяло на вас, и вы так четыре части лежали без движения.
– Это лечение такое, только женщины могут, она часть своей жизненной силы тебе отдала, а часть болезни себе взяла, – просветил нас Сайл. – Там даже что-то с душой связано. Это только старшим курсам лекарей, и только девчонкам, рассказывают. Для лечения надо, чтобы тела как можно ближе были. Лучше друг в друге. – При этих словах Сайл порозовел.
– Не знаю насчет лечения, – продолжил Кейн, – но мы и уйти без вас не могли, и с собой забрать тоже. Две атаки за это время отбили.
– Какие атаки, светлые ведь на том берегу остались?
– Граф тамошний за мост мстил. У него замок в четырех верстах от моста. Первую атаку Сайл и Лоя отбили жезлами. Во время второй тяжелее пришлось. Лою маг местный водяным шаром так приложил, что Сайл ее только через часть в чувство привел. Там и мне, и Новеру пришлось попотеть. Лоя когда очнулась, сходила к сторожку у моста и остатки моста сожгла прямо на глазах у светлых. Мы уже совсем отчаялись, когда Нейла вылезла из-под одеяла и упала без сознания в чем мать родила. Яля, уж не знаю как, с хасанами договорилась, и мы, погрузив вас обоих, выехали наконец-то, а то светлые на том берегу уже бревна для плота таскали. С того времени Нейла взялась лечить тебя, под одеяло вы, правда, голыми больше не залезали (я благоразумно промолчал о прошлой ночи). Но травки разные да магией, до беспамятства себя довела. Яля кормила тебя бульончиком да штаны меняла. Нейла как-то на это внимания не обращала.
Тут уже покраснел я.
– Вообще, Нейлу, когда садится обедать, от обычной девчонки не отличишь, даже шуткам иногда улыбается. Только не говорит.
– Со мной говорила, ну как говорила, одно слово сказала.
– Какое?
– Дурачок.
Мы помолчали немного.
– Вот так и путешествуем, – продолжил Кейн, – только точно не знаем, где это, Веселые Травы. И объясни нам, что это за письмо вообще было?
– Не думал, что вернусь. А там мой отец не бросил бы вас.
– А зачем один остался на холме?
– Не один, а с Новером. А кого еще с собой взять? Тебя? И оставить их одних? – Я обвел наш небольшой отряд рукой.
– Кто-то и постарше некоторых будет! – возмутилась Аллойя.
– Ты настолько уверена в себе? – спокойно спросил я.
– Ну ладно, давайте собираться, а то опять эта кошка припрется.
– Какая кошка? – заинтересовался я.
– Да пришла тут, с лошадь ростом, темное приграничье рядом, всякие твари ходят, хасаны ее не трогают, видимо, тоже боятся.
