– И как же? – настаивала Никки.
Наконец Ричард отступил от каменного зубца.
– Нужно поторапливаться. У меня нет времени излагать все это прямо сейчас.
Никки тронулась вслед за ним.
– Я уже многое сопоставила. И готова понять. Ричард, почему ты не можешь сказать мне, какое решение принял?
– Я скажу, – ответил он. – Позже.
– Ты попусту тратишь силы, – едва слышно сказала Кара, обращаясь к Никки, когда зашагала рядом с ней позади Ричарда. – Я уже устала пытаться вытянуть из него это.
Ричард, слышавший замечание Кары, взял Никки за руку и потянул ее вперед.
– Я еще не до конца это все обдумал. Мне еще нужно сложить вместе отдельные части. Я объясню позже, когда мы окажемся на месте, объясню это сразу всем – но сейчас… сейчас у нас просто нет времени. Договорились?
– Окажемся где? – спросила Никки.
– В д’харианской армии. Очень скоро в Д’Хару войдут главные силы Джеганя. И я должен сообщить нашей армии, что мы не в состоянии выиграть битву с надвигающимся на них войском.
– Ну, это должно поддержать их дух, – сказала Кара. – Ничто так не улучшает моральное состояние солдат накануне боя, как сообщение их предводителя о том, что им предстоит проиграть сражение и умереть.
– Мне следует сказать им вместо этого ложь? – спросил он.
Ответом Кары на это был только сердитый взгляд.
На краю крепостного вала, у самого основания башни, Ричард открыл тяжелую дубовую дверь. В помещении внутри горели несколько ламп. Никки услышала, как кто-то торопливо поднимается к ним по каменным ступеням.
– Ричард! – Это был Зедд, за которым по пятам следовал рослый светловолосый уроженец Д’Хары Том.
Ричард остановился, поджидая, когда его дед доберется до верхних ступеней и окажется в этой простой каменной комнате. Зедд подбежал ближе, хватая ртом воздух.
– Ричард! Что случилось? Прибежала Рикка и спешно сообщила, что ты уходишь.
Ричард кивнул.
– Я просто хотел, чтобы ты знал, что я собираюсь уйти, но я не планирую отсутствовать долго. Вернусь через несколько дней. Надеюсь, что тем временем ты, Натан и Энн сможете найти в книгах что-нибудь, что поможет разобраться с магией Огненной Цепи. Может быть, ты даже придумаешь, как исправить искажениям, внесенные гармониями.
Зедд с раздражением отмахнулся от такого совета.
– А заодно, раз уж ты здесь, не мог бы ты очистить небо от этой грозы?
– Зедд, не сердись. Я должен отправляться.
– Хорошо, но куда ты отправляешься… и зачем?
– Я готов сопровождать вас, Лорд Рал, – сказал Том, торопливо входя в комнату.
– Извини, – сказал ему Ричард, – но ты не сможешь пойти с нами. Мы отправимся в путешествие с помощью сильфиды – точнее, внутри нее.
Зедд вскинул руки.
– Ох уж эта сильфида! Ты изо всех сил убеждаешь меня, что магия терпит неудачу за неудачей, а теперь сам намерен доверить собственную жизнь магическому существу? Ты потерял рассудок, Ричард? Что вообще происходит?
– Я вполне осознаю опасность, но вынужден пойти на подобный риск. – Ричард указал рукой. – Ты знаешь вот этот символ, «вспышка звезды», изображенный на двери анклава Первого волшебника? – Когда Зедд кивнул, Ричард похлопал по верхушке своего серебряного браслета. – Он точно такой же, как и вот этот.
– Ну и что? – спросил Зедд.
– Помнишь, я говорил тебе, что он означает? Это предупреждение: не позволять мыслям сосредотачиваться на единственном предмете. Напоминание о том, что следует смотреть одновременно во все стороны и избегать привлечения всего внимания к чему-то одному. Это означает, что ты не должен позволять врагу отвлекать твое внимание и фокусировать его на том, чего тебе надлежит видеть по его желанию. Если ты поддашься на его уловки, то упустишь что-то важное.
– Вот именно от уловки я и сбегаю. Джегань принуждает меня – принуждает всех – сосредоточить внимание на одном-единственном. И я, как дурак, тоже это делал.
– Его армия, – предположила Никки. – Ты это имел в виду? Именно то, что мы все сосредоточили внимание на силах вторжения?
– Вот именно. Знак взрывающейся звезды означает, что нужно быть открытым для всего, что только есть, и никогда не выбирать что-то одно, даже когда пронзаешь своего врага. Это означает, что вместо того, чтобы фокусировать внимание на одном, следует держать разум открытым для всего, даже когда необходимо держать в центре внимания одну, главную угрозу.
Зедд вскинул голову.
– Ричард, тебе следует все же сфокусировать внимание на угрозе, которая скоро уничтожит тебя. Ведь его армия насчитывает миллионы человек. Они собираются сокрушить все, что противостоит им, и превратить нас в рабов.
– Я знаю. Но мы не сможем победить их; мы проиграем битву.
Лицо Зедда стало багровым.
– Стало быть, ты предлагаешь позволить их армии захватить в Новый мир, не встречая никакого сопротивления? Твой план состоит в том, чтобы позволить армии Джеганя свободно грабить города и творить все то, что, по рассказам Джебры, происходило в Эбиниссии? Ты собираешься запросто позволить, чтобы всех этих людей перерезали или превратили в рабов?
– Думай о решении, – напомнил Ричард деду, – а не о проблеме.
– Не слишком утешительный совет для тех, чьи глотки вот-вот перережут.
Ричард застыл и уставился на деда, по-видимому онемев от его слов.
– Послушай, – сказал наконец Ричард, зачесывая рукой волосы назад, – сейчас у меня нет времени, чтобы обсуждать все это. Я поговорю с тобой об этом, когда вернусь. Сейчас время дорого. А я и так потерял его уже слишком много. И теперь надеюсь только, что его осталось у нас еще достаточно.
– Достаточно для чего? – едва не прорычал Зедд.
Никки услышала, что еще кто-то торопливо поднимается по лестнице. И тут же в комнату стремительно ворвалась Джебра.
– Что случилось? – спросила она Зедда.
Зедд махнул рукой в сторону Ричарда.
– Мой внук решил, что мы должны проиграть войну и что нам не следует сражаться с армией Джеганя.
– Лорд Рал, ты не можешь всерьез думать об этом, – сказала она. – Ты не можешь всерьез думать о том, чтобы позволить этим животным… – тут голос Джебры затих, тогда как она пошла вперед, пристально глядя на Ричарда. И замерла посреди движения. Затем, спотыкаясь, отступила на шаг.
Кровь отлила от ее лица. Челюсть отвисла и подрагивала, пока она безуспешно пыталась выговаривать слова. Черты ее лица исказил страх. Голубые глаза глубоко закатились, а сама она погрузилась в обморок.
В тот момент, когда Джебра начала опрокидываться на спину, Том подхватил ее на руки и осторожно уложил на гранитный пол. Все плотным кольцом окружили бесчувственную женщину.
– Что случилось? – спросил Том.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
