и подошла к Саиду, напряженная и готовая ответить на любые нападки товарищей. Только увидев рядом с Камиллой Саида, она сразу же поняла, что произошло что-то непоправимое и это связано с тем, что Саид не желал выполнять своей миссии. Но это не помешало Санни принять решение: она заступится за Саида в любом случае. Санни знала, что мнения ангелов порой могут расходиться, что ведет к очень плачевным последствиям. Так было уже однажды, когда на суд им был предоставлен человек. Но к своим собратьям ангелы были не менее строги, так как сама их сущность требовала соответствия идеалам и незыблемым принципам.
Саид спокойно смотрел на собратьев, готовый к выговорам с их стороны. Он злился на себя ничуть не меньше любого ангела, уже успевшего узнать о том, что произошло из-за его безответственности. Он корил себя каждую секунду, которая отравляла его существование. Он знал, что, если бы не его поведение, несчастного случая бы не произошло. Мало того, что он не имел никакого права так рисковать человеческой жизнью, так еще и все события не прошли даром и обернулись большой трагедией.
Что вообще он возомнил о себе? — думал Саид глядя на ангелов. Почему он так яростно сопротивлялся своему заданию? Разве мог он знать больше, чем ему предназаначено. Если было решено дать ему эту миссию, значит, она была не мене важна, чем другие, и также как и другие служила на благо людям. Почему же он все мнил из себя добродетеля, когда добродетель его была в том, чтобы просто выполнять свою работу, работу, которую они делают уже не первую тысячу лет. Саид уже привык проводить исчисления по Земному времени, так как почти все его дела и дела его собратьев сводились ко всему тому, что было связано с человеком.
— Я призвала вас, дабы сообщить, что Саид не выполнил своей миссии должным образом и из-за него потерял зрение человек. — громогласно возвестила Камилла. В толпе начал усиливаться ропот и лики ангелов нахмурились. Один из них выделился из толпы и строго произнес:
— Его послали на Землю для того, чтобы он помогал людям, а не творил для них зло!
— Что заставило тебя, Саид, так поступить? — возмущенно спросил другой ангел, но лицо его было более спокойным. Он пытался понять своего брата.
— Я не мог больше выполнять то задание, которое получил на этот раз. — искренне отвечал Саид. — Я знал, что мои поступки должны были в конце обернуться добрым уроком для тех, кому я был послан, но то, что мне приходилось жестоко обманывать, не давало мне покоя. К тому же что-то вдруг произошло в моей душе. Перевернулось в ней и изменило весь мой мир. Я не мог, не хотел больше никакого общения с этими девушками. Я думал, что берегу свою душу для чего-то… для кого-то… на самом деле, я знаю, для кого. И недавно убедился в этом.
— Но ты не имел права рисковать, — нетерпеливо прервала его Камилла, возвращая разговор в прежнее русло.
— Я не знал, что рискую. Я сам корю себя не меньше вас. Я не знаю даже, достоин ли я после этого носить имя ангела.
Все удивленно посмотрели на Саида. Этот вопрос не относился к числу тех, которые они имели право решать, да и какой ангел мог бы отказаться от своего светлого имени, своей сути, пусть даже он совершил необдуманный для столь мудрого существа поступок, поступок, который не должен был совершать. Ангелы видели: Саид искренне переживает по поводу того, что произошло, и это смягчило их.
— Саид всегда прилежно выполнял свои миссии, — вступилась за друга Санни, — он любит людей и никогда намеренно не причинил бы человеку зло. Мы не можем обвинить его в этом. Мы не знаем, как сами бы поступили, будучи на его месте.
— Но то, что миссия прервана, и ему нельзя больше продолжать ее, ясно всем нам, не правда ли? — спросила Камилла, и ангелы согласно закивали. Решение было принято.
Когда ангелы разлетелись, Саид и Санни остались одни. Санни переживала за Саида, но он как прежде выглядел отчужденно и не делился своими чувствами. Он лишь мягко улыбнулся подруге, сказав ей: «Спасибо». Санни помнила: Саид всегда был одним из самых скрытных ангелов, но сегодня впервые он немного приоткрыл свою душу перед всеми. После этого Санни не ожидала, что Саид скажет что-то еще. Он задумчиво смотрел на Землю. Казалось, он мучается в поисках ответа на какой-то вопрос. И Санни не отходила от него даже тогда, когда они снизошли на землю. Несмотря на его недавнее признание в том, что он бережет свою душу для «кого-то», в этот тяжелый момент она хотела быть с ним рядом, впрочем, как и всегда.
Немного позже, расставшись с Санни, которая смирилась с тем, что он хочет остаться наедине с собой и все еще потрясен произошедшим по его вине событием, Саид пошел по степной дороге по направлению к городу. Сорок дней. Под конец лета земля по краям дороги совсем иссохлась. Сорок последних дней в человеческом обличии были даны Саиду для завершения своей миссии… Взгляд его скользил по колючим сорнякам, катушками проносившимся по пыльному полю. Что бы сделал человек, если бы знал, что жить ему осталось всего лишь сорок дней? Он, наверное, бился бы в истерике, прощался с родными, делал безумства и постоянно считал себя несчастным… День был в разгаре и выдался он довольно знойным. Лето пыталось отстоять свои права у начинающейся осени. Что чувствует ангел в такой ситуации? С одной стороны, Саид чувствовал огромное облегчение, насколько это возможно после того, что произошло с Милой. Ведь за все время этой человеческой миссии существование его омрачалось бесконечными терзаниями совести. Теперь же целых сорок дней ему было даны для того, чтобы прожить их свободно, как настоящий человек. Перед Саидом вдали стали появляться очертания города, сначала одноэтажные домики, затем здания повыше. Скоро начнут прорезаться верхушки высотных зданий, с приставленными к ним офисами и торговыми центрами. Как настоящий человек он мог теперь общаться с кем угодно, идти куда угодно, делать что угодно… В лицо ему ударил ветерок. Саид сделал вдох и было уже приготовился ощутить свежий пьянящий воздух, как, к своему разочарованию, почувствовал запах бензина и выхлопов машин. Город был совсем близко. Эти сорок дней принадлежали только ему, и он мог почувствовать человеческую жизнь во всем ее вкусе. Саид сделал еще один вдох. Но теперь отрешенно от реальных ароматов нефтяного города.
