голосом спросила по-английски, ни к кому не обращаясь:
— Здесь можно купить шоколад?
Студент, смотревший на ее ноги, вскочил:
— Что вам угодно, мадам?
Другой студент ответил на телугу:
— Что угодно?! Слопала весь шоколад и еще хочет. У нее не желудок, а бездонная яма.
— Здесь шоколад не продается… — с приличествующей случаю грустью ответил студент, глядевший на ее ноги. Я испугался, что он вот-вот расплачется.
Раздался свисток. Поезд тронулся. Появился торговец и сел на свое место.
Сумасшедший снова заговорил:
— Моя жена убежала с англичанином. Мой сын тоже из дома убежал. Ха-ха-ха! Отгадайте, почему? Первая премия — десять тысяч рупий, вторая премия — сто тысяч…
— Скоро день памяти твоего отца, не забудь, — сказал брахман торговцу. — Я приеду к тебе.
— Неужели целый год прошел? — подивился быстротечности времени торговец.
Бенгалец между тем рассказывал:
— В Миднапуре, где я живу, все считают себя революционерами. Каждый сотню бомб сделал. Если англичанин не попадется, то друг друга убивают.
— Они — герои, — сказал один из студентов.
Мужчина в дорогой рубашке наклонился к девушке:
— Я приду вечером?
Девушка улыбнулась, лукаво взглянула на него и отвернулась.
Я читал газету.
«Годовой доход на душу населения в Индии по сравнению с Америкой и Англией очень низок. Многие индийцы живут впроголодь. Средняя продолжительность жизни в Индии двадцать три года…»
Почтовый поезд несся вперед, минуя полустанки. Горячий ветер обжигал лица сидевших в вагоне.
Брахман достал из сумки манго и стал есть. Вдова снова открыла глаза:
— Была станция?
Никто не ответил. Темнело.
Неожиданно поезд остановился. Многие выглядывали из окон. Мимо вагона быстро прошел проводник. За ним спешили любопытные.
У головы поезда гудела толпа. Слышались возбужденные голоса, вопросы, ругань. Торговец испуганно взглянул на ключ от портфеля.
— Что случилось? Что случилось? — спрашивал проходящих мимо бенгалец.
— Самоубийство! — крикнул кто-то.
Услышав это, несколько человек быстро выскочили из вагона и побежали к паровозу. В вагоне зашумели, заволновались, заохали. Перепуганный брахман смотрел в окно. Вокруг простирались поля, кое-где виднелись одинокие деревья.
Один из пассажиров вернулся в вагон.
— Какой ужас, смотреть страшно… — пробормотал он и рухнул на лавку.
Вдова поправила покрывало на лице и, не совсем очнувшись от своих дум, проговорила:
— Почему он сделал это? Страшное время пришло, если люди на такой грех решаются.
— Да, ну и времена! Отчего, вы спросите, все эти самоубийства? Откуда в людях столько гордыни? Наедятся до отвала, а потом с женой или с любовницей ссорятся. Вот и погибают от гнева собственного и невоздержания, — сказал брахман.
— Да, такие люди и с собой покончить могут, и другого убить, — согласился торговец. — Вот муж моей сестры однажды дал в долг, а когда попросил вернуть деньги, мерзавец за топор схватился. Счастье, что он промахнулся, а то бы мой свояк давно на том свете был! Но свояк не стал молчать. Он заявил в суд, и негодяя сразу же посадили в тюрьму. Так он взял и до суда отравился.
Я с удивлением наблюдал за девушкой. Казалось, самоубийство сильно напугало ее. Она была взволнована, веселье и радость, переполнявшие ее прежде, исчезли. В лице — ни кровинки. Мужчина в дорогой рубашке задал ей вопрос, но она не отвечала.
— Испугалась? — повторил мужчина в дорогой рубашке.
— Вот несчастье… — проговорила она, глядя в пространство.
Пассажиры вернулись в вагон и принялись шумно, перебивая друг друга, обсуждать происшествие. Проводник важно кивал головой, отвечая на вопросы любопытных.
— Ну и что? — спросили из соседнего вагона.
— Умер, — ответили ему.
— Отчего?
— Видно судьба.
Паровоз загудел, и поезд тронулся.
— Муж у меня тоже смуглый, и волосы вьются, — рассказывала женщина. — Я как увидела самоубийцу, испугалась — не он ли это. Муж сейчас на заработках в этих краях.
— И что же, оказался не он? — спросил кто-то.
— Да нет, просто бродяга.
— А… — разочарованно протянул спрашивавший.
Студенты возбужденно обсуждали происшествие с бенгальцем.
— Вы утверждаете, что это самоубийство?
— Если он сам бросился под поезд, это самоубийство. Если же нет — несчастный случай, — ответил бенгалец.
— Поезд проехал прямо по грудной клетке, — сказал один студент.
— Желудок раздавлен… — сказал другой.
— Селезенка тоже, — добавил третий.
Видно было, что студенты еще не забыли анатомии.
— В Калькутте очень много самоубийств, — объявил бенгалец с такой гордостью, будто значимость города определяется числом самоубийств.
— Что говорят, почему это он? — спросил бенгальца какой-то любознательный человек.
— Срок жизни вышел, вот и все, — проговорил ассамец с сигарой.
— Отчаявшихся людей в Индии немало. Это следствие проникновения в страну западной культуры, — изрек бенгалец.
— В Японии каждый день сотни людей делают себе харакири и умирают спокойно и мужественно, — сказал учитель средней школы.
— Фрейд учил, что в основе любого события лежит конфликт между мужчиной и женщиной. Какая-нибудь женщина обманула его. Он не смог перенести этого и покончил с собой, — сказал бенгалец.
— Он умер от несчастной любви, — проговорил романтически настроенный студент, который все время смотрел на ноги англоиндианки.
